Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 46 из 185

— Я не отправлюсь в подземелья! – кричу я в ответ.

— Куда? – переспрашивает первый голос. Он бестелесен и отражается от каждого темного угла. – Вернись ко мне.

Я спотыкаюсь. Боль пронзает руку от падения. Я вытягиваю шею, забыв о синяках на ней, и из горла вырывается непроизвольный крик. Когда я поднимаюсь на ноги, то понимаю, что снова в Халазаре.

Колени покрыты кровью и ушибами. Тело вот-вот разорвется на части с такой силой, что унесет за собой весь Халазар. Я несусь через тюремные камеры и городские кварталы, которые при каждом моем шаге раскачиваются у меня перед глазами. Я бегу, чтобы спасти свою жизнь, чтобы спасти жизни тех, кого я когда-либо любила. Ради будущего, в котором, возможно, найдется хоть капля справедливости.

«Пожалуйста, – молит мое сердце. – Пожалуйста, пусть удача будет на моей стороне. И никак иначе. Мне это нужно. Мне нужно безопасное место». На мгновение город одерживает верх. Я почти возвращаюсь к клубу Обреченных звездами. Домой, туда, где безопасно.

Раздается недовольный ропот, сотрясающий основы мира, а затем он перерастает в вопль ярости.

— Как ты это делаешь? – кричит Иза откуда-то издалека.

Я тебе не достанусь!

Я заворачиваю за угол, где должен располагаться клуб Обреченных звездами, но вместо него натыкаюсь на одинокую дверь в Халазаре. Распахиваю ее, не имея другого выбора, и мое лицо обдувает легкий теплый ветер. Я на вершине горы, а впереди разливается рассвет.

— Мама, – выдыхаю я, глядя на женщину передо мной. Веревка, обмотанная вокруг ее талии и привязанная к скале, слишком изношенная и тонкая. Она делает глубокий вдох, когда порыв ветра внезапно обрушивается на скалу Пропасти – кошмарного ущелья, мостящегося в самом сердце Бесплодных гор. Только здесь гнездятся черные соколы, чьи перья растирают в порошок, необходимый для нанесения чернил на карты Мечей.

Мама берет веревку в одну руку и поворачивается ко мне. Ее темно-каштановые волосы растрепаны, а глаза – такие же красные, как у меня, – сверкают на солнце. Она улыбается, как будто видит меня.. как будто знает, что я рядом.

— Мама! – кричу я, когда она падает со скалы навзничь. Моя удача позволила мне еще раз увидеть ее лицо.. стать свидетелем худшего дня в нашей жизни.

Все происходит в одно мгновение. Веревка натягивается. Хлопают темные крылья. Раздается отдаленный крик и падает звезда. Бьет молния, а перед моим лицом с невероятной скоростью проносятся какие-то фигуры. Спустя краткий миг лопается веревка. Я бросаюсь вперед, и из горла вырывается первобытный вопль. Всего один звук, а сколько чувств сразу породило его: одиночество, которое я испытываю каждую ночь со дня ее ухода; неверие в то, что подобное вообще могло случиться с нашей сильной и трудолюбивой матерью; и ярость настолько мощная, что ею можно было испепелить мир.

— Клара! – Я чувствую, как меня обхватывают чьи-то руки, не позволяя броситься с обрыва.. не давая увидеть ее лицо в последний раз.

Я дергаюсь.

— Нет!

— Клара, хватит! – возмущается резкий голос. Я трясусь всем телом, и мир вокруг меня содрогается. Трещит по швам и разлетается вдребезги. – Это все нереально! Я рядом.

Я открываю глаза и вижу, кто сжимает меня в объятиях. Остатки мысленной тюрьмы, в которой меня удерживали, тут же растворяются. Передо мной застыл Кэйлис, похожий на темный силуэт на фоне вечернего света. Я снова в академии. Одежда на мне не грубая, а мягкая и изящная. В нос бьют ароматы парфюма и витающих в воздухе пылинок порошка, а не отходы и гниль.

Но.. то место все еще живет во мне. Оно останется во мне навсегда.

— Кэйлис, – выдыхаю я. Никогда еще я так не обижалась на того, кто в нужный момент оказался рядом.

Никогда не была так благодарна.

Я обнимаю его за плечи и всхлипываю.