Магия уюта

Обжорный – понятно, всяческая снедь, сельский, наверное, семена, саженцы, животные, живая птица; с ремесленным тоже понятно, горшки, кадушки, утварь, ткани… а что продают на Механическом? Не слышала, чтоб Берсеба была известна, как центр сложных технологий. В столице имелась Механическая слобода, там работали кузнецы, ювелиры, часовщики, механики-артефакторы, и купить там можно было все, от шестеренок до накопителей, от змеевиков до телескопов. Дженни часто туда ходила по поручениям профессора, несколько раз я увязывалась за ней. Но целый рынок? Любопытно будет посмотреть.

Мы проехали чистенькие аккуратные домики с палисадниками, миновали реку по мосту. Дома стали попроще и повыше, а балконы поуже и покороче. Такие дома в столице стояли на Илангали, улице приезжих. Сплошные доходные дома. Хочешь апартаменты на весь этаж? Имеются и такие. Хватает денег только на крошечную каморку под крышей? И это найдется!

Затем исчезли эркеры и лепнина, колонны и статуи, террасы и балконы, окна просто доходили до пола и оканчивались невысокими решетками. Между домами сушилось разноцветное тряпье. Сновали люди с тюками и корзинами, дети рылись в канавах, одетые в дырявые лохмотья. Не трущобы, но близко к ним. Переулки, узкие и темные, разрезали кварталы, будто кто-то сверху разрезал город на треугольные куски, как огромный торт.

Затем начался район мастерских, фабрик и мануфактур. Приземистые здания, каменные заборы, широкие ворота, снующие повозки и телеги. Грохот машин, лязг железа, шипение прессов.

– Вижу, вам привычна такая музыка! – снова обернулся он Габриэль.

– Я из столицы, а не из захолустного села, – сухо ответила. Да Берсеба по сравнению со столицей сама – село.

Экипаж въехал в очередные ворота и остановился у приземистого ангара из красного кирпича. Интересно, зачем кирпич, если в этом климате хватило бы дощатого сарая? Наверное, огнеупорный, решила я, разглядывая ровную кладку с чуть поблескивающими защитными плетениями.

– Идемте!

Мы вошли в прохладное гулкое помещение. Высоченное и просторное, хорошо освещенное. На стенах висели инструменты, полки заставлены коробками и ящиками, у стены верстаки с тисками.

А в центре этой мастерской висело на тросах что-то похожее на заостренный цилиндр. Под цилиндром болталась металлическая корзина с пропеллером.

– Это что?

– Это наш «Покоритель небес»! – с гордостью сказал Габриэль. – Воздухолет.

Я скептически подняла брови. Мальчишки обожали обсуждать такое на парах, утверждая, что за техномагией будущее. Магов слишком мало, их услуги дороги. Для сильных магов доступна левитация, стационарные порталы имеются во многих городах. Обычные люди пользовались гужевым транспортом, речным и морским. Камни переноса ужасно дорогие, но никто их не отменял, если уж приспичило срочно и далеко ехать. Заставить же человека залезть в корзину и болтаться там на огромной высоте… по мне, так за это приплачивать надо.

Из корзины высунулись две лохматые головы, перемазанные смазкой. Из-за корзины вышли еще трое рабочих в кожаных фартуках. Они смотрели на меня так, будто я забыла утром надеть юбку. Такое бывало, когда я пару раз заучилась до четырех утра, но под ученической мантией никто ничего не заметил! Но сейчас-то с моим костюмом все в порядке.

– Мастер, это кто? – раздался осторожный вопрос.

– Вы просили бытового мага. Я достал вам самого лучшего! – Радостно улыбнулся Габриэль.

– Дон, – с досадой сплюнул один мастеровой. – Девка ведь!

– Не годится она, – согласно прогудел второй.

Ближе подошел самый старший из работяг.

– Нам нужен квалифицированный бытовой маг, – повторил он. – Опытный! Само собой, парень! А не магичка! Нам искусство выщипывания бровей ни к чему! Тут цех!

– Я дипломированный бытовой маг-универсал, – с обидой сказала я. – А характер работы ваш дон Малакаль мне не объяснил! Я и сама в вашем грязном цеху не останусь! Всю жизнь мечтала в мазуте ходить! Контракт я не подписывала, так что желаю вам всех благ!

– Сеймур! Ты не прав! – воскликнул дон Габриэль, хватая меня за локоть. – Зачем девушку обидел? Ты же не знаешь, чего она стоит!

– И так ясно, не справится!

Я закатила глаза. Тут ничего не поделаешь. Редко, но случались клиенты, которые категорически не хотели работать с женщинами. Вот не авторитет и все. Несмотря ни на какие дипломы, ни на какие законы, таланты и умения. Баба годна только для постели и рожать детей. Все. Спорить бесполезно. Таким хоть кол на голове теши. Они признают, что женщина что-то может, только если та будет на три головы выше всех других специалистов. И все равно уважать не будут. Ненавидеть, да, пакости подстраивать. Дженни этого нахлебалась выше крыши, но она королева, ей достаточно цыкнуть или Даэниру пожаловаться.

Оно мне надо, доказывать упертому перемазанному мазутом мужику, что я хороший специалист? Да плевать мне три раза с ратуши! Уверена, в их бюро трудоустройства для бытового мага найдется не меньше трех десятков вакансий! Я гордо выпрямилась.

– Дон Габриэль, отпустите! Я не стану работать с этими людьми. Зря вы не взяли Реми, он бы тут, как свой, был.

– Так был парень, а вы не вяли? – ахнул мастеровой. – Притащили девку?

– Молчать! – рявкнул дон Малакаль. – Сеймур, заткнись, иначе я тебя вышвырну! Донья Ирма, вы будете тут работать. Потому что я так сказал.

Мы с Сеймуром посмотрели одинаково недружелюбно на дона Габриэля.

– Где это видано, инженера выгонять из-за какой-то… – проворчал мастер.

– В Кэллавейне рабства нет. Не хочу и не стану работать, – я скрестила руки на груди, глядя с вызовом на дона Габриэля. Вот сейчас он как посчитает растраты, да ка-а-ак пригрозит мне судом… Плевать! Отработаю. Только не тут и не с этими мужланами. Не позволю садиться мне на шею и относиться свысока.

Дон Габриэль смерил свирепым взглядом своих работников и повел меня за локоток в угол.

– Донья Эль Тиман. Имя Тармель Тиман вам ни о чем не говорит? – тихо спросил Габриэль.

Из меня будто сразу весь воздух выпустили. А потом меня охватил гнев.