Всадники Перна

— Мальчика следует спросить, – уже тверже возразил Асгенар, глядя то на Ларада, то на двух других лордов. – Я видел его лицо, когда он вышел с площадки Рождений. Он как раз осознал, что совершил, и сам побелел, как тот дракончик.

Асгенар жестом осторожно намекнул на Лайтола.

— Да, Джексом даже слишком хорошо понимает, что он сделал.

— С каких это пор сопляков о чем-то спрашивают? – раздраженно фыркнул Райд. – Им приказывают!

Асгенар повернулся к своей супруге, коснулся ее плеча и с любовью во взгляде попросил ее позвать юного Джексома. Придерживая свою сонную зеленую ящерицу, она встала и направилась к озеру.

— Я недавно обнаружил, что можно выяснить очень многое, если расспрашивать людей, – сказал он, со странной улыбкой глядя вслед жене.

— Людей – да, но не детей! – Райд сумел вложить в свои слова всю накопившуюся у него злость.

Лесса мысленно подтолкнула эмоции лорда, который в таком состоянии оказался более податлив.

— Почему бы ему просто не взять звереныша на руки? – раздраженно спросил лорд Бенденский, глядя на приближающихся к ним леди Фамиру, юного лорда Руатанского и новорожденного белого дракона Рут’а.

— Полагаю, у них уже установились определенные отношения, – заметил Асгенар. – Нести малыша на руках было бы проще и быстрее, но вряд ли разумнее. Даже у столь маленького дракона есть чувство собственного достоинства.

Райд Бенденский что-то проворчал: Лесса не смогла понять, то ли соглашаясь, то ли возражая. Он начал неловко ерзать, потирая рукой затылок, и она оставила его в покое.

Внимание Лессы привлекло хлопанье драконьих крыльев. Повернувшись, она увидела блеснувшую у нового входа в помещения Предков бронзовую шкуру.

«Лиот’ привез мастера-фермера», – сообщила своей всаднице Рамот’а.

Лесса совершенно не представляла, зачем мог понадобиться Андемон и почему его привез Н’тон. В мастерской цеха фермеров теперь имелся свой собственный дракон. Она начала подниматься.

— Ты хоть понимаешь, что натворил, молодой человек? – сурово спросил Райд.

Лесса развернулась, разрываясь надвое от любопытства. У Джексома, конечно, прекрасные защитники в лице Асгенара и Ларада, но ей было крайне интересно, как мальчик ответит Райду.

Джексом стоял прямо, высоко подняв голову, глаза его блестели. Рут’ прижался к его ноге, будто понимая, что их пытаются судить.

— Да, уважаемый лорд Райд, я вполне осознаю последствия своих действий и те серьезные проблемы, которые они могут создать для других лордов.

В голосе Джексома не чувствовалось ни извинений, ни раскаяния, но он косвенно напомнил Райду, что сам он, несмотря на свой юный возраст, тоже лорд-холдер.

Старый Райд выпрямился в кресле, расправив плечи, словно собираясь..

Лесса шагнула вперед.

— Не надо.. – послышался тихий шепот.

Сперва она подумала, будто ей показалось, но потом увидела, что на нее пристально смотрит мастер-арфист и взгляд его абсолютно трезв. Да, он поистине великий лицемер, хоть и творит добрые дела.

— Вполне осознаешь, значит? – повторил Райд, внезапно вскочив на ноги.

Старый лорд с возрастом стал ниже ростом, плечи его слегка сгорбились, живот отвис, кожаные штаны туго обтягивали жилистые ноги. Рядом со стройной гордой мальчишеской фигуркой он выглядел карикатурой на человека.

— Ты знаешь, что после того, как ты запечатлел дракона, тебе придется остаться в Бенден-Вейре? Ты понимаешь, что в Руате больше нет лорда?

— При всем моем уважении, господин, ни ты, ни другие присутствующие здесь лорды не могут говорить от имени Конклава, поскольку для этого требуются две трети всех лордов-холдеров Перна, – уверенно ответил Джексом. – Если потребуется, я буду рад предстать перед полномочным Конклавом и выступить в свою защиту. Думаю, всем очевидно, что Рут’ – неполноценный дракон, и я понимаю, что его шансы достичь зрелости весьма малы. Соответственно, Вейру от него нет никакой пользы. Даже старых драконов, которые не могут больше жевать огненный камень, отправляют на покой в Южный Вейр.. вернее, отправляли раньше.

Мальчика смутила собственная оговорка, но одобрительная усмешка Асгенара поправила дело.

— Разумнее считать Рут’а скорее файром-переростком, чем драконом-недомерком.

Словно извиняясь, он нежно улыбнулся Рут’у и погладил его по голове. Получился такой взрослый и такой любящий жест, что у Лессы перехватило горло.

— Я должен исполнять свои обязательства перед моим родом, перед холдом, который обо мне заботился. Здесь, в Бенден-Вейре, мы с Рут’ом станем лишь помехой. Но мы можем помочь Руат-холду точно так же, как и другие огненные ящерицы.

— Отлично сказано, просто отлично, юный лорд Руатанский! – воскликнул Асгенар Лемосский и зааплодировал, вызвав пронзительный вопль своего файра.

Ларад Телгарский торжественно наклонил голову в знак согласия.

— Гм.. по мне, так ответ чересчур дерзок, – проворчал Райд. – Все вы, сопляки, сперва делаете, а потом уже думаете.

— Я определенно виноват, лорд Райд, – искренне ответил Джексом. – Но сегодня мне пришлось действовать в спешке, чтобы спасти жизнь дракона. Нас учат с почтением относиться к драконьему роду, а меня учили даже лучше, чем кого-либо еще. – Джексом показал в сторону Лайтола, и на его лице отразилась глубокая печаль.

Неизвестно, что разбудило лорда-управляющего Руат-холда: то ли голос Джексома, то ли слишком неудобная поза – но он проснулся. Схватившись за стол, он поднялся на ноги и медленно, сосредотачиваясь на каждом шаге, направился к своему подопечному. Затем обнял мальчика за плечи и, словно это придало ему сил, выпрямился и повернулся к Райду Бенденскому. Вид у него был еще более гордый и надменный, чем в свое время у лорда Грожа.

— Лорд Руат-холда Джексом не виновен в том, что случилось сегодня. Как его опекун, я несу за него ответственность – если спасение жизни можно считать проступком. И если я всегда воспитывал в нем почтение к драконьему роду, у меня на то имелись все причины!

Лорд Райд беспокойно отвел взгляд, не в силах смотреть в глаза Лайтолу.

— Если, – Лайтол специально подчеркнул это слово, хотя и считал подобную возможность маловероятной, – лорды решат что-то предпринять на Конклаве, я буду настаивать на том, что в сегодняшнем поступке лорда Джексома нет ничьей вины. Он следовал законам чести, как его учили. Однако я считаю, что лучше всего он послужит Перну, вернувшись в свой холд. К юному Рут’у в Руате станут относиться с надлежащей заботой и уважением – до конца его дней.