Союз спасения Завтра

— Чтобы не пропасть там в считанные секунды, тебе нужно обмануть саму воду.

— Как?

— Используем магию амулетов. Только ты сам станешь амулетом воды.

С этими словами она выпустила когти, обмакнула их в краску и коснулась груди Ёна. Хёнджу начала быстро рисовать на его теле знаки: узоры из красных вьюнков, иероглифы, завитки воды. Ён с трудом сдерживался, чтобы не поёжиться от ощущения когтей на животе, плечах и спине. Хотелось прикрыть глаза, но Ён понимал, что, если так сделает, возможно, лишится печени.

[<Дух Чайника> пищит, что лучше даже не моргать, а то Ён станет закуской для местной Хёнджу]

[<Благой Вестник> присоединяется к беспокойству, заметив, что Хёнджу подозрительно долго наносит символы в районе печени]

Ён решил действовать на опережение.

— Так, так. В моей печени наверняка канцерогены и всякие Е-усилители, ты просто отравишься, потому что никогда не ела такого.

Она фыркнула. Говорить ничего не стала, но всем своим видом показывала, что, если бы захотела съесть его печень – уже бы съела. И даже никакой трёхногий пёс бы не остановил.

Ён фыркнул в ответ. Просто из вредности.

Когда кумихо закончила, он был по шею украшен красными письменами и символами.

— Готово.

Кажется, Хёнджу гордилась проделанной работой, с таким удовольствием она разглядывала то, что получилось.

Откладывать больше было нельзя, настала пора идти в море.

— Погоди. Ещё не всё.

У неё в руках появилась шкатулка. Не слишком большая, она умещалась на её руках.

— Нужно плыть в ней, – буднично сообщила Хёнджу. – Чтобы попасть во дворец Ёнвана, нужно заплыть далеко. Будь у нас свирель манпхасикчок, успокаивающая мириады волн, было бы проще.

Это уже выглядело просто абсурдно. Как он залезет в шкатулку размером с его ногу? Ён внимательно посмотрел на Хёнджу.

— Всё сработает, обещаю тебе, – нетерпеливо вздохнула лисица. – Полезай в шкатулку!

Ладно, допустим, это и правда сработает. Ён был уже почти готов последовать её инструкциям, но всё-таки решил задать финальный вопрос. Он не знал точно, к кому его обращает: к кумихо Хёнджу или к начальнице Хёнджу.

— Почему ты помогаешь мне? Я не верю в твою добрую волю. И должен знать, почему могу довериться тебе.

— У каждого из нас здесь своя роль, пришлый человек Хэ Ён. Моя роль – помочь тебе добраться до Ёнвана. Твоя роль.. ты её тоже скоро узнаешь.

На её лице расползлась опасная улыбка. Зубы вытянулись и заострились.

Ён задышал чаще, ему показалось, что на кончиках острых зубов алеет кровь.

Лающий голос закончил:

— И она будет точно похуже моей.

А был ли у Ёна выбор? Идти ему было некуда. Даже сбежать некуда. Да и незачем. Прямиком в море – путь, которым ему нужно было следовать.

— И, если принесёшь мне жемчужину из дворца Ёнвана, я буду тебе очень благодарна! – жадным до наживы голосом произнесла Хёнджу, а взгляд стал мечтательным.

Ён закатил глаза от нелепости ситуации.

— Ты даже не представляешь, какая это ценность! Это будет единственная жемчужина на суше из дворца Ёнвана.

— Да?

В Ёне проснулся сеулец-турист. Может, ему тогда тоже нужна жемчужина из дворца?

Великие Разработчики, о чём он только думает.

— Ладно, что теперь делать с этой шкатулкой?

Хёнджу просто бросила её в воду, та плюхнулась, но осталась на поверхности. Крышка тут же отворилась. Затем кумихо взяла Ёна за руку, шагнула – и они оба уменьшились до размера двух пальцев. Песок у моря теперь казался камнями.

— Всё-таки меня сегодня стошнит, – констатировал Ён, вновь выжидая, пока все внутренности встанут на свои места.

Шкатулка же ждать не стала, погнав в открытое море, словно сильный ветер её подгонял. Ён впервые подумал, что хотел бы, чтобы чудес было поменьше. Дайте ему кофе, телефон и интернет, и он будет счастлив всю жизнь!

Они отплыли от берега так далеко, что тот превратился в тонкую полоску, а вскоре и вовсе растворился на горизонте. Даже чайки, если и были, давно передумали лететь следом.

— Теперь, чтобы попасть во дворец, тебе нужно прочитать вот это заклинание, – Хёнджу произнесла заклинание и протянула сухой рис в мешочке. – А когда дочитаешь – брось рис в море.

Ён постарался произнести всё уверенно. Голос дрогнул только на слове «низошли», потому что язык, кажется, не был уверен, что говорит правильно.

— Всё! Получилось! – захлопала в ладоши Хёнджу. – Ну, прыгай.

В море закружился водоворот. Он возник из ниоткуда – сначала вода просто забурлила, а потом образовалась огромная воронка, словно кто-то сливал воду в ванне. Только очень, очень большой ванне.

Шкатулку зашатало, но вниз не потянуло. Море гудело и рычало устрашающе громко. Не похоже было, что оно радо видеть у себя путников.

— Прыгай туда! – закричала Кумихо. – Быстрее!

— В водоворот? – обречённо переспросил Ён. – А можно я просто..

Хёнджу, похоже, надоело возиться, и она его просто столкнула. Конечно. А чего ещё было от неё ждать?

Ён замахал руками, как птица, словно это могло остановить его от падения, однако всё равно плюхнулся вниз. Вода сомкнулась над ним мгновенно. Он попытался сделать вдох – и закашлялся. Грудь сжалась, в лёгких разгорелся пожар, а кожу будто тёрли щёткой. Но затем вдруг..

Наступила тишина.

Наверное, так выглядит переход между мирами. Просто очень тихо и умиротворённо.

Ён, казалось, вернулся к своему размеру, но судить было сложно, потому что он очнулся у ворот. Не просто огромных, а непостижимо массивных, в сотни человеческих ростов.

Внутренности Ёна всё-таки скрутились и попросились наружу. Как он и предсказал, его стошнило.

Едва содержимое завтрака оказалась на гладком, словно бы золотом полу, Ён весь сжался, ожидая наказания.

Однако вокруг всё так же стояла тишина.

Ён осмотрелся, чем бы убрать за собой, но вокруг были только голые стены, переливающиеся, словно чешуя. Сам он был только в штанах, так что даже снять с себя было уже больше нечего.

— Извините, пожалуйста, – прошептал Ён. Как бы ему ни было неудобно, но привлекать к себе ещё больше внимания он не хотел.

— Ваше Величество Ёнван? Лаки? – позвал Ён. – Эм, Создатель?

Никто не отозвался.

— Разработчики? Благой Вестник? Учитель? Дух Чайника?

Разработчиков тут не было, Ён это чувствовал.

Тогда он подошёл к воротам. Их створки были приоткрыты. Внутри будто не было вообще ничего. Только лёгкое свечение где-то вдалеке призывно приглашало. Как мотылька.

— Лаки?