Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 57 из 75

— А что такого? В ресторан он часто ездить не станет, у него и своих дел много, но изредка пусть наведывается.

— Пускай, — махнул я рукой. — Если деда уговорить сумеешь, возражать не стану.

— Вот и славно, — обрадовалась Анька. — Да, а ты когда дедушке солдатиков с пушками повезешь?

Эх, проныра. Догадалась, для кого я оловянных солдатиков в Гостином дворе покупал. Для деда, чтобы тот не скучал. Но у меня все так закрутилось, времени нет, чтобы навестить старика.

— Как воскресенье свободное выкрою, так и поеду.

— Вместе съездим, — кивнула Анька, потом пихнула меня локтем. — Ладно, Полинка уже готова, езжайте.

Извозчик довез нас до ворот, я рассчитался, помог Полине спуститься. Мы пошли, но у самого порога крестовая сестричка остановилась.

— Ваня, а ты не можешь немножечко у дверей подождать? — спросила барышня. — Я зайду, а потом тебя позову. Ну, пожалуйста…

В голосе Полинки появились Анькины интонации, когда девчонке от меня что-то нужно. И ведь знают, плутовки, что не откажу.

— Подожду, — согласился я, не понимая, зачем меня оставляют ждать? Ну, раз Полина просит, то постою возле дверей.

Ждать мне пришлось минут десять. Был бы я человеком курящим, то успел бы пару папирос выкурить, скоротал время. А так, бродил туда-сюда, искренне недоумевая — что за фигня?

Наконец, дверь приоткрылась, и в ней появилась голова здешнего служителя.

— Ваше сиятельство, вас наша мадам просит!

Служитель придержал дверь, чтобы я смог войти в внутрь, в вестибюль.

— Позвольте, плащик ваш приму, и фуражку.

А там… Кажется, весь наличный состав гимназии мадам Бернс выстроился в одну шеренгу, тем более, что учениц в этой гимназии не так и много. Но все равно впечатляет, когда полусотня девчонок стоят перед тобой в белых фартучках.

А впереди шеренги воспитанниц сама директорша. Улыбнувшись обаятельной улыбкой, Маргарита Гурьевна сказала:

— Уважаемый Иван Александрович! Мы очень гордимся тем, что в стенах нашей гимназии училась ваша маменька — Ольга Николаевна, дочь заслуженного генерала, а ныне — графиня Чернавская. Мы также гордимся тем, что сейчас у нас учится ваша названная сестра — фрейлина Ее Императорского Величества Полина Онцифирова. А еще мы очень гордимся вами, как настоящим рыцарем.

Барышни дружно зааплодировали, а я, слегка обалдевший от происходящего, только улыбался, прижимал руку к сердце, пытаясь что-то сказать. Но от изумления выходило что-то невнятное, вроде кваканья. Ну, Полина, устроила братцу сюрприз.

Мадам Бернс подняла длань с лорнетом, девчонки сразу же притихли, а она продолжила:

— Иван Александрович, мы узнали, что в схватке с разбойниками вы потеряли свою шпагу. И мы решили, что вам пригодится наш подарок! — Маргарита Гурьевна повернулась в сторону и кивнула: — Наташа…

И ко мне, едва ли не строевым шагом подошла барышня-гренадер Наталья Салтыкова, державшая в руках оружие.

— Этот клинок когда-то принадлежал гвардейскому офицеру, возводившему на престол государыню Елизавету Петровну, — сказала мадам Бернс. — Мы с ученицами и преподавателями решили, что шпага гвардейца обретет в вашем лице достойного хозяина.

Ну ничего себе! Гвардейская шпага времен Елизаветы Петровны? Эфес медный, позолота почти вытерлась со временем, но все равно — прекрасное оружие. Хочу!

Я принял из рук Наташи шпагу, слегка выдвинул клинок из ножен и, как полагается (видел в каком-то фильме!), поцеловал сталь, надеясь, что этим оружием никого не убили, а если убили, так не до смерти. Конечно же, почувствовав на языке кисловатый привкус, решил, что это от старой крови. Резко задвинул клинок обратно в ножны, поклонился и барышням, и директору, и произнес ответную речь.

— Благодарю гимназию, всех учениц, и лично мадам Бернс за драгоценный подарок. Обещаю, что не посрамлю оружие.

Я сказал, девчонки опять зааплодировали.

Мадам Бернс снова подняла свою длань, призывая к порядку.

— Мы благодарны графу Чернавскому за то, что он принял наш подарок. А теперь…

Я рассчитывал, что мадам Бернс распорядится отправить своих гимназисток на занятия, но вместо этого она сказала:

— Иван Александрович, у нас к вам огромная просьба… Окажите нам честь. Исполните две ваших песни.

Я открыл рот, чтобы сказать — мол, я не в голосе, да и супруга отсутствует, и гитары у меня нет, но из-за спин девчонок уже показалась гитара, которую вытащила маленькая, но очень серьезная барышня, а мадам Бернс так на меня смотрела (Анька с Кузьмой отдыхают!), что я не выдержал.

Взял гитару, тронул струны (настроена!), и спросил:

— А что вам исполнить?

— То, что пожелаете, но лучше про любовь, — улыбнулась директорша.

Из строя вышла моя крестовая сестричка.

— Иван, давай мы с тобой споем о расставании… Ту, в которой Лена тебя на рассвете будит. Мы репетировали. У меня, конечно, не получится так, как у Лены, но я постараюсь.

Ага, в заговор по умыканию в гимназию была вовлечена и моя собственная жена. Она еще и порепетировать успела!

Ну, что же теперь делать? И я начал…

Ты меня на рассвете разбудишь,

проводить необутая выйдешь.

Ты меня никогда не забудешь.

Ты меня никогда не увидишь.

Конечно, Леночка поет гораздо лучше, но Полинка очень старалась. Уж как сумели. Аплодисменты не были оглушительными — барышни очень воспитанные, но глаза у девчонок стали мокрыми.

Значит, споем еще. Или я один спою. Посмотрев на мадам Бернс, сказал:

— Тогда еще одна песня, которая может стать гимном вашей гимназии. Попробуем пару раз, вы ее быстро запомните.

И я спел песню, о которой вспомнил, когда мы с девчонками «сочиняли» гостью из будущего. Мне ведь ее хотелось спеть, но повода не было. А теперь есть.

И барышни скоро принялись подпевать.

Прекрасное далеко,

Не будь ко мне жестоко,

Не будь ко мне жестоко,

Жестоко не будь.

От чистого истока,

В прекрасное далеко,

В прекрасное далеко,

Я начинаю путь.

А дальше надворного советника понесло… Спел и «Молитву Франсуа Вийона», а еще про беду, у которой глаза зеленые. Ну, а как не спеть это?

Во французской стороне

На чужой планете

Предстоит учиться мне

В университете.

Барышни себе ладошки отбили, а потом, отринув воспитание, принялись повизгивать. Ничего страшного. Девчонки, они везде одинаковые.