Внучок Деда Мороза хочет меня

ГЛАВА 22

НАСТЯ

На удивление, Мариам очень хорошо водит и знакома с ездой в снегопад. Так что я почти спокойна, что обычно бывает крайне редко, если кто-то, кроме меня, за рулем.

В шестом отделении довольно шумно, у них большой урожай.

Отца я нахожу глазами почти сразу. Как обычно, в классическом костюме и шерстяном пальто. Волосы идеально собраны, а мелкие кудри рассыпались по голове аккуратной волной.

С непринужденной улыбкой на лице он методично кого-то сейчас втаптывает в грязь на уверенном юридическом языке. Я точно знаю это выражение лица…победоносное.

Кто-то может назвать его красивым мужчиной, который умеет стареть как выдержанное вино.

А кто-то мог бы сказать, что на свои года он не смотрится и старость вовсе не о нем. Но вот вам факт: внешность всегда обманчива, а за красивой картинкой почти всегда кроется что-то пугающе темное, что причинило очень много боли самым близким людям.

Уверенной походкой иду к нему и точно знаю, что когда он посмотрит на меня, я снова смогу ощутить ту лавину боли, что однажды меня уже накрывала.

Больно было потерять сразу двоих важных и ценных моему сердцу людей. Очень больно.

Я молча к нему подхожу, и только когда он меня замечает, бросаю на отца беглый взгляд. Короткий и ничего не выражающий.

— Я думаю, вы понимаете, что это все грубые нарушения…— продолжает он и во взгляде его что-то меняется. Меня на мгновение пронзает как будто бы молнией.

Вот такой вот пробирающий до нутра взгляд.

Когда офицер отходит, я слышу навязчивое:

— Привет, Настенька…— он улыбается, и морщинки у глаз собираются в глубокие складки, которых при нашей последней встрече не было. А что так? Супружеская жизнь не так хороша как кажется?

— Есть новости? — сузо перехожу к делу.

— Да, их уже отпускают. Сейчас выдадут личные вещи и все, свободны как ветер в поле, — ухмыляется и рассматривает меня, а я же упрямо пялюсь в стенку напротив. Туда, где висят лица разыскиваемых за разные преступления.

— Отлично. Спасибо.

Я тут же разворачиваюсь, чтобы уйти, но отец хватает меня за руку в последний момент.

— Даже не обмолвишься и словечком с отцом?

— Да нет у меня никаких новостей и отца вроде как нет. Он предпочел старой семье новую.

— Малыш.

— Не называй меня так. Я больше не малыш, не доченька, не Настенька. Помог с этой проблемой — молодец, возьми с полочки пирожок, от меня спасибо получил и все. Это максимум, на который я способна, — бросаю ему резко и выдергиваю руку. За моим перфомансом наблюдают очень многие, помимо девочек.

Отойти в сторону не успеваю, потому что он меня нагоняет, и снова за руку перехватывает. Не нежно, но и не грубо.

— Ты можешь меня ненавидеть, но я все равно тебя люблю, — цедит хрипло, и меня передергивает. Любит он, как же. Пока что любит он только свой стручок, который тыкает куда ни попадя.

— И люби себе на здоровье, надеюсь, твоя новая женушка не против, — язвлю в ответ и все-таки вырываюсь из захвата отца. Поднимаю голову и вижу, как по коридору ведут Добрыню, Лешу и Илью. На смену злости приходит волна радости, что мягкими волнами омывает мое промозглое тело.

Добрыня видит меня и улыбается. У него разбита правая бровь и прослеживается глубокая ссадина на нижней губе. Значит, били…

Ничего: они еще свое получат сполна. Отец проходит вперед, приветственно кивает Добрыне, и тот бросает удивленный взгляд на него и улыбается. Что?

Что?

Мой шок в шоке.

— Как же приятно видеть тебя, Добрыня, но жаль, что при таких обстоятельствах.

— Александр Андреевич, а как я рад! Да парни ошиблись немного, но ничего, мое начальство скоро будет в курсе, и мы тут шороху наведем, — он открыто улыбается, переводит вожделенный взгляд на меня и протягивает руку, сжимая мою леденящую ладошку. Я нервно улыбаюсь и чувстувую толкьо бешено колотящийся стук сердца.

— Спасибо вам большое, что ускорили тут все, — Добрыня благодарит отца, а тот, в свою очередь, все внимание сосредоточил на наших сомкнутых руках.

А затем с блуждающей улыбкой на лице отец произносит:

— У тебя очень хороший выбор, дочь, — смотрит на меня уже каким-то другим взглядом. Мне сложно его понять сейчас, потому что ранее я такого взгляда у отца не видела.

У моего “внучка” тоже глаза из орбит вылетают. А ты думал, только ты можешь меня впечатлять и шокировать, а я нет?

— Обидишь — убью, — елейно продолжает отец, уже всматриваясь в Добрыню не самым дружелюбным взглядом.

— Александр Андреевич, как можно?

Он кивает нам и разворачивается, чтобы уйти прочь и оставить после себя неизменный запах тех самых дорогущих духов, что не меняются уже на протяжении многих лет.

— Малыш, — Добрыня притягивает меня к себе и целует в висок. — Ты не говорила, что твой отец сам Владин, — с легкой подколкой говорит он, и меня начинает пробирать злость. А я должна была вообще ему что-то говорить?!

— И чего теперь? Это как-то определяет меня, как человека?

— Эм, малыш, ты чего? Я ж без претензий, просто забавно получилось, — он мягко поглаживает меня по голове и снова целует, на этот раз в лоб. —Поехали домой?

И пока остальные парни забирают вещи, я с тяжелым сердцем сжимаю руку Добрыни и ощущаю вселенскую усталость. Нет, я очень рада, что Добрыня на свободе. Очень рада. Но сам факт столкновения с отцом вымотал меня даже за то короткое время, что мы по сути виделись сейчас.

Олька обнимается с Лешей, они смеются и отстраняются ближе к выходу, целуясь прямо на ходу. Илья же только и успевает, что Мариам за руку взять, как она тут же выдергивает ее, краснея как спелый помидор.

— Малыш, я тебе благодарен от всей души, что ты так вписалась за меня. Честно, я и не думал, что сегодня выйду из этого клоповника. Мне ж даже позвонить не дали. парням тоже. То есть, по сути, даже моя ксива тут особо не сработала бы. Они ее намеренно не увидели, или случайно не заметили — хрен его разберет. Ты такая молодец, и капец я себя теперь должным ощущаю. Вообще все что угодно проси…— Добрыня перехватывает мое лицо своими сильными руками и поглаживает большими пальцами щеки.

У меня и слов не находится, я просто утопаю в вожделенном взгляде.

— За такое не благодарят. Уверена, ты бы сделал то же самое для меня. К тому же, во многом эта ситуация в принципе случилась по моей вине, — кусаю губы и роняю взгляд в пол.

— С ума сошла? Вообще забудь об этом, я решу все вопросы и закрою тему бывшего уебана, договорились? — он бодается носом о мой нос, и моя улыбка расцветает на лице.