Страница 96 из 97
Кожу на ладонях жгло огнём. С трудом удержавшись от желания разжать пальцы и позволить рукам отдохнуть, Хань Цзишэ запрокинул голову, отмечая, что до палубы оставалось всего-то несколько бу. Успокоив себя тем, что всё не так плохо, и они выполнили главную – для него – задачу, он сделал первый рывок наверх, затем ещё и ещё, после чего увидел, как над головой пронеслась размытая тень, прыгнувшая на кружившего над палубой Нань Гуацзы.
— Нет!!!
Всё произошло так быстро, что Хань Цзишэ не успел испугаться. Мощный толчок заставил его крепче обхватить канат. Ударившись о борт и раздражённо зарычав, он вновь задрал голову и увидел, как Нань Гуацзы отбросило прочь ударной волной на соседний корабль. Туман зашёлся вихрями, с громким треском покачнулась высокая мачта. Паруса тряхнуло так, что один из канатов лопнул, отпуская часть ткани. Мачта накренилась и медленно начала падать на соседний корабль. Люди и демоны в ужасе бросились в разные стороны.
— Вот дерьмо! – только и успел прошипеть Хань Цзишэ, цепляясь за канат, как за единственную соломинку, удерживающую его от неминуемой гибели.
Мачта с грохотом рухнула на лоу чуань, корабль просел, поднятые им волны с головы до ног окатили Хань Цзишэ. Страх ушёл, осталась только злость. Не обращая внимания на боль и выскальзывающий из рук канат, он полез вверх с такой прытью, что позавидовала бы любая обезьяна. Рывок, ещё один, и вот рука уверенно схватилась за деревянные перила – ещё никогда Хань Цзишэ так не радовался твёрдой поверхности под ладонью.
Со стороны корабля охотников раздались душераздирающие крики. В спину ударила тёмная энергия, отчего Хань Цзишэ едва не сорвался вниз. Подтянувшись и ухватившись за деревянную рейку, он обернулся и увидел, как на борту соседнего судна поднималось тёмное облако, из которого вылетали существа, напоминающие хлыст или змею, собранную из костяных позвонков. Бедолагу, который решил приблизиться к очагу опасности, вдруг схватило нечто и утащило в темноту. Истошный вопль, переросший в леденящий кровь визг, прервал сражение, заставив демонов и людей застыть на месте.
За душераздирающим воплем, прерванным хрустом костей, последовал чавкающей звук разрываемой плоти. Не прошло и пары мгновений, как дымка выплюнула комок плоти, костей и одежды, который только что был человеком. Кровь растеклась по доскам, а вид обезображенного человека с завязанными в узел конечностями и выпотрошенными внутренностями заставил всех на борту в ужасе отшатнуться. Единственным исключением стал Нань Гуацзы, выползший из-под обломков поваленной мачты. Даже охотник в белой маске старался держаться подальше.
«Что за чертовщина происходит?»
Хань Цзишэ был настолько поражён и заворожён происходящим безумием, что позабыл обо всём, наблюдая, как туман уходит прочь, являя демоницу, облик которой впору изображать на гравюрах, рассказывающих о страшных созданиях Бездны. Утончённая женская фигура была прикрыта костяными наростами, из-под которых проглядывали два горевших алым глаза. В существе, более напоминавшем злобного гуля, способного лишь раздирать чужую плоть длинными когтями и пить кровь бледными губами, трудно было узнать прекрасную демоницу Шу Дуньжу.
— Вы все здесь сдохнете, – упавшим голосом прорычала Шу Дуньжу, с поразительной ловкостью подпрыгивая к небесам.
Хань Цзишэ отвлёк шум с противоположной стороны. Он с ужасом вспомнил, ради чего, как ненормальный, карабкался на палубу. Наблюдая, как побледневший – хотя, казалось, куда уж сильнее бледнеть – Юнь Сяо скривился от злобы и спрыгнул с палубы в туман, Хань Цзишэ толком ничего не успел предпринять.
Окружив себя проекцией тёмной формации, которая в фиолетовых всполохах и тёмном тумане начала копировать образ костяного монстра, Шу Дуньжу подняла руку, вслед за чем формация повторила её движение. Громада, разогнавшая туман над кораблём охотников, уже готовилась нанести удар. Но несмотря на исходившую от неё давящую тёмную энергию, Хань Цзишэ почувствовал приближение чего-то не менее опасного. Он слышал его голос, его злость и раздражение; оно было потревожено их боем и теперь пребывало в такой ярости, что желало раздавить их, как надоедливых букашек.
— Рано вам идти на дно, не думаешь? – вдруг раздался позади знакомый женский голос.
Хань Цзишэ успел только вздрогнуть от неожиданности, прежде чем чьи-то руки обхватили его вокруг груди и подняли вверх, унося прочь от корабля, который в следующий миг.. прилетел им вслед в облаке множества брызг.
Упругое тонкое щупальце пробило корабль насквозь, поднимая в воздух волны и деревянные осколки. Мачты накренились, судно разошлось на две части, словно игрушка, собранная из хлипких веток. Поднявшиеся волны смыли весь экипаж, который ещё оставался на борту, и как только разошлась белая пена, Хань Цзишэ увидел чёрный громадный силуэт, проплывающий под кораблями, который вновь поднял из-под воды щупальца, целясь в демоническую фигуру Шу Дуньжу.
Одно, второе, третье – тонкие полупрозрачные щупальца тянулись к костяному монстру, и лишь присмотревшись к существу, поднявшемуся из глубин, Хань Цзишэ понял, что оно очень напоминает медузу.
— Хэйбао не любит, когда тревожат его владения, – будто прочитав его мысли, произнесла Ди Хухо, перенося его на корабль охотников.
Ступив на судно, Хань Цзишэ испытал небольшое облегчение. Но беспокойство о Хань И, намеренная уничтожить их Шу Дуньжу да ещё хэйбао, поднявшийся из морских глубин, не позволили расслабиться. Звон металла не дал ему забросать спасительницу вопросами, – меч выскользнул из ножен, закреплённых на её поясе. Белый плащ, сорвавшись с её плеч, обнажил светлое одеяние, которое, казалось, сияло в грязном полумраке нечистот Диюя.
— Если не хотите погибнуть, отложите на время разборки и плывите к берегу, – посоветовала Ди Хухо. Несмотря на плотную шёлковую вуаль, скрывавшую нижнюю часть лица, её голос достиг всех, кто находился на верхней палубе. – И последний совет: не держитесь за связи с судьями, потому что теперь на Диюй обратят внимание небожители. Полетят головы. И чьи в первую очередь – зависит только от вас, поэтому не защищайте виновных и тех, кто уже связан с ними.
Хмурый и отчасти сожалеющий взгляд был обращён к Хань Цзишэ как намёк и предупреждение: если он не хочет нарваться на ещё большие неприятности.. ему следовало отказаться от Хань И?