Во власти обмана

— Ты не можешь оставлять себе каждого клиента, с которым спишь. Если он выбирает другую, ты должна уступить. — Брюнетка дуется.

Я не отвожу взгляда от Силлы и наклоняюсь, чтобы поцеловать её. Она пахнет мятой и кофе. Я кладу руку ей на затылок и углубляю поцелуй настолько, что она вцепляется в мою руку, вонзая ногти в пиджак.

Когда я выпускаю её губы, её взгляд затуманен, а губы припухли.

Я говорю снова, но уже брюнетке, не отводя глаз от Силлы:

— Я не её клиент. Я её муж.

Раздается тихий вздох, и я понимаю, что это была Силла. Она прочищает горло, а мне уже надоело ждать возможности прикоснуться к ней.

— Пошли со мной.

Я тяну её за предплечье обратно в офис. Оказавшись внутри, я запираю дверь, впечатываю её в дерево и снова припадаю к её губам.

Она цепляется за мои плечи, и когда я провожу губами по её челюсти, а затем по шее, она всхлипывает.

— Это всё, что ты хотел сделать сегодня? Мы могли бы остаться в постели ради этого. Нам не нужно было надевать штаны.

— Ты права, — шепчу я, дыша на её кожу. — В следующий раз без штанов. Я хочу, чтобы ты была в платье, чтобы я мог касаться этой сладкой маленькой киски, когда захочу.

Я хватаю её за штаны, опускаюсь на колени, чтобы сорвать их, и сдвигаю нижнее белье ей к лодыжкам. Угол не идеален, но я зарываюсь лицом в её сладкий аромат и облизываю её тело вдоль шва.

Боже, даже её вкус успокаивает меня, усмиряя демона внутри. Я сосу её клитор и обхватываю ладонями изгиб её задницы, чтобы сжать ягодицы. Её пальцы зарываются в мои волосы, пока ногти не впиваются в кожу головы. Мне нравится чувствовать, как её наслаждение оставляет на мне следы.

— Раздвинь ноги шире. Дай мне больше моей красивой, блять, киски.

Она меняет позу, и я выгибаю руку, чтобы пронзить её, одновременно проводя языком от её отверстия к клитору, увлажняя её еще сильнее.

— Ты на вкус как рай.

Она стонет и роняет голову на дверь. Но этого недостаточно.

— Громче, Malyshka. Я хочу, чтобы они знали, как сильно я заставляю тебя кричать.

Я раздвигаю её чуть шире и ввожу третий палец. Её влагалище сжимается вокруг меня, шелковистое и влажное, пока я снова опускаюсь головой к её клитору.

Она подается вперед, на мою руку, на мое лицо, её колени дрожат возле моих ушей. Я облизываю её, мой член становится тверже с каждой секундой. Прилив жидкости заставляет меня зажать её клитор между губ, чтобы пососать крошечный бугорок достаточно сильно и заставить её кончить для меня. Я хочу, чтобы её разрядка покрыла мой язык. Хочу, чтобы она капала с моего подбородка.

— Еще, Присцилла. Всё до капли. Кончи для меня, и я хочу, чтобы ты выкрикнула мое имя, когда будешь это делать.

Я быстро добавляю четвертый палец и наблюдаю, как она дрожит и сжимается вокруг моих пальцев.

— Вот так, Malyshka, кончай.

Я жестко ласкаю её, пока она не выдыхает мое имя, а затем выкрикивает его в пустой комнате. Этот звук бьет прямо по моему члену. Тому самому, которым я планирую трахнуть её рот позже.

Нежно я высвобождаю пальцы из её киски.

— Сдвинь бедра, чтобы я мог встать.

Её глаза сверкают, когда она смотрит на меня сверху вниз.

— А что, если я хочу, чтобы ты остался там?

— Если я останусь здесь, я никогда не закончу работу, и мы проведем весь день голыми на этом холодном полу.

Она вздыхает, тяжело прислоняясь к двери.

— М-м-м… ты прав.

Я встаю и поправляю свой напряжённый член. Когда она тянется ко мне, я перехватываю её руки.

— Нет, это было для тебя. Это может подождать до вечера. Я планирую трахать тебя до тех пор, пока ты не перестанешь ходить прямо.

Она сглатывает, и я удовлетворен голодным взглядом в её глазах.

Как только она снова приводит себя в порядок, я открываю дверь и веду её к бару.

— Ты можешь остаться здесь, если хочешь, или я попрошу Алексея отвезти тебя домой. Предупреждаю сейчас, нам нужно готовиться к еще одной вечеринке.

Её улыбка мгновенно исчезает.

— Еще одна вечеринка?

— Вечеринка в честь окончания сезона будет проводиться Адрианом в пентхаусе.

— Разве он обычно не использует отель? Я думала, пентхаус должен быть под защитой.

Я качаю головой.

— Так и есть, но Совет и его новый управляющий, после ареста Эммануэля, обеспокоены тем, что Доубек возьмет власть в свои руки. Они боятся, что Адриан распустит бесполезный Совет и всё общество, чтобы прибрать всё к рукам.

Её глаза расширяются.

— Это то, что он планирует сделать?

Я снова целую её.

— Никто не знает, что планирует Адриан, пока он этого не решит. С Валентиной на сносях он не намерен подвергать её опасности. Кай и Михаил чувствуют то же самое.

— А ты? — шепчет она.

Я снова целую её, веду к кабинке, а затем оставляю её без ответа на вопрос. Я отказываюсь лгать ей, и не думаю, что она хочет знать, как сильно я хочу, чтобы её отец был мертв.