Наследник $$$ уровня V

Глава 14

Дом дэ Гарро располагался в районе корпоратов, самом дорогом месте Фаворы. Да и по площади превосходил отцовский. Даже странно, что корпорации не могут договориться с человеком его аппетитов.

Поместье огибала старая каменная стена больше двух метров в высоту, густо обвитая плющом. В некоторых местах из-под зелени проглядывали потемневшие от времени камни, а поверх стены виднелись верхушки старых плодовых деревьев. Мне казалось, что внутри будет создаваться давящее ощущение. Но я быстро понял, что это не так.

Приватность — вот как можно было описать одним словом жилище одного из самых влиятельных политиков. Здесь не было тихой роскоши, которую любили демонстрировать многие корпораты. Всё выглядело дорого, основательно и немного старомодно. От ворот к дому вела длинная асфальтированная дорога, по обеим сторонам которой аккуратно подстриженные кусты перемежались с высокими деревьями. Дом как дом, красивый и невероятно дорогой, два крыла чуть ниже по бокам. Огромное патио и небольшой сад, спрятавшийся за домом от посторонних глаз.

Меня встретил старый мажордом. Он подслеповато прищурился, словно читал что-то на моём лице, а затем поклонился и распахнул дверь, приглашая внутрь.

На Хавьера он даже не обратил внимания.

Внутри дом выглядел как музей. Прохлада сразу сменила тёплый вечерний воздух, а вместе с ней пришёл слабый запах старого дерева, воска и чего-то пыльного, почти книжного. На стенах висели картины в массивных рамах, между ними размещались образцы холодного оружия. Чуть дальше за толстыми стеклянными панелями лежали древние манускрипты. Всё это было собрано не просто ради красоты. Вещи словно должны были напоминать посетителю о возрасте дома, семьи и власти, которая не появилась вчера вместе с очередным удачным контрактом.

— Ты свободен, Карлос, — кинула ему Лола, появившаяся из бокового коридора. — Я провожу гостя.

Я остановился, ожидая, пока она приблизится.

Лола сейчас напоминала пантеру. На своей территории женщина расцвела. Около тридцати лет, вероятно, старше, но выглядит хорошо. Ухожена, спокойна и совершенно не похожа на ту женщину, которую я видел во время предыдущей встречи. На ней был тонкий струящийся не то халат, не то кимоно и мягкие тапочки на босу ногу.

— Добрый вечер, — кивнул я.

— Добрый вечер? — подняла бровь Лола и, сложив руки на груди, встала напротив. — Мне счесть это за извинения?

— Мне всё равно, — пожал плечами я.

— Ожидала, что наследник из золотой сотни будет вежливее, — поморщилась она и поманила пальцем.

— Вежливость требует взаимности, уважения или страха, — задумчиво ответил я, шагая рядом.

— Пф… Дай угадаю, ты не чувствуешь ничего из того, что перечислил? — фыркнула Лола.

— Верно, — кивнул я.

Она остановилась у выхода на патио и кивнула в сторону стола, за которым сидел Себастьян.

— Возможно, ещё слишком рано, — сказала Лола напоследок, смерив меня задумчивым взглядом с ног до головы. — Ты плохо меня знаешь.

Отвечать я не стал, позволяя женщине оставить последнее слово за собой.

За стеклянными дверями начинался вечерний сад. Солнце уже клонилось к горизонту, но камень патио всё ещё хранил дневное тепло. В воздухе смешивались запах нагретой земли, зелени и плодовых деревьев. Где-то в глубине сада стрекотали насекомые, а над самой стеной постепенно темнело небо.

Хавьер вошёл на патио и прошёл в дальний конец, перемещаясь ближе к саду, где стоял его коллега, изредка осматриваясь по сторонам. Оба оценивающе посмотрели друг на друга и замерли, как восковые статуи, смотря в одну сторону. Два профессионала, которым для взаимного понимания не требовалось ни единого слова.

Себастьян встал и протянул мне руку, доброжелательно улыбнулся, как умеют это делать только политики.

— Рад тебя видеть в своём доме, — поприветствовал он меня.

— Спасибо за приглашение, — я улыбнулся в ответ.

— Так как мы одни, предлагаю отставить формальности, обращайся ко мне просто, Себастьян. Договорились?

— Конечно.

Прислуга подоспела через минуту.

Нам подали холодный томатный суп с чесноком и оливковым маслом, ароматный хлеб и запечённый острый картофель. Отличный лёгкий ужин, голова остаётся чистой. После целого дня, который Фавора провела под кусачим солнцем, холодный суп оказался особенно кстати. От тарелки тянуло свежими помидорами, чесноком и зеленью, а острый картофель приятно пах запечённой корочкой.

Весь день город нагревался под солнцем, превращая камень, асфальт и стены домов в огромные батареи. Здесь же, среди зелени и под вечерним небом, становилось заметно прохладнее.

Ужинали молча.

Себастьян не торопился. Политики вообще редко торопятся там, где любое движение может оказаться частью разговора. Стол был накрыт без излишеств, прислуга появлялась бесшумно и исчезала так же быстро, оставляя нас вдвоём. Даже отсутствие лишних людей казалось частью тщательно продуманной обстановки.

Закончив с едой, Себастьян разлил по чашкам зелёный китайский чай, кажется, какая-то из разновидностей габы. Выбор нестандартный, учитывая, что в Валентии предпочитают кофе в любое время суток.

Алкоголя на столе не было, что говорило о том, что разговор будет серьёзным. Впрочем, как и обед. Знаков было полно.

Я взял чашку. От горячего напитка поднимался тонкий пар, в нём чувствовался землистый, чуть терпкий аромат. Вокруг уже сгущались сумерки, и тёплый свет из дома постепенно смешивался с первыми огнями сада.

— Знаешь, почему нас называют обречёнными? — вдруг сказал Себастьян.

— Нет, — покачал головой я.

— Когда пришли римляне, страна разделилась. Они разорвали её на два куска, разделяй и властвуй. Мои предки всегда служили королям, но мы не будем уходить слишком глубоко в историю, а затронем только ту часть, которая важна лично для меня…

Он отхлебнул чай, смотря на запутавшееся в ветвях плодовых деревьев солнце и умиротворённо прищурившись. Тени легли на его лицо, подсвечивая все морщины усталого и немолодого человека. В этом свете он выглядел старше, чем во время эфиров и публичных выступлений.

— В те времена также существовала сотня, но только не золотая, нет, стальная. Сто верховных семей, что служили опорой короля. Римляне знали, что не завоюют Валентию, поэтому они её купили. Собрали глав крупных гильдий, после чего те устроили мятеж. Главы ополчения отдали врагу ключи от родных земель. Так они обрекли нас в первый раз.

Я слушал с интересом.