Страница 72 из 84
Глава 16
Дверь квартиры была открыта настежь.
Несколько секунд я просто пялился в экран, словно ждал, что это просто какая-то ничего не значащая мелочь. Сейчас из квартиры выйдет Наташа, за ней появится Лена, кто-нибудь захлопнет дверь, а деревянный брус магическим образом взлетит и с характерным «бум» подопрёт дверь на лестницу. Но ничего подобного, разумеется, не произошло. Коридор оставался пустым, бруса не было на положенном месте, а тёмный прямоугольник входа в квартиру только сильнее давил на нервы.
— Да бля-я-я…
Я приблизил изображение. Качество камеры не позволяло разглядеть мелкие детали, но общей картины хватало: никаких людей, никакого движения и ни одного нормального объяснения тому, почему Наташа решила бы оставить дверь распахнутой. Если они с Леной ушли сами, то сделали это очень странно.
Через несколько секунд я уже поднимался с пола. Бедро тут же прострелило болью, бок заныл, но организм со своими претензиями мог в данный момент пойти на хер, ибо не вовремя. Почти двое суток я валялся внутри Комнаты, пока снаружи происходило неизвестно что, и сейчас меня интересовало только одно — куда делись Наташа и Лена.
Я надел разгрузку поверх изодранной олимпийки, поднял «Вепрь» и проверил револьвер. Разводной ключ Антона по-прежнему висел на ремне. Машу сначала машинально взял в руки, собираясь снова сунуть за пазуху, но передумал и осторожно посадил возле стены.
— Посиди здесь.
Слова прозвучали глупо, хотя после последних дней разговор с тряпичной куклой уже едва ли тянул на первое место в списке моих странностей.
Створки разошлись.
Коридор встретил меня полной тишиной. Я несколько секунд оставался внутри лифта, прислушиваясь и держа карабин перед собой. Ни шагов, ни скрежета, ни гоблинских воплей. Только слабый гул здания и собственное дыхание.
Первым делом я направился к лестнице.
Брус валялся в стороне, возле стены. На одном конце остались свежие вмятины, сама противопожарная дверь была закрыта, но ничем больше не удерживалась. Я осторожно приоткрыл её на несколько сантиметров и выглянул наружу. Лестничная площадка была пустой, хотя откуда-то снизу продолжало тянуть дымом и старой кровью.
Закрыв дверь, я поднял брус и только теперь понял, что именно произошло. Наташа не закрепила его так, как делал я. Вместо распорки между дверью и противоположной стеной она просто поставила деревяшку под углом, прижав створку. С виду конструкция выглядела вполне серьёзно, особенно если не знать, куда именно должна уходить нагрузка. Несколько сильных толчков с лестницы — и конец бруса просто соскользнул.
— Ну молодец, Андрей. Отлично объяснил.
Тогда мне казалось, что слова «подопри дверь брусом» исчерпывающе описывают весь инженерный процесс. Но очевидно, что для человека, который никогда подобным не занимался, это было не так уж и очевидно. Винить Наташу в собственной неспособности нормально объяснить задачу хотелось, но даже я понимал, насколько это будет бессмысленно.
Я установил брус заново, уперев один конец в бетонную стену, а второй загнав под нужным углом к створке. Несколько раз дёрнул дверь на себя. Теперь держалось нормально.
После этого прошёл к другому проходу. Там всё осталось без изменений: холодильник и наваленная мебель стояли на месте, никаких следов попытки разобрать завал не было.
Квартира Наташи была у меня следующей на очереди.
Чем ближе я подходил, тем сильнее хотелось увидеть малейший намек на то, что происходящее всего лишь какая-то глупая шутка.
Сама дверь выглядела почти целой. Косяк не расколот, петли не сорваны, полотно никто не выбивал. Даже замок при беглом взгляде был в полном порядке.
Я аккуратно присел и посветил на него фонарём. Возле личинки виднелись несколько свежих царапин и потёртостей, но никаких следов лома или другого грубого инструмента. Казалось, кто-то просто открыл запертую дверь, не имея ключа.
— Как?.. — вырвалось у меня помимо воли.
Ответить было некому.
Я вошёл внутрь квартиры.
— Наташа?
Тишина.
— Лена!
Никто не отозвался.
В квартире был беспорядок, но теперь уже явно свежий. Один стул валялся на боку, возле входа на кухню была навалена битая посуда, да и в целом разворошили тут всё знатно.
Я прошёл по комнатам, уже не пытаясь изображать из себя осторожного разведчика. Заглянул на кухню, в ванную, спальню, кладовку, открыл шкаф и даже посмотрел под кровать, хотя прекрасно понимал, насколько бессмысленно искать там двух человек.
— Лена!
Собственный голос ударился о стены и вернулся обратно.
Возле дивана обнаружилось небольшое пятно засохшей крови. Совсем немного, но от этого легче не стало. Я присел, посмотрел на него и почувствовал, как пальцы на карабине начинают дрожать.
В голове одна за другой появлялись версии. Они спрятались в другой квартире. Или, Наташа решила уйти, когда я долго не возвращался. А может, Лена снова что-нибудь придумала и потащила мать за собой. Каждая следующая версия была всё менее убедительней чем предыдущая.
И тут я вспомнил про мастерскую Валеры.
Там была крепкая дверь и системные вещи. Место мерзкое, но спрятаться в нём можно.
Развернулся на месте и почти побежал в ту поганую комнату. Бедро сразу напомнило, что даже после двух суток восстановления физическое превозмогание — это уж слишком оптимистично, поэтому пришлось перейти на быстрый шаг.
Дверь мастерской тоже оказалась открыта.
Внутри всё осталось почти как прежде: стол, инструменты, засохшая кровь и клетка с телом живоглота. Ни Наташи, ни Лены.
Я остановился посреди комнаты и несколько секунд просто смотрел вперёд.
Перед глазами всплыла Лена, протягивающая мне Машу. Потом Наташа с моим револьвером в руках. Светящиеся ладони девочки, кровь из её носа, недовольное лицо, когда она доказывала, что вообще то она уже не маленькая.
— Два дня…
Я произнёс это тихо, но от собственных слов стало только хуже.
Почти двое суток они находились здесь, пока я лежал в нескольких метрах и не мог даже открыть глаза. Разумом я понимал, что после того взрыва ничего другого сделать не мог. Добраться до Комнаты само по себе было чудом.
Но разум сейчас был очень плохим утешителем.
На полу возле ножки стола что-то блеснуло.
Я наклонился.
Портновские ножницы Наташи.