Страница 52 из 104
Глава 17 Хаос наяву…
Альбарра. Вечное Ристалище.
Аронтир. Внутренние Земли.
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Некоторое время назад…
Ты поклялся, что предоставишь мне три секунды своего драгоценного времени, – с пугающей безмятежностью изрекла Фрея. — Таким был наш уговор.
Секундная пауза обострила обстановку. Вот только богиня Войны стояла на своём.
Я намерена использовать их сейчас.
Хранитель Земли сам не понимал, как воцарилась тишина. Все звуки разом стихли. Перед собой он видел только мелькающий силуэт сына, который с ужасным спокойствием противостоял Тьме, Смерти и Войне, а где-то вдалеке он сумел рассмотреть напрочь бесстрастное лицо Ванадис, что смотрела в ответ на него.
Он не хотел произносить данных слов. Но иначе было нельзя.
Чего ты хочешь, Фрея? Надеюсь, ты не забыла, что твои валькирии живы лишь благодаря мне? Будь благоразумна и не зли меня!
Лишь потому, что ты помог моим девочкам, я и говорю сейчас с тобой. Наверное, ты удивишься, хранитель, таким словам, но от моих желаний мало что зависит. Я совсем не хочу этого делать, но если я не сделаю то, что необходимо, всему наступит конец. Твой сын — ключ, Зеантар. Хочет он того или нет, но мальчик исцелит наш мир. Исцелит так, как может и как умеет.
Прекращай говорить загадками, — угрюмо прошипел Лазарев. — Мой сын не пешка на игральной доске.
Все мы пешки, Зеантар, — печально рассмеялась женщина. — Мы все чьи-то фигуры. Я, ты, твой сын, все мы. Но в редких случаях даже пешки способны стать ферзем. Твой сын — ферзь. Самый могущественный ферзь. А если не веришь, то взгляни сам. Посмотрим на своего сына. Взгляни, на что он способен…
Женщина притихла и глазами указала на свирепствующего Ареса, который изо всех сил пытался вырваться из ловушки Ранкара. Сам же юноша в неторопливой манере приближался к беснующемуся Танатосу.
Кто бы мог представить, что обереги могут пасть столь жалким образом, — голос Фреи стал на порядок печальнее. — Я пережила смерть своего прежнего мира и более не готова наблюдать за повторением той жуткой истории. Наш мир болен, хранитель, и ему требуется исцеление – контролируемый хаос. Я не позволю Вечному Ристалищу исчезнуть. Да… я чувствую…
Взор Ванадис внезапно погас. Он стал тусклым и безнадежным. Лазарев понимал, что Фрея намеренно говорит загадками. У хранителя Земли складывалось впечатление, что она знала что-то, чего не знал он. На миг мужчине вообще почудилось, что богиня Войны находится в полубредовом состоянии.
— Я чувствую их жадный взгляд. Он направлен сюда. Уже очень давно. Наверное, они уже здесь. Я не позволю моему дому исчезнуть. Я сделаю всё, чтобы защитить его. И если для этого придётся пожертвовать своей жизнью или жизнью моих так называемых братьев и сестёр, то я непременно сделаю это. Нас называют богами, но для них мы… мы пустышки. Нам не разорвать оков, — сокрушённо заключила оберег, но именно на этих словах взгляд её прояснился, а голос стал твёрдым и решительным. — Но ты и твой сын другие! Вы… можете. Да… вы точно сможете. Ты поклялся, Зеантар. Ты должен мне три секунды!
Теперь хранитель Земли окончательно уверовал в то, что Фрея действительно знала нечто, о чем не подозревала ни одна живая душа. Ни обереги, ни хранители, никто либо еще из присутствующих.
Говори, — нехотя заключил Лазарев. — Я дам тебе три секунды, но…
Фрея вдруг встрепенулась так, будто её кто-то отдёрнул за руку. Не прошло и секунды, как она заозиралась по сторонам, а затем с печальным видом устремила глаза в небеса.
Да, всё так, как ты и предполагала, Тень Вечности. Всё случилось именно так, как ты тогда и говорила.
Тень Вечности? — задумчиво повторил Зеантар, слегка приподняв брови. — Фрея, неужели ты и Веритас были не просто врагами?
Неважно, — отмахнулась женщина. — Дела минувших дней. Прошлого не изменить.
На миг между хранителем Земли и богиней Войны воцарилось молчание. И в той тишине таилось просто непередаваемое количество невысказанных мыслей и слов.
Резни не избежать, Зеантар, — с отчаянием в голосе признала Ванадис. — Но она обязана пройти на наших условиях.
— СТОЙ… — завыл пронзительно Танатос, а его голос, наполненный мольбой, лавиной прокатился по всей Арене Соприкосновения. — НЕТ! НЕ…
Один взмах клинка Истребления. Одна техника. И оберег пал. Окончательно и бесповоротно.
Начало конца положено, — тихо заключила Фрея, поднимаясь с престола и глядя точно в глаза Лазарева. — Когда придёт время, хранитель Земли, я хочу, чтобы три секунды своего времени ты потратил на то, чтобы забрать мою жизнь…
— Да… ДА! ДА!!! — завопила оглушительно Хёса, глядя на почти поверженного Ареса. — ОН… ОН ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ГЕРОЙ!!! ОН… ОН СМОГ… ОН… ОН ПОБЕДИЛ…
Из-за нахлынувшей радости и волнения та напрочь позабыла о десятках разумных, что её окружали, и которые тотчас с ненавистью и злобой покосились на радостно визжащую бродяжку.
Императрица видела, каковы были глаза беспризорницы, когда пал бог Смерти. Каким-то чудом она сумела сдержаться, но падение бога Войны окончательно выбило девчушку из колеи. Наверное, если бы не присутствие кандидата Огня и не её подавляющая аура, то над Хёсой окружающие могли устроить самосуд прямо на месте. Прямо здесь и сейчас.
Смерть Танатоса не стала удивлением для императрицы. Это было вопросом времени. Но вот столь скорое падение Ареса малость удивило.
— Значит, силы в тебе гораздо больше, чем я представляла, — пробормотала себе под нос императрица, не сводя глаз с Опустошителя миров. — Неплохо. Совсем неплохо.
В это же самое время Хёса и не думала униматься.
— ЧТИМАЯ ГОСПОЖА, ВЫ… ВЫ ВИДЕЛИ?.. — стала запинаться та из-за ужасного волнения. — ОН… ОН ЖЕ ГЕРОЙ СРЕДИ ГЕРОЕВ… ГЕРОЙ, КОТОРЫЙ ОДОЛЕЛ СРАЗУ ДВУХ ОБЕРЕГОВ… ОН… ОН… ОН…
Увы, но ни императрица, ни кто-либо ещё так и не узнал, как именно Хёса хотела закончить предложение — в этот самый миг Арену Соприкосновения тряхнуло с жуткой силой. Барьеры с массивами неистово затряслись и в одночасье рухнули под напором враждебной мощи. Земля разверзлась, а вместе с ней начало стремительно рушиться ристалище. Уничтожающий огонь истреблял всё на своём пути.