Страница 2 из 43
– Тогда зачем мы об этом говорим?!
– Мне уже двадцать четыре, тебе двадцать девять. Твоя мама не меньше моих предков переживает за холостяцкий образ жизни любимого сына, иначе бы не приезжала сюда каждый месяц.
– Причем здесь это?
– Давай поженимся, и тогда родители утихомирятся.
– Стасик, ты – псих!
– Только подумай: ты и я живем спокойно, как раньше. Числимся мужем и женой, при этом не достаем друг друга придирками, ревностью и прочей ерундой. Родители довольны, приезжают редко, не пилят по поводу личной жизни.
– С моей личной жизнью всё в порядке.
– Даже слишком.
– В смысле?
– Может, тебе заплатить?
– Совсем дура?!
– Тогда выдвини встречные условия. Это же мега-удобно. У нас квартиры – напротив. Приехали предки – мы вместе, уехали – снова врозь.
– Мне-то какая с этого выгода?
– А другу помочь?
– Пффф...
– В любой момент можем развестись. Как встретишь любовь всей своей жизни, только свистни. Совместного имущества наживать не будем, у нас и так всё есть. В конце концов, составим брачный контракт!
– Стасик, сходи к врачу, – в очередной раз принимаясь за готовку кофе, серьезно посоветовал Пашка.
– Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, – умоляющим голосом заканючила я. – Ты же меня поцеловал! Значит, я тебе не противна.
– Причем здесь это?
– Притом, что ещё один поцелуй на свадьбе ты переживёшь.
– Ты хочешь всё по-настоящему?
– Не я. Родители. Я же тебе рассказывала, что единственная, долгожданная, горячо любимая дочь. Я с таким трудом и скрипом добивалась самостоятельности. Не хочу снова её терять. Выйдя замуж, я буду принадлежать тебе, а не им.
– Держи, – Пашка поставил передо мной дымящуюся чашку кофе, бесцеремонно скинул с соседней табуретки вещи на пол, сел и обхватил руками голову. – Дай подумать.
Парень надолго замолчал. Я наслаждалась вкусным, ароматным горячим напитком. Всё как я люблю: крепкий, черный, без сахара.
– Получается, для нас брак будет фиктивным, – то ли размышляя вслух, то ли обращаясь ко мне, медленно произнёс Паша. Решила промолчать и подождать следующей реплики. – Жить будем отдельно… А если родители захотят внуков?
– Скажем, что не готовы. Работа, карьера… Мама родила меня в тридцать пять. Подождут.
– Вот именно. Мама родила тебя поздно, и поэтому ей хочется внуков.
– Ты сейчас завуалированно обозвал мою маму старушкой?
– Не передергивай.
– А ты не тормози. Соглашайся.
– Если соглашусь, потребую добросовестно исполнять супружеский долг, – пригрозил Пашка, глядя на меня исподлобья.
– Чего?
– Уборка, стирка, готовка, – принялся загибать пальцы парень.
– А… ты об этом, – с облегчением выдохнула я.
– А ты на что губу раскатала?
– Хорошо, – поспешила я согласиться, пока друг не передумал. – Только, чур, не мытьё посуды. Уборка один раз в неделю, в течение которой ты самостоятельно поддерживаешь порядок. Стирка. Глажка. Мусор выносишь сам. Есть приходи ко мне. Буду готовить на двоих.
– Другой разговор. А что с мытьем посуды не так?
– Ненавижу. Раз есть будешь у меня, мыть будем по очереди. Или купим посудомойку.
– Ладно. Можешь начинать.
Я поперхнулась только что сделанным глотком кофе и сильно закашлялась. Пашка заботливо похлопал меня по спине.
– Только после свадьбы, – просипела я.
– А как же притереться, приглядеться? Вдруг меня не устроят твои навыки в области ведения домашнего хозяйства? – продолжал веселиться сосед.
– А вдруг ты не устроишь моих родителей? С твоей-то репутацией…
– Откуда им знать про мою репутацию?
– От верблюда, – поднимаясь с места, фыркнула я.
– Кофе допей.
– Не хочу, – я направилась к выходу. – Если согласен, летом надо будет съездить к родителям в гости, ближе познакомиться.
– Стасик… – Пашка подошёл вплотную и неожиданно ласково провёл пальцами по моей щеке. – Ты точно этого хочешь?
– Ещё подумаю, – тряхнула головой в ответ. В глазах друга застыло странное выражение. – Может, просплюсь и всё пройдет.