Мёд и Тёрн

Глава 5.

Сердце забилось где-то в горле.

Я, конечно, и раньше целовалась. Но с парнем, с которым была в отношениях. Прикосновение оказалось приятным, но когда Сир попытался углубить поцелуй, я почувствовала не волнение, а замешательство.

Я упёрлась ладонями ему в грудь, собираясь отстраниться, как вдруг:

— Сириан.

Одно слово. Спокойное и негромкое.

Мы с эльфом одновременно обернулись. В глубине коридора стоял Вэйланд. Его чёрный силуэт отчётливо выделялся в полумраке.

Вот где образ действительно был соткан из мрака.

Меня мгновенно охватила неловкость, словно нас застали за чем-то неподобающим. Я поспешно отстранилась, но чувство никуда не делось. К нему прибавилась ещё и вина.

— Капитан… — голос воина дрогнул.

Вэйланд неторопливо приблизился. Вместе с ним пришёл запах тлена. Я уже знала по Лаэлисе: такой запах появлялся, когда Тёмный чувствовал угрозу.

Вот только смотрел Вэйланд на подчинённого.

— Почему не на посту?

Сириан заметно напрягся.

— Это я виновата, — поспешно вмешалась я. — Мне не спалось. Он просто проводил меня до комнаты.

Серые глаза наконец скользнули ко мне.

— А тебя здесь вообще быть не должно.

Спорить было сложно, особенно учитывая, что он был прав.

— Возвращайся на пост.

Короткий приказ — и Сириан поспешно скрылся за ближайшим поворотом. Мы остались одни. Я уже собиралась юркнуть за дверь, когда услышала:

— Завтра жду у себя.

Первым порывом было возмутиться и спросить, что я такого сделала. Но здравый смысл оказался сильнее. Я поклонилась, пробормотала что-то похожее на «спокойной ночи» и шагнула к комнате.

— Эланори.

Я замерла.

— Приглашаешь следом?

Будь на его месте кто-то другой, я решила бы, что это шутка. Но передо мной стоял Вэйланд, и я лишь уставилась на него в полном недоумении.

Молчание затягивалось.

Он испустил раздражённый вздох и опустил взгляд, указывая вниз. На…

Мой хвост.

Он обвивал ногу Вэйланда, как змея, а кончиком упирался в… ну… туда.

Краска мгновенно бросилась мне в лицо.

К собственному унижению, хвост не сразу отпустил мужчину. Будто окончательно решил жить отдельно от меня, он разжался только со второй попытки, и только когда я с силой дёрнула за шерсть.

Я убежала в комнату, рухнула на кровать и накрылась подушкой с головой.

Я не сомневалась: завтра меня накажут.

С этой мыслью я и провела остаток ночи. То проваливалась в тревожную дремоту, то вновь открывала глаза и смотрела в темноту, гадая, какая кара ждёт зверолюдку, осмелившуюся обвить хвостом ногу благородного эльфа?

— Это всё ты виноват, — прошипела я.

Обижаться на собственный хвост было глупо, но единственное объяснение его поведению мне совсем не нравилось.

К рассвету я измотала себя настолько, что уже не знала, чего боюсь больше — наказания или ожидания.

Служанки начали просыпаться. Привычно заскрипели кровати, кто-то потянулся, кто-то лениво зевнул. Я же лежала в своей постели и убеждала себя, что готова ко всему.

Получалось не очень.

Постель Сари так и осталась нетронутой.

— Ты с ней так дружна, может, поведаешь, где твоя подружка провела ночь?

— Мы не настолько близки, — отрезала я, надеясь, что от меня отстанут.

Горившая брезгливо искривила губы:

— Не с тобой говорю, зверьё.

Она обращалась к девушке, чья койка стояла за моей. С ней Сари действительно проводила большую часть времени. Пока они перешёптывались, строя догадки, я поспешила за дверь.

Меня страшило наказание, но томиться в ожидании было ещё хуже.

До покоев Вэйланда я дошла почти уверенно.

Почти.

Стоило остановиться перед дверью, как ладони моментально вспотели, а голова пошла кругом. Я постучала, и звук показался непростительно громким. Поморщившись, я мысленно вознесла молитву всем известным богам, чтобы Вэйланд поутру оказался хотя бы в подобии хорошего расположения духа.

— Эланори прибыла по вашему приказу.

В ответ — тишина.

Я подождала ещё немного. Потом, пока решимость окончательно меня не покинула, осторожно вошла внутрь.

Комната Вэйланда была обставлена так скромно, что сначала я решила: ошиблась дверью. Минимум мебели, голые стены, пустой пол. Только одинокая свеча на столе, стопка книг и идеально застеленная кровать выдавали, что здесь всё же кто-то живёт.

— Что ты здесь делаешь? — резанул слух холодный голос.

Я резко обернулась — и зависла.

Вэйланд выходил из ванной в одном лишь полотенце, обёрнутом вокруг бёдер.

Первое, что запечатлел мой мозг, — количество татуировок на его теле. Руны складывались в магические узоры на груди и руках, а среди них выделялся одинокий ворон.

На коже блестели капли влаги, медленно скользя вниз по рельефным мышцам. Вопреки здравому смыслу я посмотрела ниже, туда, где всё самое интересное скрывала ткань.

— Вы сами требовали явиться! — выпалила я.

Вэйланд хмуро сдвинул брови.

— В кабинет, — поправил он подчёркнуто спокойно.

Да.

Это звучало куда логичнее, чем вламываться поутру к почти голому мужчине. И если бы я хоть на мгновение включила голову, то, возможно, догадалась бы сама.

— Эланори, ты понимаешь, зачем ты мне понадобилась?

Вэйланд остановился на расстоянии вытянутой руки, и пар, исходивший от его кожи, коснулся моего лица.

Напряжение. Вот что я почувствовала.

Я глубоко вдохнула, но сделала только хуже: нос защекотал терпкий запах тёрна. Я непроизвольно попятилась, натолкнулась на стену и вздрогнула. Взгляд заметался по комнате в поисках безопасного места, но снова вернулся к нему.

В пустой комнате Вэйланда внезапно стало слишком много.

— Личные отношения, Эланори…

Он произнёс ещё что-то, но мозг зацепился только за эту фразу.

Личные отношения? Со мной?

Что-то подсказывало, что я неправильно поняла сказанное. Но сердце всё равно пропустило удар.

Взгляд сам собой упал на ворона. Татуировка располагалась там, где должно было быть сердце, и когда грудные мышцы Вэйланда двигались, птица будто оживала.

— Не отвлекай моих воинов. Они должны чётко выполнять свои обязанности.

— Я никого не отвлекаю!

Это он отвлекал меня своим видом.

— Твои губы случайно встретились с его?

Вопрос прозвучал настолько сухо, что я не сразу поняла, издевается он или действительно требует ответа.