Страница 59 из 86
— Шаман Драк Туул будет говорить с тобой. Ему понравилось, как мелкий победил орка, хоть и небольшого. Мелкий будет биться на аренах, а Драк Туул будет кормить и защищать мелкого.
Оба уставились на меня: шаман — с превосходством, раб — со страхом, хотя, скорее всего, это его привычное состояние.
— У меня есть выбор?
А нет, я ошибся. Это он ещё не боялся. Мой вопрос он смог только с пятого раза перевести орку, так как сильно заикался. У него даже слёзы проступили.
— Побеждаешь на арене — ешь, живёшь. Проигрываешь — умираешь, — как только несчастный закончил говорить, орк дал ему оплеуху, от чего первый даже упал, но быстро поднялся — видно, привычный к подобному обращению.
— Мне нужен мой меч, фамильное кольцо, обильная кормежка и тренировки.
Думаю, героя строить из себя в данной ситуации неуместно, но проверить размер клетки очень даже нужно.
После того как орку перевели мои, так сказать, требования, он злобно улыбнулся, что-то проговорил рабу и вышел из палатки.
— Теперь я ваш слуга и должен обучать вас большому языку.
— В смысле, орочьему?
— Вернее будет именно большему. У орков маленькое − оскорбление, большое — похвала. Знать язык орков почётно. Те, кто его не знают, не смогут стать по-настоящему большими.
Я смерил взглядом человека. Что-то он не сильно-то вырос от знания языка. Мне тринадцать, и он ненамного больше меня, хотя ему в районе тридцати. Несмотря на то, что озвучено это не было, мужик сам обо всём догадался, но озвучить свои мысли не осмелился.
— Хорошо. Могу ли я снять вот это? — поднял руки и продемонстрировал оковы. — И где можно помыться?
— Что, снять? Не было распоряжений, это шаман решает.
— Так спроси у него.
— Я не могу обращаться с такими вопросами к шаману, — у бедняги аж ноги затряслись, видно, что он боялся, что я буду настаивать на этом.
— Ладно, тогда второе: где можно помыться?
— Извините, господин, но не знаю. Обычно людей водят мыться.
— Водят?
— Да, господин. Определённого дня нет. Когда кто-нибудь из самых больших орков решит, что людей нужно мыть, назначаются специальные ответственные орки из тех, что поменьше, и они ведут людей к реке. Но бывают исключения, правда, обычно только для девушек перед…
— Не продолжай, — даже сама мысль о подобном омерзительна. — Что ещё мне нужно знать?
— Большой язык, господин, — раб даже слегка поклонился.
* * *
Так началась моя новая жизнь, а с ней и образование по лучшим орочьим стандартам. Их язык был прост. Один из примеров: чем громче ты говоришь, тем правдивее твои слова. Правда, это касалось только простых воинов. Рабам громко разговаривать нельзя, а вождям и шаманам не положено — они и так не могут врать. И если кто-то его не расслышал, или не поверил, то в лучшем случае просто получит по морде. Это в юриспруденции орков считается самым веским аргументом.
Меч и кольцо мне не вернули, их шаман держал у себя. К счастью, он не догадался, что оно пространственное. И вторая хорошая новость: мой шатёр был по соседству от шатра шамана, так что мы с Давианом могли беспрепятственно общаться. Радиус, когда это было опасно, что нас заметят, — пятьдесят семь метров. Почему — не знаю, демон не сказал.
Как я заметил, Драк Туул занимал не самое низкое положение в обществе орков. У него в слугах было в районе двадцати людей и больше сотни гоблинов — тоже новая для меня раса. Еще было более десятка подчиненных орков, но они называли себя гордо: воинами. Далеко не лучшего качества, в основном они выполняли функции надсмотрщиков. Конечно же, делали они это на отгребись, могли себе позволить. Бежать все равно некуда. Как только я смог выйти из шатра, немного осмотрелся — конца лагеря орков не увидел. Территория Драк Туула была огорожена небольшим забором, сделанным, надеюсь, из глины. И таких мини-лагерей тут было очень много. Что еще важно: каждый орк — воин, независимо от пола. Вот оно, равенство в абсолюте. Я даже различить их по гендерному признаку не могу.
Мне потребовалось пять дней, чтобы полностью отойти от удара, и я уверенно направился к шатру шамана, не забыв прихватить с собой Альто — это мой переводчик и слуга по совместительству.
— Я готов приступить к тренировкам, — сказал сам, без помощи переводчика. — Надеюсь, мне вернут меч?
— Без меча, — перевел Альто, хотя я и без него все понял.
Не знаю, чем шаман занимался, но он это бросил и, растолкав нас, вышел из шатра. Что-то крикнул, не прошло и минуты, как к нам подбежал орк килограмм на сто двадцать. По местным меркам, совсем кроха, правда, для моих пятидесяти — огромная масса.
— Магия? — демонстративно поднял руки.
— Без магии, — так же сухо ответил Драк Туул, при этом радостно оскалив зубы.
— Чем мне драться? — я пытался заглушить неуверенность в голосе, но получалось это плохо.
— Руками, ногами, зубами — все равно.
Положение дел явно складывалось не в мою пользу.
Он больше меня, борьба исключена. Ему сложнее, чем мне, перемещать свой вес, должен быть медленней меня и менее выносливым. Нужно заставить его двигаться, сбить дыхание. Оковы железные и увесистые, бить нужно ими. Мысли стремительным потоком потекли в моей голове.
Орк, по всей видимости, подобным не страдал и сразу бросился в мою сторону. Быстрый, я едва успел среагировать. Температура была высокая, за тридцать пять, так что пот с меня лил ручьем. Это меня выручало: благодаря поту я выскальзывал из захвата орка. Что хорошо, он меня не бил, только пытался схватить. Скорее всего, шаман запретил меня убивать. Что неудивительно: зачем портить свое имущество? Спустя минуту мне даже удалось пару раз ударить орка оковами, вскользь. Только вот, к моему сожалению, он этого как будто и не заметил. Выдыхаться он так же не спешил. Как же я сейчас рад, что Рой меня гонял, поднимая выносливость! Да и Лес не прошел бесследно. Думаю, я так смогу минут пятнадцать бегать. Минуты через две орк остановился и обтер руки песком. Он оказался умнее, чем выглядит. И тут мои дела приняли окрас безнадежности, вперемешку с обреченностью. Пару раз мне удалось вывернуться, при этом поцарапав кожу об песок на руках орка. На третий он меня схватил и не хило так приложил об землю. Даже в глазах потемнело. Оглушительный рев стал сигналом к моему поражению.
— Человек слаб без магии. Жизнь человека — моя, — проговорил надо мной шаман.