Тор: Бог-Инженер

Глава 13. Нидавеллир

Всё устроилось так, как Тор изначально задумал, хоть и не сразу.

Первый год после создания собственного двора был самым трудным. Отец дал каждому из четверых его друзей по несколько ветеранов, не самых главных своих служивых, разумеется, но опытных, со своими подчинёнными и связями. К Сиф пришли четыре старых сотника и один тысячник из дружины. К Хогуну приставили трёх ветеранов разведки, каждый с собственной малой шпионской сетью. Фандралу помогали четыре старших чиновника из канцелярии, занимавших там не первые, но и не последние места. Вольштагга свели с тремя старыми квартирмейстерами и одним купцом, всю жизнь занимавшимся торговлей с альвами и ванами. Ветераны пришли учить, и учить им предстояло долго.

Учились друзья, конечно, по-разному, и каждое ремесло оказалось сложнее, чем выглядело со стороны.

Сиф освоилась быстрее всех, но даже ей понадобились первые годы, чтобы перестроить мышление. Командовать тысячей — это был только новый масштаб; к масштабу Сиф привыкла быстро. Но охранять принца оказалось совсем не тем, чем она занималась до этого. Сражаться в открытом бою и прикрывать спину, и быть щитом от тихих убийц, две совершенно разные вещи. В бою ты атакуешь; в охране ты ждёшь, ты внимателен ко всем направлениям сразу, ты считываешь намерения, ты различаешь сотни мелочей, на которые в бою смотреть не нужно. Сиф пришлось переучиваться. Но она старалась, впитывала основы, и дальше сама, годами, наращивала в себе новые навыки. К концу четвёртого года обучения гвардия Тора работала; к концу десятого работала уже идеально.

Вольштагг, при всей своей бытовой смекалке, тоже оказался в положении ученика. Кормить девятнадцать ртов в собственном доме и выстраивать снабжение через Девять миров всё же задачи разной сложности. Теперь он должен был договариваться с гномами о поставках снаряжения, а с ванами о провианте, и каждый из этих договоров был отдельным переговорным процессом, со своими тонкостями, со своими поставщиками, со своими ценами. Связи нужно было нарабатывать с нуля. Старые квартирмейстеры Одина передавали Вольштаггу свои собственные контакты, знакомили с купцами и с торговыми домами Девяти миров, но многих Вольштаггу пришлось искать самому. К пятому году у него сложилась своя сеть снабженцев.

Фандрал учился медленнее, что было для него неожиданно, потому что Фандрал в начале думал, что протокол, секретариат и придворная политика для него будет легкотнёй, поскольку он любит болтать. Оказалось, что протокол — это система, в которой нужно знать тысячи правил, помнить положение каждого посла, помнить, кто кому и сколько должен, помнить, кто с кем в ссоре, кто с кем в союзе, кто кому отец, кто кому сын, кто кому третий троюродный кузен. Старики, которых дал ему Один, эту систему знали наизусть, и Фандрал должен был от них её постепенно перенять, через долгие занятия, через сотни и сотни напоминаний. К шестому году Фандрал начал держать систему в голове. К десятому плавал в ней как рыба в воде. И тогда же выяснилось, что у Фандрала есть редкий талант, которого у его учителей не было: он чувствовал людей. Видел, кто к кому как относится. Слышал недомолвки. Это и было его главное оружие в протоколе, и он научился им пользоваться.

Хогуну было тяжелее всех. Шпионаж асам не давался, ведь они любили славу, признание, заметность, они презирали тайные дела, и плохо умели притворяться. Хогун, ван по крови, относился к подобному спокойней, но подчинённых искать было трудно. Он брал молодых асов, тех, в ком ещё не закостенела привычка к открытому бою. Учился вместе с ними. Ветераны Одина обучали не только Хогуна, а сразу всю молодую группу, и группа постепенно становилась службой. К седьмому году у Хогуна была малая сеть, в основном по самому Асгарду. К десятому сеть распространилась на Ванахейм и Альвхейм.

Сразу же, ещё в первые недели, Тор попросил отца выделить ему отдельные помещения во дворце для собственного аппарата. В конце концов личные чертоги принца не место для официальной службы. Аппарат должен располагаться отдельно. Один выделил помещение без вопросов; целое крыло, к которому Тор раньше не имел отношения. В этом крыле обустроились все четыре службы: гвардейские казармы, секретариат Фандрала, складские и бухгалтерские помещения Вольштагга, и тайные архивы Хогуна, в которые посторонним вход был закрыт. Магический полиграф, который Тор собрал ещё в первые годы, стоял в одной из комнат службы Хогуна, за закрытыми дверями, с запечатанным входом. Все, кто шёл к Тору на службу, проходили через эту комнату, и проходили в одиночку, без свидетелей, кроме самого Хогуна и одного из его ветеранов. Тайная проверка должна оставаться тайной.

К концу второго десятилетия после создания аппарата всё работало как должно. Ветераны Одина один за другим вернулись обратно к королю, их работа закончилась. Все, кто служил Тору, были отобраны им самим или главами служб, и каждый прошёл полиграф. Тор знал, его двор чист и верен. Если в нём и оставались шпионы, то это были скрытые слуги матери или отца, что пока было нормально и не считалось проблемой.

Параллельно шла собственная учёба Тора.

За годы Тор прочитал около половины всей рунной библиотеки, а это были тысячи свитков, сотни томов и трактатов, сотни сборников чужих исследований. Он шёл по этим книгам не подряд, а тематически, отбирая то, что нужно было ему для собственной работы; и за двадцать лет в его голове сложилась единая, цельная картина рунной магии, которой не давал ни один отдельный трактат. Локи направлял, давал ориентиры, указывал на пробелы, иногда подсказывал короткие пути.

Мастерство в магии рун за эти годы выросло на порядок. Тор мог теперь создать рунную конструкцию для большинства задач: телепортационный круг, защитный купол, сигнальная связка, накопитель энергии, разведывательный конструкт. Молнии без молота он довёл до уровня, в котором они были у него почти как с молотом. Воздух же до состояния, в котором он мог сбить с ног большинство асов, не убив. Ментальная защита тренировалась медленно, но тренировалась каждый день по полчаса.

За эти двадцать лет Тор как Верховный Инспектор посетил все миры, в которых имело смысл что-то проверять.

Асгард — дом, и в инспекции особо не нуждался.

Ванахейм — мир ванов, родственный Асгарду, протекторат с долгой историей союза и общих браков. Тор там бывал часто и обычно с удовольствием. Хогун, родом оттуда, иногда сопровождал, и тогда визит превращался в нечто между официальным и семейным.