Страница 75 из 108
[<Бессмертный Пять> знает ещё один способ. Воспользоваться магическим порталом]
— Неплохо! А где его искать?
[<Бессмертный Шесть> отвечает, что нигде. В этом мире нет ни капли волшебства, даже Разработчиков тут не существует. Здесь правят люди]
Ён свёл брови и грозно посмотрел на цветок.
— Надеюсь, вы видите, что я разочарован такими советами.
И неохотно он признал:
— Ладно, мы с вами знаем самый классический способ, который точно уже сработал один раз. Умереть в этой реальности, чтобы очнуться в своей.
Не давая себе поразмышлять над частью «умереть», Ён выглянул из-за вазы.
— На столе напротив только ложки лежат.
[<Его Темнейшество> сообщает, что это крайне неэффективное оружие, и это будет ужасно медленная попытка перемещения в другой мир]
Его Темнейшество был не так уж и неправ.
Ён вздохнул. На других столах были разложены все столовые приборы, согласно этикету, но при мысли о том, чтобы лишить себя жизни вилкой или ножом для масла, Ён только поморщился. Во-первых, небезопасно, можно и пораниться, а во-вторых, его инстинкт самосохранения точно был против.
— Вот где ты, – господин Мун вновь обнаружил Ёна. – Тебе пора исполнять обязанности шафера.
— А что это значит?
Мун рассмеялся.
— Ты сегодня прямо сыплешь шутками. Пойдём скорее!
Ён кинул последний взгляд в сторону цветка, с которым уже успел немного сродниться, и вынужденно отложил мысли о перемещении в собственный мир. В конце концов, прямо сейчас у него не было хорошего плана.
Его отвели к арке и поставили рядом с Джуном. Сердце бешено заколотилось. Хотел ли Ён, чтобы Джун обратил на него внимание? Или, наоборот, надеялся остаться незамеченным?
Впервые у Ёна появилась возможность как следует поразглядывать человеческую форму Создателя. В этой реальности он выглядел элегантно и богато, интеллектуально. Наверное, никогда костюмы не выглядели на мужчинах так же хорошо, как в эту эпоху. Было что-то величественное в костюмах-тройках и в том, как держали себя аристократы этого поколения. Джун в целом выглядел как человек, который не носил других одежд, кроме пиджака. Всё в нём – от аккуратно уложенных волос до идеальной складки на рукаве – казалось естественно элегантным. Черты лица были мягкими, создавая ложное впечатление тёплого выражения. Глаза же, наоборот, были холодными, пронзительными. Обманутые первым впечатлением люди неизменно чувствовали себя некомфортно под его взглядом.
Ведущий объявил выход невесты. И тут Ён впервые как-то осознал: Создатель женится. Сейчас, у него на глазах. Неужели он нашёл человека, с которым хочет провести своё «долго и счастливо»?
На каменной дорожке в белом платье появилась Хёнджу.
Ён ожидал увидеть кого угодно, но не её.
Эта Хёнджу отличалась от себя привычной: от её былых величия и грации не осталось и следа. Она шла, кидая неуверенные взгляды вокруг, словно спрашивая у окружающих: «Можно ли мне тут находиться?», плечи были напряжены. Хёнджу то опускала голову, то вскидывала подбородок, будто пыталась найти в себе смелость. Она была словно кукла, красивая, но сломанная. Ён поймал взгляды мужчин, которые останавливались на ней, и ему вдруг стало противно, даже захотелось самому выйти вперёд и защитить Хёнджу от них.
— Прибыл генерал Сугимото Макото! – объявили громко, и все присутствующие, несмотря на разгар свадебной церемонии, встали, отдавая честь вошедшему в сопровождении двух других японцев пожилому широкоплечему мужчине.
Тот прошёл, не удостоив никого взглядом, и по-хозяйски сел на оставленное для него V.I.P.-место, куда тут же официанты принесли шампанское. Генерал уселся, широко расставив ноги, и направил тяжёлый взгляд на Хёнджу. Он подал сигнал продолжать процессию, но сидел с каменным лицом. Ён невольно подумал обо всех этих мужчинах, которые полагали, что мужественность равна равнодушию и отсутствию эмоций. Словно настоящий мужчина был синонимом социопата.
Что тут происходило? Ён усиленно пытался «прочесть» ситуацию. Свадьба не была похожа на радостное событие. Даже наоборот, походила на постановку, в которой все отыгрывали выданные им роли. Режиссёром, вне всякого сомнения, выступал генерал.
Или всё-таки Джун?
Лицо Джуна было совершенно нечитаемым, даже безжизненным. Казалось, что начни Ён прямо сейчас танцевать тверк, он бы и этого не заметил.
Хёнджу тем временем поравнялась с генералом.
— Красавица, – проронил генерал Сугимото на японском.
Выражение лица Джуна всё же поменялось. Промелькнуло омерзение. Похоже, он был готов выйти вперёд, но Хёнджу справилась с ситуацией сама.
Она поблагодарила, одеревенело поклонилась и продолжила путь к Джуну.
Свадебный ритуал начался.
Джун мельком посмотрел на Ёна, разворачиваясь к алтарю, как вдруг застыл и вернул взгляд на него.
На мгновение всё словно бы перестало существовать, остались только они вдвоём. Удивлённый взгляд напротив негодующего.
«Зачем ты меня сюда притащил?» – спрашивал Ён.
Взгляд же Создателя, как обычно, оставался нечитаемым. Только губы Джуна тронула мягкая улыбка, словно бы он приветствовал старого друга после долгого путешествия.
«Добро пожаловать!» – обратился Джун взглядом.
Добро пожаловать? Ён едва не задохнулся от возмущения. Он бы прямо бросился на него, схватив за лацканы, однако свадебную церемонию никто не останавливал.
— Да, – проговорил Джун, не отводя взгляда от Ёна.
«Нет», – ответил Ён. В этот раз он не будет играть роль испытуемого. В этот раз, какой бы ни была задумка Создателя, ему придётся разбираться самому.
Раздалось финальное «..объявляетесь мужем и женой», но вместо поцелуя в невесту прилетел камень и рассёк ей бровь.
— Японские шестёрки! – крикнул официант, и его тут же сразила пуля офицера.
Гости начали кричать, японцы повыхватывали пистолеты, а в ресторан ворвались корейцы в белых мешковатых одеяниях. На фоне вылизанных образов собравшихся они выглядели дикарями с вилами, самодельными дубинками и кухонными ножами. Японцы в едином порыве окружили генерала. Они не стали выяснять ситуацию, просто палили в корейцев. Белый быстро окрасился в алый.
— Верните независимость Корее! – выкрикивали из толпы.
— Долой варваров!
— Смерть предателям!
Но слова застревали в горле убитых.
— Ён!
Несколько японских солдат уводили Хёнджу и господина Муна, ещё парочка прикрывала Джуна. Он схватил Ёна за запястье и потащил прочь.