Страница 254 из 342
Мастер-горняк выглядел подавленным и встревоженным. Джексом пытался понять, отчего в последнее время все так подавлены. Мастер Никат всегда ему нравился, и во время уроков на рудниках он начал с уважением относиться к этому крепко сложенному коротышке, на чьем лице до сих пор остались черные отметины от работы под землей во времена ученичества.
Пока они поднимались по каменным ступеням к королевскому вейру, Джексом в который раз пожалел, что пообещал Н’тону не перемещаться во времени. Обычно у него хватало ежедневных дел, чтобы рискнуть прыжком в Промежутке на южные пляжи. Если повезет, Рут’ сможет отыскать кладку достаточно быстро. Джексому хотелось оказать услугу мастеру Никату, а также найти яйцо для Кораны. Не помешало бы порадовать и недовольного Теггера, который, возможно, научится правильно обращаться с файром. Но совершить путешествие на юг, не перемещаясь во времени, Джексом сейчас никак не мог.
Едва они подошли к входу, над Звездными Скалами появился бронзовый дракон, издав громкий рев. Ему ответил сторожевой дракон, и Джексом заметил, что все остановились как вкопанные. Во имя Скорлупы, до чего же все в Бендене стали нервные! «Интересно, кто это прибыл?» – подумал он.
«Предводитель Иста-Вейра», – сообщил Рут’.
Д’рам? Предводителям других Вейров не вменялось в обязанность присутствовать на Рождениях, хотя, как правило, если их владениям не угрожало Падение Нитей, в Бендене они все же появлялись. Джексом уже заметил среди собравшихся Н’тона, Р’марта из Телгар-Вейра, Г’нариша из Айгена, Т’бора из Плоскогорья. Внезапно он вспомнил, что говорил мастер-арфист про Фанну, супругу Д’рама. Не стало ли ей хуже?
Когда они добрались до зала Совета, Никат куда-то исчез. Джексому хватило одного взгляда на Лессу, которая сидела в огромном каменном кресле госпожи Вейра, напряженно хмурясь, чтобы тотчас же отойти в дальний угол, где ее зоркие глаза не разглядели бы ожог на его щеке.
Арфист говорил, что собрание немногочисленное. Джексом видел, как входят мастера цехов, предводители Вейров, главные лорды. Не было женщин или командиров крыльев, за исключением Брекки и Ф’нора.
Д’рам появился в обществе Ф’лара и какого-то молодого человека, которого Джексом не узнал, хотя тот носил одежду командира крыла. Если мысль о надвигающейся старости мастера-арфиста расстроила Джексома, то перемена, произошедшая с Д’рамом, его просто потрясла. Казалось, будто за прошедший Оборот Д’рам усох, превратившись в хрупкую оболочку. Шаг его был неровным, плечи сгорбились.
Изящным движением встав с кресла, Лесса шагнула навстречу предводителю Иста-Вейра, протягивая к нему руки с неожиданно сочувственным выражением на лице. До этого Джексому казалось, будто она всецело погружена в размышления, но теперь все ее внимание сосредоточилось на Д’раме.
— Мы все собрались, как ты и просил, Д’рам, – сказала Лесса, указывая на кресло рядом с собой и наливая гостю вина.
Поблагодарив ее, Д’рам сделал глоток, но вместо того, чтобы сесть, повернулся к собравшимся. Джексом увидел, что его лицо изборождено морщинами, как от усталости, так и от возраста.
— Большинство из вас уже знают о том положении, в котором я оказался, и.. о болезни Фанны, – негромко и неуверенно проговорил он, затем откашлялся и глубоко вздохнул. – Я бы хотел оставить пост предводителя Иста-Вейра. Ни одна из наших королев не готова к брачному полету, и у меня нет больше сил. Мой Вейр со мной согласен. Г’денед. – Д’рам показал на сопровождавшего его мужчину. – Последние десять Падений командовал крылом на своем Барнат’е. Мне следовало уйти раньше, но.. – Он с печальной улыбкой покачал головой, – мы так надеялись на ее выздоровление.
Он с видимым усилием расправил плечи.
— Кайлит’а – самая старшая королева, а Косира – хорошая госпожа Вейра. Барнат’ уже настиг Кайлит’у, итогом чего стала превосходная большая кладка.
Д’рам поколебался, бросив настороженный взгляд на Лессу.
— Во времена Древних был обычай: когда Вейр оставался без предводителя, первый брачный полет его королевы объявлялся открытым для всех молодых бронзовых, и таким образом честно избирался новый предводитель. Я бы хотел вернуться к этому обычаю, – почти вызывающе заявил он, но его устремленный на Лессу взгляд был полон мольбы.
— Похоже, ты полностью уверен в Барнат’е Г’денеда, – послышался на фоне удивленного ропота недовольный голос Р’марта из Телгар-Вейра.
Г’денед широко улыбнулся, умело избегая чужих взглядов.
— Я хочу, чтобы предводителем Исты стал лучший, – натянуто ответил Д’рам, явно недовольный намеком Р’марта на то, что брачное состязание будет лишь символическим. – Г’денед в полной мере доказал свой опыт, но он должен доказать его всем.
— Что ж, справедливо. – Ф’лар встал и поднял руку, требуя тишины. – Я нисколько не сомневаюсь, Р’март, что у Г’денеда есть все шансы, но то, что предложил Д’рам, выглядит вполне разумным в столь критический момент. Я сообщу об этом всем моим бронзовым всадникам, но допущены будут лишь те, чьим драконам пока не представилось возможности настичь королеву. Было бы не слишком честно выставлять против Барнат’а чересчур много соперников, не так ли?
— Разве Кайлит’а – родом не из Бендена? – спросил лорд Корман из Керун-холда.
— Нет, она из выводка Мират’ы. Королева, вылупившаяся в Бендене, – Парит’а.
— Кайлит’а – королева Древних?
— Кайлит’а – королева Исты, – быстро, но решительно сказал Ф’лар.
— А Г’денед?
— Я родился в древние времена, – спокойно ответил тот, повернувшись к лорду Корману, но на лице его не отразилось даже тени сожаления или стыда.
— К тому же он сын Д’рама, – сказал лорд Варбрет из Иста-холда, будто этот факт мог смягчить молчаливое неодобрение лорда Керунского.
— Достойный человек, достойной крови, – невозмутимо ответил Корман.
— Мы говорим о его праве стать предводителем, а не о его происхождении, – сказал Ф’лар. – Тот обычай не так уж плох..
До ушей Джексома донеслось чье-то замечание: это единственный хороший обычай Древних, о котором доводилось слышать, и он понадеялся, что негромкий шепот остался никем не замеченным.
— Д’рам в полном праве передать власть всаднику из своего Вейра, – продолжал Ф’лар, обращаясь к мастерам и лордам. – Лично я глубоко ценю его предложение и готовность сделать брачный полет открытым для всех.