Страница 38 из 74
Глава 19: Волин на рассвете.
— Он дурак, не разглядевший самую прекрасную женщину. Никогда этого не забывай.
Кьяр коснулся моих губ лёгким поцелуем, но я не позволила ему отстраниться. Прикосновение, что должно было длиться мгновение, растянулось на долгие сладкие минуты.
— А ты… Кьярваль Кэльски. Полувасилиск, полудракон. Единственный в своём роде.
Я погрузила язык в его рот, и его влага стала моим источником утоления жажды.
— Остановись, — хрипло попросил он. — Ещё не безопасно.
В ответ я провела губами по его шее, легонько прикусила мочку уха и лишь потом бессильно опустила голову ему на плечо.
Среди густых зарослей нас ждала лошадь. Она была так искусно скрыта, что я заметила её лишь в нескольких шагах.
На мой немой вопрос Кьяр ответил коротко:
— Вилл после стычки… ушёл.
Из-за меня.
Добавила я с огорчением.
Кьяр вскочил в седло и помог мне устроиться позади. Я обняла его, прижавшись к спине, и тут же почувствовала непреодолимое желание опустить ладони ниже, туда, где под грубой тканью выпирал внушительный бугор.
Крепко сцепив пальцы, я мысленно приказала себе:
Соберись.
Мы сорвались в галоп.
В голове царил беспорядок, в теле пылал пожар. Разбираться в причинах и искать виноватых не было ни сил, ни желания.
Моё превращение не радовало, но я старалась лучше понять поступки Кьяра и смотреть на происходящее трезво. Союз с самцом напоминал брак — только на их извращённый лад, с пожизненным пропуском «налево».
Но это вовсе не означало, что я обязана им пользоваться.
В непроглядном мраке мы пробирались сквозь чащу. Путешествие длилось несколько часов: где можно — шли шагом, где нужно — ускорялись. Кьяр держался в стороне от проторённых троп.
Я держалась из последних сил, но должно быть потеряла сознание. Потому что стоило закрыть глаза на секунду — и вот я уже на его руках.
— Потерпи немного, сейчас станет легче, — прошептал он.
Хотелось ответить, что легче мне станет лишь одним способом, но слова потонули в тихом стоне.
Щека коснулась травы, и прохлада земли подействовала как бальзам. Я распласталась на земле, раскинула руки, вбирая в себя её свежесть. Но ладони Кьяра крепко обхватили мои бёдра и поставили на колени.
Юбка взметнулась. Ледяной ночной воздух коснулся обнажённой кожи. Соски мгновенно затвердели. В сознании шевельнулась мысль...
— Кьяр? — прошептала я, и в голосе смешались надежда и вопрос.
Ответом послужил резкий звук расстёгивающейся ширинки.
Пока у моих широко расставленных ног происходила негромкая возня, я затаила дыхание. Пальцы судорожно впились в траву, вырывая стебли с корнем. И когда головка его члена наконец прижалась к входу, из груди вырвался сдавленный стон.
Толчок.
Глаза блаженно закатились.
Я хотела трахаться, и Кьяр дал мне это.
Член Кьяра, огромный и длинный, бесцеремонно растянул узкий проход. Боль тут же растворилась в долгожданном облегчении. Он заполнил меня до предела, поднимая из самых глубин сокрушительную волну наслаждения. Заставил «бабочек» внизу живота превратиться в разъяренных птиц и отключить все мысли.
Он задвигался в безжалостном ритме, каждый раз пронзая меня до самого конца. Он выходил из меня, едва оставляя головку, чтобы с резким влажным хлопком погрузиться вновь.
Я балансировала на острой грани между экстазом и безумием, срывалась на непристойные слова и кричала, чувствуя, как нервы натягиваются, словно струны.
Меня захлестнула буря, и я боялась лишь одного — что он остановится, не дав мне той разрядки, которой я жаждала.
Громкие, влажные хлопки тела о тело — самая первобытная музыка, которую я когда-либо слышала.
Его пальцы впивались в мои бёдра, оставляя будущие синяки, направляя тело навстречу каждому толчку. Вскоре я уловила ритм и сама начала двигаться в унисон.
— Кьяр, как же это хорошо…
— Знаю, милая… Я уже на пределе…
Одна его рука легла на мою шею в немом жесте обладания, другая скользнула к клитору. Сжав нежный бугорок, он принялся растирать его, и я чуть не задохнулась от удовольствия.
— Ещё! — вырвалось у меня.
Но его пальцы двинулись дальше, миновали место, где наши тела становились единым целым, и устремились ко второму отверстию. Это было слишком дико. Я протестующе вскрикнула, изогнувшись, но его хватка была железной.
— Линдсеа, не думай. Просто чувствуй, — прохрипел он так, что самая суть моя отозвалась дрожью.
Он начал ласкать запретное место, неглубоко погружая палец. В сочетании с мощными толчками это рождало новую, почти невыносимую сладкую дрожь. Моё тело захлестнула очередная волна удовольствия.
Я полностью погрузилась в ощущения, утопая в его прикосновениях и хриплых звуках наслаждения. Когда разрядка наконец накатила, её довершил горячий поток изнутри. Казалось, я на мгновение ослепла от яркости этого финала.
Обессиленная, я рухнула на траву. Сознание уплыло. Я лежала, отдавшись блаженству и чувствуя, как вязкое семя Кьяра стекает по моим бедрам.
— Ты лишаешь меня способности ясно мыслить, — пробормотала я.
— Это высшая похвала от тебя, моя монашечка, — хмыкнул он.
Он подхватил меня на руки и понёс к лошади.
— Перевели дыхание — можно ехать дальше, — констатировал он.
А я тем временем чувствовала, как голодное нутро начинает ворочаться снова. Тело требовало продолжения этого порочного танца.
Мы понеслись лёгким галопом.
— Довезу нас до порталов. Надеюсь, твой запах затеряется среди переходов.
О межпространственных переходах я знала, но никогда ими не пользовалась. Слишком дорого. Да и ходили слухи, что раз в пару сотен переносов случается сбой, и невезучего путника заносит не просто в другую страну, а в иное измерение.
Мне совсем не хотелось оказаться одной из таких.
Впереди, разрезая ночной горизонт, замаячили знакомые башни.
Волин. Город, где я пережила столько лишений, теперь казался иным только потому, что рядом был он.
Негласная эльфийская столица ещё спала. Лошадь мерно цокала копытами по брусчатке центральных улиц, и эта размеренность казалась почти неправильной после безумной скачки через лес.
Редкие торговцы открывали ставни лавок, лениво раскладывали товар и провожали нас сонными взглядами. Никто не всматривался, но я всё равно ловила себя на том, что невольно опускаю голову.
Мне всюду мерещились раздвоенные языки.