Страница 14 из 84
И тут я вспомнил. Моя команда непонятно с чего решила устроить офлайн встречу в честь выигранного турика с большими призовыми. Поддавшись общему куражу, я даже решился выйти из квартиры. Подошел к этому делу со всем усердием и основательно подготовился, собрав всё, что могло мне понадобиться в этой, не иначе как, «экспедиции». Но в тот день город накрыл сильнейший ливень, встречу сразу же отменили, и этот батончик так и остался лежать в рюкзаке.
Прошёл почти год, но, думаю, с ним всё нормально. Шоколад — штука почти вечная. Ну наверное.
Я разорвал упаковку.
Внутри лежала белёсая кривая плитка, которая явно не раз плавилась и застывала заново. Запах у неё был странный.
Я осторожно откусил, ожидая чего угодно.
Шоколад оказался сухим и прогорклым, но при этом — самым вкусным из всего, что я ел за свою жизнь.
Жевал медленно, стараясь растянуть удовольствие. Крошки падали на ладонь, и каждую я аккуратно слизывал. Один кусочек неудачно отломился и упал прямо на пол.
Я смотрел на него секунд десять, борясь с самим собой. Ведь жрать с пола было... Да похер. Отругав себя за излишнюю брезгливость в тот момент, когда не надо, я тут же ухватил «потеряшку», продул и съел, даже не почувствовав вкуса.
— Правило пяти секунд священно, — сказал я вслух, успокаивая сам себя. — Этой, как ее там называли в китайских книжках... Ах да, системе должно быть плевать на бактерии.
Упомянутая система не посчитала нужным подать голос и ничего мне не ответила. Да и вообще никаких сообщений больше не появлялось.
Может, всё уже закончилось? Сообщения о каком-то Слиянии, откатах и присвоении мне класса были всего лишь галлюцинацией? Организм испугался, мозг перегрелся и решил развлечь меня образами из сотен игр, за которыми я проводил сутки напролёт.
Правда, стены лифта всё ещё выглядели не так, как я запомнил их во время подъёма. Металл стал гладким, царапины исчезли, а панели словно срослись в монолитное покрытие.
И освещение не работало.
Я направил фонарик на потолок и увидел, что лампы остались на месте, но не горели.
— Прекрасно, просто прекрасно.
Телефон пришлось выключить. Одиннадцать процентов заряда могли ещё пригодиться.
Кабина вновь наполнилась непроглядной тьмой.
Сначала я просто сидел, ни о чём не думая. После всего пережитого даже разум устал и отказывался заниматься чем-либо, кроме первичного выживания. Но раз я пока находился в безопасности, немного попил и кое-как поел, его полномочия на этом заканчивались.
Я и сам не заметил, как снова лёг на пол, подложив под голову остатки куртки. Рюкзак прижал к животу — так почему-то было спокойнее.
Почти как дома, если не учитывать отсутствие кровати, компьютера, туалета и тот факт, что за стенкой корчился в агонии человеческий мир.
Я пытался думать о своей квартире, которая теперь находилась где-то далеко. О кресле, трёх мониторах, коллекции фигурок в отдельном шкафу и холодильнике…
Зря вспомнил холодильник.
Кишки скрутило, будто они говорили мне, что одной шоколадки им как бы мало и неплохо бы закинуть в них еще что-нибудь да посущественнее.
Несколько раз я проваливался в короткий сон, просыпаясь от звука собственного храпа.
В какой-то момент я все же смог уснуть. И в этот раз мне даже снился сон, совсем не похожий на мои обычные сны. Да и было ли это сном…
Кто-то ломился во входную дверь.
Я был у себя дома. Застыл от ужаса в коридоре, не зная, что делать, лишь прижался потной спиной к стене, сжимая дрожащими руками кухонный нож.
Квартира выглядела до ужаса знакомой и одновременно какой-то чужой. Окна заколочены и забаррикадированы чем попало. На полу стояли пустые бутылки из-под воды, в углу валялись пакеты с мусором. Воздух же был тяжёлым от сырости и запаха давно немытого тела.
Моего тела.
Дверь вновь заходила ходуном от сыплющихся на нее тяжелых ударов.
Я задрожал всем телом и, до побелевших пальцев сжав рукоять ножа, прокричал:
— Уходите! Пожалуйста.
Голос сорвался, от чего я закашлялся.
Из-за двери мне ответили хрипом.
Удар.
Ещё один.
Дверь была стальной, но анкера в стене уже не выдерживали. Коробка скрипела от каждого нового удара.
Так продолжалось, пока не произошло неизбежное: дверной косяк, выломав куски бетона, отошел от стены сантиметров на двадцать. В проёме показалась окровавленная рука.
Я поднял нож. Руки дрожали так сильно, что кончик лезвия описывал в воздухе замысловатые восьмёрки.
И тут хрипы наседающих зомби перекрыл громогласный выстрел.
Сначала один.
Потом второй.
И почти сразу за ними последовал третий.
Удары тут же оборвались, и наступила гробовая тишина, которую через несколько секунд нарушил короткий стук в державшуюся на одних соплях дверь.
Три раза.
Пауза.
Ещё два.
— Андрей! — послышалось из подъезда.
Я сразу узнал этот голос.
— Дядь Саш? — дрожащим голосом спросил я, не веря собственным ушам.
— Тебя не покусали? — с затаённым напряжением в голосе спросил он.
— Нет! — тут же выкрикнул я.
— Отлично. Тогда оттащи шкаф. Быстро.
Отброшенный в сторону нож зазвенел об пол. Я всем весом навалился на баррикаду, которой в панике заблокировал дверь. С коробками всё прошло быстро, но манументальный шкаф оказался куда тяжелее, чем я его помнил. Как я умудрился его в первый раз сдвинуть, ума не приложу.
Я уперся в него руками, то и дело поскальзываясь на мусоре, пока щель не стала достаточно широкой.
В квартиру вошёл мой родной дядя. На нём была тёмная куртка, поверх неё — бронежилет с интегрированной разгрузкой. В руках он держал свой верный карабин «Вепрь-12».
Дядя окинул квартиру суровым взглядом, потом посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула затаённая печаль. Ну да, выглядел я не очень презентабельно, чего уж скажешь.
— Господи, Андрюха.
В его голосе не было ни грамма насмешки. Только усталость.
Я хотел что-то сказать. Объясниться, почему не вышел раньше. Не отвечал на звонки. Да и какого хрена я вообще заперся тут, пока мир вокруг рушился.