Страница 11 из 120
— Но я тебе скажу одно, Тор, — сказала Сиф, и голос у неё стал тот, который у неё бывал перед боем: ровный, внимательный, без лишнего. — Ты сейчас говоришь мудрые вещи. Я их одобряю. Но мудрые вещи — штука капризная. Они хороши в меру. Если ты завтра начнёшь нас всех учить жизни, я лично возьму тебя за бороду и встряхну. Договорились?
— Договорились, — сказал Тор серьёзно.
— Я серьёзно, Тор.
— И я серьёзно, Сиф.
Они посмотрели друг на друга секунду, без улыбки, тем коротким взглядом, каким воины подтверждают слово. Потом Сиф кивнула.
Хогун шагнул вперёд. Он не сказал ничего, просто протянул Тору руку. Тор пожал её. Хогун кивнул и отступил. Одно рукопожатие Хогуна стоило чужой получасовой речи.
Вольштагг подошёл, наклонился и осторожно стукнул Тора по плечу кулаком, по-братски.
— Не помирай больше, — сказал Вольштагг просто. — Не люблю, когда наши помирают.
— Постараюсь, друг.
— Старайся.
Фандрал поднялся последним.
— Один кубок, — сказал он. — Когда встанешь. Без речей. Если ты к тому времени не передумаешь и не начнёшь пить только воду из источника мудрости, потому что от тебя сейчас всего можно ожидать.
— Один кубок, — согласился Тор. — Из источника мудрости — нет. Пока что.
— Вот это, — сказал Фандрал, — приятно слышать. Это мне уже больше нравится. В этом я узнаю прежнего Тора.
— Прежнего Тора больше нет, — сказал Тор. — Привыкайте.
— Хорошо, — сказал Фандрал. — Привыкнем.
Они пошли к двери все четверо, в том же порядке, в каком вошли, только Сиф последней. У двери Сиф обернулась и посмотрела на Тора ещё один раз. Тор кивнул в ответ.
Дверь закрылась.
Тор откинулся на подушки. В палате стало тихо.
Тор закрыл глаза.
Он не уснул сразу. Он лежал и думал о том, что у него, оказывается, есть вещи, которые не изменились ни от Фафнира, ни от чего-либо ещё. Мать. Отец. Брат. Эти четверо, что только что вышли. И Асгард за окном. И собственное имя, которое, что бы там ни произошло внутри, осталось его именем.
И с этой простой мыслью, не требующей ни доказательства, ни продолжения, Тор уснул.