Страница 7 из 51
Из зеркала на него смотрел человек, чьё лицо уже не казалось совершенно чужим, как минувшей ночью. За несколько часов он успел выучить это лицо — не как маску, которую нужно удерживать усилием воли, а как нечто, начинающее срастаться с его собственным ощущением себя. Тяжёлый подбородок, тёмные, чуть навыкате глаза, усы, за которыми угадывалась привычка покручивать их в минуты раздумья, — всё это оставалось лицом Франсиско Солано Лопеса. Но за этим лицом теперь стоял не только он.
«Кто я теперь? — спросил себя Дмитрий, глядя в собственные — чужие — глаза. — Дмитрий Орлов, надевший чужую личину? Или Лопес, в которого вселился чужой разум и чужая память? Где заканчивается один и начинается другой?»
Ответа не было — да и не могло быть так рано, на второй день этой немыслимой новой жизни. Но сам вопрос, заданный себе прямо, без утешительных иллюзий, показался Дмитрию важным шагом. Он понимал: чем дольше он будет жить в этом теле, пользоваться его памятью, его языком, его рефлексами, — тем труднее будет провести чёткую границу между собой прежним и человеком, которым он постепенно становится. И, возможно, именно в этом смешении, а не в чистом сохранении себя прежнего, лежал единственный шанс не просто выжить здесь, а действительно чего-то добиться.
«Хорошо, — сказал он своему отражению уже вслух, тихо, одними губами. — Значит, будем разбираться на ходу. Но одно я знаю точно: что бы ни творилось у меня внутри головы, полмиллиона человек в этой стране не должны заплатить жизнью за то, что их правитель однажды слишком хотел кому-то что-то доказать».
Он поправил портупею, расправил плечи — насколько позволяла непривычная грузность чужого тела — и, оставив за спиной зеркало и вопросы, на которые пока не было ответа, пошёл вниз, навстречу министру иностранных дел, донесениям из Монтевидео и первому по-настоящему осознанному дню своего нового, невероятного и пугающего существования.
За окнами лестничной площадки, там, где утреннее солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы плавить асфальт двора, продолжала жить своей обычной жизнью столица маленькой страны, которая ещё не подозревала, что её будущее этой ночью изменилось так, как не могло присниться
в самом смелом кошмаре ни одному из её жителей.
Карлос Антонио Лопес