Сыграем в игру?

Утреннее пробуждение оказалось странным. Сначала в нос ударил запах — незнакомый, мужской, резкий. Я с трудом, преодолевая дикую головную боль, разделила глаза и уставилась в белый натяжной потолок. Понимание того, что я не дома, приходило медленно, как и воспоминания.

Клуб, алкоголь, Соколов, Павел. Господи… Я резко повернула голову, сощурившись от кувалды, ударившей по вискам, и никого не увидела на второй половине кровати. Заглянула под одеяло и облегчение пришло мгновенно — одетая.

Я скинула одеяло и схватила сумку, заботливо оставленную на тумбочке. Разблокировала телефон и увидела свою попытку послать начальника. Вот это я вчера напилась! Быстро удалила сообщение и посмотрела на время.

— Черт, — выругалась я и подскочила с кровати.

И что делать дальше? Павел привел меня к себе домой, а как теперь незаметно ускользнуть? Я аккуратно выглянула в светлый, просторный коридор и выползла, как раненая улитка. В голове стучало миллион молоточков, и хотелось отпилить ее.

— Доброе утро! — раздалось откуда-то сбоку, и я застыла на месте. — Аспирин и кофе готовы. Ванна дверь налево.

Ругаясь на себя за алкоголизм, я нырнула в ванную и отражение в зеркале мне совсем не понравилось. Косметика поплыла, вместо уложенных волос — торчащее в разные стороны сено. Я с грустью признала факт, что выгляжу как уже начавший разлагаться мертвец, и вытерла остатки косметики. Попыталась пригладить волосы, но без расчески это сделать было невозможно, проще подстричь.

Лохматая, в помятой рубашке, но с чистым лицом, я вышла из ванны и по запаху кофе нашла кухню. Павел сидел в телефоне за высоким столом и смотрел без осуждения.

— Павел, а у вас нет случайно расчески? — жалобно произнесла я.

— Мне казалось, мы вчера перешли на «ты», — улыбнулся он, и вогнал меня в краску. — К сожалению, нет. Могу только вилку предложить.

— Ладно, — выдохнула я. — Мне бежать надо, на работу опаздываю.

Он подвинул стакан с водой и кивнул на него.

— Лекарство. Станет легче.

Я не стала спорить и выпила залпом весь стакан, смягчая пересохшее горло. Следом Павел подвинул кофе, а я уже нервничала, что опаздываю, но не отказалась.

Кофе оказалось вкусным и очень бодрящим. Если, конечно, после недельного недосыпа что-то вообще может бодрить. Пока пила кофе, осмотрелась вокруг себя. Большая, светлая кухня, сделанная из дорогих материалов. Сразу видно, что у Паши есть деньги и вкус.

Сам он вписывался в свою кухню, и выглядел на своем месте. Даже не знаю, странное ощущение, что он шел в комплекте с этой квартирой.

— Я вчера ничего… ну… — протянула я с неловкостью.

— Нет, спала вполне себе прилично, — хохотнул Павел.

— Спасибо, Паш, я немного перебрала и… — Я посмотрела на часы. — И дико опаздываю! Меня начальник сожрет!

— Я отвезу тебя, поехали.

Он кивнул в сторону двери, и я, нацепив свои туфли, стоящие на пороге, вышла из квартиры. Вот же дура, опозорилась не перед Соколовым, а его другом. Хотела напоить шефа, а в итоге напилась сама. Классно! И когда всё пошло по одному месту?

Паша открыл мне пассажирскую дверь, и я нырнула в салон. Как стыдно-то, Господи. И пусть он не показывал вида, мне все равно было неловко. Он вообще оказался рыцарем, в отличие от своего друга. Вот только Паша не знает, что я не настоящая. Знал бы он, кто я, и не посмотрел в мою сторону. А он ухаживает, беспокоится, флиртует. Хороший парень. Жаль только время на меня впустую тратит.

Я разгладила блузку и снова поправила волосы, чтобы на работу прийти более-менее приличной. Соколов все равно не заметит. Он вообще меня не замечает, даже если я голая приду на работу. Хотя, нет. Наверняка он найдет, к чему придраться даже в моей фигуре.

Я нервно поглядывала на часы, понимая, что опаздываю. Но торопить Павла не стала, я и так ему теперь обязана.

В офис мы поднимались уже ровно в восемь. В то время, когда я обычно несу кофе монстру с серыми глазами. Как же это надоело! И почему бы мне просто не уйти, не забить на задание, ведь все равно ничего не удается узнать? Подумаешь, такое бывает. Когда я не нахожу компромат, мы просто оставляем человека в покое. Может, это тот самый случай?

Стук моих каблуков отбивался от стен и пронзал больную голову. Павел шел следом, и точно не нервничал так, как я. Я и сама не понимала, что меня так беспокоит. Подумаешь, опоздала на пару минут — с кем не бывает?

Планируя закинуть сумку и пойти за кофе, я открыла дверь и с трудом заставила ноги войти в приемную. Соколов стоял у моего стола и что-то искал в бумагах. Услышав мои шаги, он поднял взгляд и ровно пять секунд сверлил меня глазами, а потом столько же — Пашу. Медленно, как кобра перед броском, он выпрямился, продолжая смотреть, как я подхожу к столу и ставлю сумку.

И тут он окинул меня медленным, слишком тягучим взглядом. Впервые он так смотрел на меня, но это была не оценка красоты. Это было не восхищение стройными ногами. Это было сканирование, поиск брака. И я невольно съежилась от этого взгляда.

— Ты почему в таком виде? — тихим, низким голосом сказал он.

— Не успела утром переодеться, — ответил за меня Павел и сделал только хуже.

— Ты на работу пришла или куда? — добивал Соколов, и под его взглядом я становилась совсем крошечной.

Просто отправь его в путешествие на три буквы. Открой рот и скажи всё, что думаешь о нем, а потом с достоинством уйди, — приказывала я себе. Но молчала.

— Быстро привести себя в порядок! — рявкнул он, и я вздрогнула. — Час тебе на всё, вечером отработаешь!

Стоило ли мне ему напомнить, что я ни разу ещё не ушла в положенные пять часов? Может, и стоило, но я снова промолчала. Он ушел, а я отвернулась к столу. Обида крикнула внутри так громко, что заглушала все звуки вокруг.

— Сука… — прошептала я сквозь зубы.

Рядом хмыкнул Павел, и я выругалась про себя. Совсем забыла, что он тут. Плевать. Пусть рассказывает.

— Отвезти тебя? — спросил он с жалостью, пока я пыталась не жалеть себя.

— Моя машина на парковке, — быстро ответила я и ушла, пытаясь скрыть нахлынувшие слезы.