Страница 53 из 78
— Продолжайте.
— Мы всё время пытаемся идти от утечки назад. Кто мог услышать? Кто имел доступ? Кто видел? Это слишком много людей.
— Согласен.
— Тогда сделаем наоборот.
Он сел. Марина подвинула к себе чистый лист.
— Дадим разным людям разные сведения.
— Классический способ.
— Вы уже делали что-то похожее со своими подчинёнными.
— И не получил результата.
— Потому что не контролировали место, где ложь должна появиться.
— А теперь контролируем?
Марина указала на телеграф.
— Теперь мы знаем язык сети.
Дмитрий посмотрел туда же.
— Вы предлагаете слушать их собственный канал.
— Именно.
Она взяла карандаш.
— Варвара обнаружила две системы. Первая пряталась в коммерческих сообщениях. Вторая — во времени технических проверок. Мы уже знаем, что сеть продолжает работать и после того, как двенадцать телеграмм оказались раскрыты.
— Потому что получили приказ убрать вас.
— Да. Они считают канал безопасным.
— Пока.
— Значит, подбрасываем три разные версии одному и тому же факту и ждём, какая версия появится в передаче.
Дмитрий задумался.
— Какому факту?
— Моему местонахождению.
— Нет.
— Не настоящему.
— Я понял. Всё равно нет.
— Почему?
— Потому что любую такую версию могут попытаться проверить силой.
— Отлично.
— Что в этом отличного?
— Именно поэтому мы используем места, где вас уже будут ждать.
Дмитрий медленно улыбнулся.
— Вы становитесь опасной.
— Поздно заметили.
— Кому хотите сообщить версии?
Марина не ответила сразу. Первым в голове появился Жаров. Не из-за жетона. Из-за доступа к телеграфу. Потом Софья. Потому что настоящая Варвара доверяла ей больше всех. И наконец Николай Редников. Потому что через него можно было проверить семью Редниковых, не обвиняя Константина напрямую.
— Трём людям, — сказала она.
— Кому?
— Софье, Жарову и Николаю Редникову.
Дмитрий нахмурился.
— Варвара в письме просила оставить Софью в стороне.
— Поэтому ей дадим наименее опасную версию. Жарову — вторую, Николаю — третью.
Он ещё не соглашался, но уже слушал план, а не спорил с самой идеей.
— Как собираетесь передать сведения, если официально вы сейчас едете под арестом?
Марина улыбнулась.
— Вы всё время забываете, что люди отлично передают информацию даже тогда, когда им отдельно говорят её не передавать.
— На этом и построена половина нашей проблемы.
— Вот и используем.
План занял почти два часа. Дмитрий настаивал, что каждая версия должна выглядеть естественно и не требовать от подозреваемого никаких действий. Марина требовала, чтобы различия были достаточно заметными для распознавания в коде. В итоге остановились на трёх ложных местах, где Варвара якобы будет содержаться до официального допроса. Софье должны были сообщить, что её подруга находится в сторожевом доме возле Берёзового Лога. Жарову — что Соколову переведут на технический пост Каменный. Николаю Редникову — что она уже доставлена в старую почтовую контору при станции Черницы. Каждое место существовало.
Каждое можно было взять под наблюдение. Ни в одном Марины не будет.
— Как сообщим Софье? — спросила она.
— Через Белова. Он вернётся в город под видом сопровождающего пустого вагона, а затем зайдёт к ней.
— Она сразу поймёт, что что-то не так. После вчерашнего ареста любой ваш человек будет выглядеть подозрительно.
— Поэтому он скажет, что видел вас лично во время пересадки.
— И попросит молчать?
— Нет.
Марина улыбнулась.
— Правильно. Если запретить Софье говорить, она действительно будет молчать.
— Вы уверены?
— Варвара доверяла ей.
— А вы?
Вопрос заставил Марину остановиться.
— Да.
Она поняла это только после ответа. Софье она доверяла. Не потому, что знала её долго. Потому что за последние дни девушка несколько раз могла сделать историю удобнее для себя — и не сделала. Не выдала Варварину тайну. Прибежала на станцию, когда испугалась. Попыталась вмешаться при аресте.
— Тогда Белов просто случайно проговорится, — решил Дмитрий.
— Он умеет?
— Придётся научиться.
— А Жаров?
— Позову его якобы для осмотра повреждённой линии. Разговор услышит от одного из моих людей.
— Как будто случайно.
— Да.
— Николай?
— Ему отправят официальную просьбу передать дополнительные документы комиссии. В записке будет упоминание, что Соколову временно содержат в Черницах и при необходимости допросят там.
Марина подняла на него глаза.
— Слишком прямолинейно.
— Он и так знает, что вы арестованы.
— Но почему в служебной записке указывать место?
— Потому что его могут вызвать туда для очной проверки показаний.
— Подойдёт.
Она записала три места. Берёзовый Лог. Каменный. Черницы.
— А ловушка?
— В каждом месте будут мои люди.
— Те, которым доверяете?
— Только те, кому сообщил отдельные части плана.
Марина усмехнулась.
— Вы даже внутри ловушки строите ещё одну ловушку.
— После знакомства с вами приходится соответствовать.
— Не перекладывайте собственную подозрительность на меня.
Он посмотрел на неё поверх листа.
— Человек, который за два дня заподозрил начальника станции, техника, промышленника и меня, говорит о моей подозрительности.
— Я никого не подозреваю без оснований.
— Разумеется.
— Именно.
Дмитрий улыбнулся.
— Хорошо. Но остаётся одна проблема.
— Какая?
— Мы должны увидеть, какая версия попадёт в сеть.
— Для этого нужен доступ к техническому каналу.
— На этом посту линия действует.
— Но если мы начнём слишком часто запрашивать проверку, это заметят.
— Значит, будем слушать.
— Как?
Он встал.
— Покажу.
В соседнем помещении находился простой рабочий аппарат, которым пользовались для служебной связи между постами. Старший дежурный уже получил приказ не вмешиваться в работу Дмитрия и относился к происходящему с таким выражением лица, будто давно решил: меньше знаешь — спокойнее живёшь. Арсеньев снял со стола несколько журналов.