Страница 58 из 74
Глава 29: Я пойму...
Реальность настигла мгновенно, смывая остатки блаженства. Я отпрянула от него.
— Божечки! Это что же теперь будет?!
Моя паника, кажется, его позабавила. Уголки губ Кьяра дрогнули в усмешке.
Внизу горели красные фонари, недвусмысленно обозначая, куда именно он меня притащил.
Во мне тут же проснулась вся привитая скромность. Я попыталась прикрыться руками, а Кьяр уже не сдерживал смеха. Он сдёрнул с кровати простыню и накинул её на меня. Пока я торопливо куталась, он легко подхватил меня на руки.
Собственная нагота его не смущала. Он понёс меня к двери с уверенностью хозяина, которому здесь принадлежал каждый шаг.
Едва мы пересекли порог, на нас обрушился шквал звуков и запахов дома утех. От всего этого у меня сразу закружилась голова.
Посреди длинного, слабо освещённого коридора стояла мадам Фрина, со сложенными на груди руками. Лицо у неё было под стать позе — холодное.
— Я уже начала думать, что ты так и не порадуешь меня сегодня своим присутствием, сын, — сказала она, полностью игнорируя меня.
— Моя комната ещё свободна? — тем же тоном парировал Кьяр.
— Обижаешь.
Она шагнула в сторону.
Мне стало стыдно. Второй раз перед матерью Кьяра — и снова в неподобающем виде.
Из-за дверей по обе стороны коридора доносились откровенные звуки любовных утех. Снизу лилась музыка, смешиваясь с мужским гомоном и женским смехом. Бордель был в самом разгаре ночной «работы».
Наверное, я поторопилась со своим смущением.
Навстречу нам шла девица под руку с клиентом. Он откровенно мял грудь, выступавшую над корсетом, а она хихикала и поощряла его пошлостями.
Да, определённо поторопилась.
Когда мы поравнялись, мужчина окинул меня похотливым взглядом — так, будто простыня ничего не скрывала, а я была товаром. Зато блудница, завидев Кьяра, искренне улыбнулась и нежно провела пальцами по его обнажённому предплечью.
— Кьяр, ты вернулся! Я скучала!
Я не ожидала такого. Тем более — что мой, теперь уже муж, спокойно кивнёт ей в ответ.
Нечто дикое заклокотало внутри. Я зашипела на девушку. Возможно, сделала бы и больше, но Кьяр уже нёс меня дальше, крепче прижимая к себе.
— Не спал я с ней, — тихо проговорил он мне на ухо. — Успокойся.
Успокоиться не вышло. Я обвила его шею и прижалась крепче. Внутри билась только одна мысль: мой.
На первом этаже мы свернули к комнатам для «персонала». Кьяр внёс меня в небольшую спальню, скромно обставленную в приглушённых зелёно-коричневых тонах. Окно выходило во внутренний дворик.
Он бережно опустил меня на край кровати.
— Пока я не вернусь, поживёшь здесь.
Он подошёл к шкафу, порылся внутри и достал пару вещей — простую рубашку и штаны, которые тут же начал натягивать. Каждое его движение было чётким, лишённым суеты.
— Фрина строга, — продолжал Кьяр, застёгивая пуговицы, — но в обиду не даст. Сможет защитить, если что.
Я пыталась слушать, но думала только о том, что он вскоре уйдёт.
— Никому не доверяй. И не иди на поводу у Нарили. Эти типы пойдут на всё, чтобы добиться своего.
— Что вы у них украли?
Кьяр на миг застыл, потом коротко хмыкнул.
— Право на счастье.
Уже полностью одетый, он подошёл ко мне и присел на корточки. Наши глаза встретились.
— Тебе что-нибудь нужно? Я хочу ещё переговорить с матерью перед уходом.
Я покачала головой. Хотела сказать, что мне нужен он, но сдержалась.
Кьяр медлил. Осторожно коснулся тыльной стороной пальцев моей щеки. Я изо всех сил сжимала веки, удерживая слёзы. Мы оба понимали: это момент расставания.
— Линдсеа… — начал он и вдруг запнулся. Его взгляд стал мучительно нерешительным. — Твои… потребности…
Он снова замолчал, будто пытался произнести что-то невозможное.
На миг закрыл глаза, глубоко вдохнул.
А когда посмотрел снова, в нём уже была твёрдая решимость.
— Я пойму, — выдавил он наконец.
Всего два слова — а столько боли.
Кьяр помог мне забраться в постель и укрыл одеялом. Потом сел рядом, дожидаясь, пока я усну. С моей стороны это было эгоистично, но я боролась со сном, пытаясь продлить последние минуты.
— Кьяр… Когда я проснусь, тебя ведь уже не будет?
Ответом стало молчание.
— Я… — голос подвёл. — Мы обязательно тебя дождёмся. Я и… наш малыш.
Кьяр накрыл мои губы своими. Нежное, горячее прикосновение стало последним, что я запомнила той ночью. И тем, что потом хранила в памяти всё время нашей разлуки.
Утро я встретила в запахе Кьяра. Он был в подушке, в шкафу, на вещах, которые я перебирала, пытаясь утолить тоску. Даже в ванной этот аромат не отпускал меня.
Лёжа в тёплой воде, я представляла его обнажённым и снова прокручивала в памяти уроки страсти, которые он мне преподал.
Вернувшись в спальню, я смутилась: на постели лежало платье. Значит, пока я купалась, кто-то входил. И наверняка слышал мои стоны.
Платье оказалось вызывающим: тёмно-бордовое, с боковым разрезом почти до бедра. При каждом шаге ткань открывала ногу и нижнее бельё. Но хуже всего был лиф — он сползал с плеч и почти не скрывал грудь.
Кухню я нашла по звукам и запахам еды. Комната выглядела уютной и вполне обычной, если не считать девушек за столом. Их кружевное бельё и лёгкие халатики на голое тело выглядели весьма откровенно.
На их фоне даже моё вызывающее платье казалось почти чопорным.
Разговоры смолкли. Девушки рассматривали меня, я — их, и на несколько мгновений над столом повисла неловкая пауза.
— Подсаживайся к нам, — сказала шатенка с яркими голубыми глазами. — Новенькая? Меня зовут Мирта. А тебя как?
Немного заикаясь, я назвала своё имя. Мирта широко усмехнулась:
— Да не робей ты так. Мы тут все под одними челами лежим…
— Ну и плоский же у тебя юмор! — фыркнула другая.
За столом рассмеялись и принялись подшучивать друг над другом. От грубой шутки Мирты я смутилась до глубины души.
Я ведь в борделе, напомнила я себе. И привёл меня сюда мужчина, которому я поклялась в верности. Тот, кто сам поклялся мне.
Я опустилась на стул. Кто-то тут же поставил передо мной тарелку с яичницей и кружку горячего кофе. Я пригубила напиток с особым удовольствием.
— …А он мне такой: «Ты сосёшь не так, как жена», — громко рассказывала одна из девиц. Она карикатурно передразнила тон клиента и тут же возмущённо добавила: — Так и шёл бы ты к своей старухе!
— Ты ему это сказала?
— Нет, конечно. Продолжила.