Страница 51 из 120
Свет кругом дрожит единожды – так свечные лампы в наших покоях, догорая, то ярче, то тише мерцают – я так и не научилась их регулировать. Мне приходится ненадолго высунуться из-под крыши, чтобы убедиться: Луна неподвижна, не сходит с небес. Ещё один всполох, разрезавший небо, вынуждает меня от страха присесть, потому что его сопровождает звук, будто небеса раскололись.
— Царевна! Вернись! – я стараюсь докричаться, но грохот, будто камни падают с гор, заглушает мой голос. Ксанфа оборачивается, её лицо искажено страхом и непониманием природы этого света и звука. Пригодились бы нам сейчас эти институтские лжеучёные с удобными оправданиями.
Я размахиваю руками, умоляя её тем самым вернуться, чтобы мы вместе могли найти кого-то. Ксанфа возводит к небу ладони и разглядывает свою голую кожу – поблёскивающую издали, будто мокрая. На камнях появляются тёмные точки – много-много пятен укрывают дорожки, ведущие студентов от корпуса к корпусу. Звук непривычный – мерный, переменный стук. Пыль оседает, и я ощущаю непривычный запах – сладковатый, но не приторный – не как моя кровь, – и не терпкий, шипящий – как морская пена.
«Я привела беду с Моря, я разгневала Землю», – понимаю я в тот же миг, когда Ксанфа вдруг кричит и падает на колени, сжавшись, словно от солнечного ожога, и небо пронзает ещё одна не веданная ни мною, ни всеми пятью государствами Союза вспышка. На Землю начинает литься колкая вода. Солнце восходит.