Страница 118 из 150
Несусь по лабиринту, царапая руки об острые ветки. Мужчина появляется передо мной, а второй сразу же позади. Сильный удар по голове, и я со стоном падаю в чьи-то руки, и меня тащат по земле. В висках ужасающая боль, парализующая всё тело. Неожиданно меня бросают на землю, и я скулю от новой вспышки боли во всём теле, а одновременно с этим слышу чудовищное рычание. Приоткрывая глаза, перед которыми всё плывёт, различаю огромных размеров непонятного монстра. Его кожа покрыта алыми пятнами, а длинный острый хвост напополам разрывает тело нападавшего на меня. Длинные руки с чёрными когтями набрасываются на второго и, хватая его за рот, раздирают надвое голову и тело. Кровь брызжет так сильно, и, кажется, что это безобразное, пугающее создание не обращает на меня никакого внимания и в один мах проглатывает два тела, издавая снова то же самое, пробирающее до костей, рычание.
Визжа, отползаю к зелени, а оно поворачивается ко мне, клацая острыми зубами, испачканными кровью. При каждом его шаге, земля сотрясается, а я жмурюсь, прощаясь со всеми, кого знала. Горячие и обжигающие лезвия касаются моей щеки, и я приоткрываю глаза, встречаясь с чёрным взглядом, в котором полыхает огонь. И до меня доходит.
– Рэйг, – выдыхаю я, осматривая его лицо… нет, это нельзя назвать лицом. Оно всё как будто в жутких кровоточащих ожогах, и оно огромное. Я даже сравнить ни с чем не могу то, что вижу. Это безумно страшно. Моё сердце начинает биться спокойнее от осознания, что это его настоящее обличье, а я чуть в штаны не наделала от него.
Бросаюсь ему на грудь и могу обхватить руками только часть липкого и скользкого тела, плача от ужаса пережитого. У меня нет никого отвращения к нему, а только принятие данного факта, что он монстр и другим никогда не будет. Это он. Но любовь появляется не к внешности, а к тому, как сердце реагирует на сердцебиение другого, обожая то, что оно стучит.
Огромные лапы обнимают меня и прижимают ближе к себе. От него пахнет огнём, болью и горем. Да, они имеют запах. Этот аромат присущ каждому существу, потому что любой из нас одарён этими чувствами.
– Гаус, Рэйг, это Гаус. Он неверный, – шепчу я, отклоняясь немного, чтобы снова посмотреть на него. И меня не передёргивает от того, что Рэйг запросто проглотил двух людей и даже не подавился. Его зубы до сих пор в крови, а губ нет, только обожжённые куски плоти.
– Он мёртв, – хотя я вижу, что Рэйг ничего не сказал, но слышу его мягкий голос в своей голове.
– Рэйг, прости меня! Прости меня! – Вскрикиваю я, прижимаясь к его губам своими. Плевать. Я, люблю его даже ненавидя за всё, что он сказал.
Он не двигается, когда я отрываюсь от его губ и облизываю свои, ощущая привкус крови. Может быть, я больная или какая-то не такая, но я улыбаюсь, гладя его, уродливое для многих, лицо, и вижу улыбку и облегчение в его глазах.