Страница 72 из 74
Глава 36: Без имени.
Летиция смотрела с таким искренним сожалением, что меня прошиб холодный пот.
Куда там ЛеоДару.
— Я предложила Натаниэлю нанять тех самых василисков. Они стали бы отличными козлами отпущения, если бы твоё исчезновение всё же всплыло.
Она обиженно поджала пухлые губки.
— Ты хоть представляешь, как твоё существование портит мне жизнь?
— А если я исчезну? Уеду в другой город или ещё лучше — из страны?
Летиция покачала головой.
— Не пойдёт, Линдсеа. Это всё равно будет означать, что мы дышим одним воздухом. На этот раз мы попрощаемся навсегда.
Она снова брызнула мне в лицо какой-то дрянью.
Карета замедлила ход. Я почувствовала это, постепенно приходя в себя, и заставила себя открыть глаза.
— Ты так быстро просыпаешься, — разочарованно заметила Летиция.
Эльфийка грациозно выпорхнула наружу. Следом чьи-то руки стянули меня с сиденья. Ноги подогнулись, и я мешком рухнула на сырую землю.
На холме виднелись низкие домики, но слишком далеко, чтобы кто-то услышал крик. Прямо перед нами возвышалось здание с белоснежными стенами и статуей какого-то божества у входа.
— Как тебе? — спросила Летиция, обводя рукой пространство.
Она действительно ждала реакции. Словно привезла меня на пикник. Не получив ответа, эльфийка недовольно поджала губы.
— Человеческий бог. Я думала, тебе понравится умереть рядом с чем-то родным.
Неизвестный помощник подхватил меня под руки и поволок к храму.
Внутри было пусто, сыро и пахло застоявшейся водой. Большую часть зала занимал алтарь-бассейн. Посреди воды возвышалась статуя: бог с трезубцем в руках, его мощный хвост уходил под воду.
У подножия лежали подношения — фрукты, утварь, срезанные утром цветы.
У эльфийки явно было искажённое представление о людях и их богах.
Меня силой поставили на колени перед алтарём. Летиция встала напротив и медленно, почти механическими движениями начала натягивать перчатки.
— Тиффания оказалась настолько глупой, что сразу поверила в мою байку, будто это ты любовница ЛеоДара, — спокойно сказала она. — Тебе стоило задохнуться под той подушкой, Линдсеа. Всем было бы проще.
Закончив с перчатками, она достала тонкий шёлковый шнур.
У меня перехватило дыхание.
— Летиция, позволь помолиться перед смертью! Я не могу уйти в мир иной неприкаянной. Это против канонов нашей веры.
Я посмотрела на неё с мольбой, и Летиция поверила. Кивнула и даже отошла в сторону, чтобы не заслонять мне «моего» бога.
— А руки? Можешь освободить? — с надеждой спросила я.
Она была сумасшедшей. Отнюдь не глупой.
— Справишься так, — учтиво обронила она, не прекращая наматывать шнур на ладони.
Я подползла ближе к алтарю и зашептала какую-то несусветную ахинею, изображая молитву. Взгляд метался по сторонам в поисках спасения, а руки с остервенением тянули верёвку.
— Заканчивай, Линдсеа. У меня примерка свадебного платья. Я не могу опаздывать.
Эта реплика натолкнула меня на мысль. Я медленно обернулась.
— А свадьбы не будет. Натаниэль узнает о твоих похождениях с ЛеоДаром и вряд ли после такого захочет жениться на тебе.
Летиция недоумённо наморщила безупречный лобик.
— Откуда бы ему узнать?
Я пожала плечами, будто всё уже случилось.
— С сегодняшнего утра в прессе каждый день будет выходить новая разоблачающая статья о Нарини. Как думаешь, чей грязный секрет раскроют следующим?
В гнетущей тишине раздался всхлип.
Летиция посмотрела на меня с искренней обидой.
— Линдсеа, зачем ты так со мной? Мы же подруги!
Из горла вырвался нервный смешок. Ответить я не успела.
Стены дрогнули. Окна угрожающе завибрировали. На мгновение солнечный день сменился непроглядной тенью. Свист рассечённого крыльями воздуха перерос в яростный рёв.
Потолок с грохотом обрушился у одной из стен, и внутрь ворвался дракон.
Белоснежный.
Он едва помещался в храме. Каждое движение ломало камень, осыпало штукатурку, дробило пол. Алые глаза горели, а чешуя при дневном свете сияла так ярко, что на неё было больно смотреть.
Летиция и её подельник заметались в панике.
Дракон небрежно хлестнул мужчину хвостом. Следом его настигло пламя, и на пол рухнуло уже обугленное тело.
Вокруг Летиции сомкнулись мощные челюсти. Один душераздирающий вопль оборвался влажным хрустом. Последняя часть несостоявшейся невесты исчезла в огромной пасти.
Покончив с добычей, дракон повернул ко мне голову. Алые глаза впились в меня, из горла вырвалось низкое вибрирующее урчание.
Инстинкт шепнул: беги.
Я шагнула навстречу.
Дракон протянул лапу. Одним движением коготь перерезал верёвки на моих руках. Потом шершавый горячий язык коснулся раненой кожи.
— Ты села не в тот экипаж, — раздался низкий бархатный голос Кьяра.
Он стоял передо мной. Красивый. Обнажённый. Самый прекрасный и желанный мужчина во всём мире.
Мой муж.
Я улыбнулась. Напряжение наконец отпустило, уступая место облегчению и благодарности.
— Кьяр, тебе срочно надо к врачу.
Он непонимающе изогнул бровь, а я шмыгнула носом:
— У тебя будет несварение после этой психопатки.
Кьяр рассмеялся — громко, раскатисто. Сгрёб меня в охапку, и в этих стальных тисках я почувствовала себя самой счастливой женщиной во вселенной.
Он поцеловал меня.
Сначала осторожно, словно приветствуя после долгой разлуки. Но уже через мгновение — жадно и настойчиво. Его язык вторгся в мой рот, и я ответила с той же страстью.
В этом поцелуе было всё: страх, что мы больше не увидимся; надежда, которая держала меня на ногах; тоска, копившаяся все эти дни; нежность и немое обещание будущего.
Руки Кьяра скользнули от моей спины вниз. Он властно смял ягодицы и рывком притянул к себе, убирая между нами последнее расстояние. Его каменное возбуждение упёрлось мне в живот, и я инстинктивно потёрлась о него бёдрами.
Разум отключился.
Я ласкала его грудь, спускаясь всё ниже: по прессу, к светлым завиткам, где зарылась пальцами, и наконец обхватила его член.
Я начала ритмично сжимать и поглаживать его, чувствуя, как он твердеет в моей ладони.
Кьяр глухо зарычал мне в губы:
— Милая, твой наряд шлюхи просто убивает меня…
Он подтолкнул меня к бассейну. Я повиновалась, позволив усадить себя на край каменного выступа.