Страница 73 из 93
- Потому что это экспедиция, - философски заметил Вяземский, который сидел на бревне и наблюдал за этой сценой с видом человека, для которого всё происходящее было давно предсказуемо. - В экспедиции всегда что-то теряют. Это закон природы.
- Мы ещё даже не выехали в настоящую экспедицию! - воскликнула Ольга. - Это репетиция!
- Репетиция, - кивнул Вяземский. - И это только начало. В настоящей экспедиции ты будешь вспоминать эти моменты как самые спокойные дни твоей жизни.
- Мне уже страшно, - честно призналась Ольга.
Поиски дрона продолжались сорок минут. Мы обошли всю поляну, заглядывали под каждый куст, обследовали деревья, проверяли овраги. Мы звали дрон по имени, хотя у него не было имени, и это звучало так глупо, что даже Барсик открыл один глаз, чтобы посмотреть на нас с презрением.
Нашёл его Данила. Он стоял возле высокой сосны и смотрел куда-то вверх, приставив ладонь козырьком ко лбу. Солнечный свет пробивался сквозь ветви, создавая на земле причудливый узор из теней и бликов.
- Максим, - позвал он.
- Что? - отозвался тот, который в этот момент проверял кусты у самого края поляны.
- Твоя техника на высоте примерно трёх метров.
Мы все подняли головы. На ветке сосны, примерно в трёх метрах от земли, висел дрон, зацепившись пропеллером за ветку. Он покачивался на ветру, как новогодняя игрушка, и, казалось, насмехался над нами.
- Как он туда попал? - спросил Максим с искренним недоумением.
- Тебе виднее, - сказал Данила, но в его голосе послышалась улыбка.
Максим покраснел и начал что-то бормотать про «турбулентность» и «внезапный порыв ветра», но мы с Ольгой переглянулись и одновременно прыснули со смеху.
Данила легко забрался на сосну - я даже не заметила, как он это сделал, настолько быстро и ловко он двигался. Его спортивная подготовка была видна в каждом движении: он карабкался по стволу, как кошка, и через минуту уже спускался вниз с дроном в руках. Он протянул его Максиму с той же лёгкостью, с какой принёс бы чашку чая.
- Пожалуйста, - сказал он. - В следующий раз летайте ниже.
Максим открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашёл слов и просто кивнул, принимая спасённый дрон.
***
После обеда началось главное представление.
Вяземский решил разводить костёр. Любой нормальный человек просто разжёг бы огонь - взял спички, сухие ветки, газету, и через пять минут уже наслаждался пламенем. Но Вяземский, как всегда, подходил к вопросу с научной дотошностью, превращая простое действие в полноценную военную кампанию.
- Максим, - скомандовал он, стоя посреди поляны с видом генерала накануне битвы. - Дрова.
- Есть, - отозвался Максим и послушно потрусил в сторону леса.
- Ольга, - продолжал Вяземский. - Контроль ветра.
- Что? - переспросила Ольга, которая в этот момент пыталась откалибровать GPS и явно не хотела отвлекаться.
- Не спорьте. Просто наблюдайте за направлением ветра и докладывайте каждые пять минут.
- Я не понимаю, зачем нам контролировать ветер для костра! - возмутилась она, но Вяземский уже повернулся к Даниле.
- Данила. Резервный контур безопасности.
- Простите? - переспросил Данила, приподнимая бровь, и в его голосе послышалось лёгкое удивление.
- Вода. Два ведра. На всякий случай. Если что-то пойдёт не так.
Я закашлялась от смеха. Прямо закашлялась, не в силах сдержать истерического хохота, который вырвался из меня неожиданно и громко. Вокруг меня люди замерли, глядя на меня с удивлением, но я не могла остановиться.
- Георгий Александрович, - сказала я, вытирая выступившие от смеха слёзы. - Это костёр. Обычный костёр.
- Именно, - ответил он, поправляя очки с видом человека, который только что разгадал тайну Вселенной. - Самый коварный противник человечества. Он может погаснуть в самый неподходящий момент. Он может разгореться слишком сильно. Он может дымить. Он может... ну, в общем, много чего может. Мы должны быть готовы ко всему.
Через пятнадцать минут костёр всё-таки горел. Вяземский стоял рядом с ним, скрестив руки на груди, и выглядел человеком, который только что лично выиграл Бородинское сражение. Я подошла к нему и, стараясь не рассмеяться, спросила:
- Довольны?
- Абсолютно, - ответил он с неподдельной гордостью. - Видите? Организация, планирование, распределение задач. Никакой самодеятельности. Всё как в настоящей экспедиции.
- Только там не будет Максима, который пытается одновременно тащить дрова и слушать команды.
- Это уже детали, - махнул рукой Вяземский. - Практика показывает, что главное - системный подход. И вера в успех.
Данила принёс два ведра воды и поставил их рядом с костром, как и было приказано. Он сделал это без лишних слов, без возражений, просто выполнил задание. Когда он подошёл ко мне, я заметила, как на его лице играет улыбка.
- Военная логистика, - сказал он тихо, чтобы никто больше не слышал. - Ваш Вяземский - гений. Я бы хотел, чтобы у нас в спорте были такие тренеры.
- Он всегда так, - ответила я, чувствуя, как тепло разливается внутри от того, что он стоит рядом. - Даже чай заваривает по плану.
- Правда? - Данила улыбнулся ещё шире. - И часто он его заваривает?
- Обычно по пятницам. В 16:00. Ровно через три минуты после того, как закипает вода.
Мы посмотрели друг на друга и тихо рассмеялись - так, чтобы не привлекать внимания, но достаточно искренне, чтобы забыть обо всех проблемах хотя бы на мгновение.
***
Ближе к вечеру команда постепенно расслабилась. Кто-то пил чай из термоса, сидя на туристических стульчиках, которые Максим с гордостью называл «полевой мебелью высшего качества». Кто-то спорил о маршрутах будущей экспедиции, тыкая пальцами в карты и доказывая, что именно этот участок нужно обследовать в первую очередь. Максим рассказывал очередную историю про студенческие годы - и, судя по лицам слушающих, она с каждым разом становилась всё более невероятной, обрастая новыми подробностями, которые никто не мог проверить.
Барсик спал на сложенном туристическом коврике, развалившись пузом кверху, и иногда вздрагивал лапами, видимо, гоняя во сне невидимых мышей. Его рыже-серая шерсть блестела в лучах заходящего солнца, и он выглядел абсолютно счастливым - насколько вообще коты могут быть счастливы, когда их везут в неизвестном направлении. Данила подошёл к нему и присел рядом, поглаживая кота по пушистому брюху. Барсик приоткрыл один глаз, уркнул и снова закрыл.
- Вы с ним подружились, - сказала я, подходя ближе.