Страница 88 из 97
Может, поэтому я сходила с ума?
Едва ли даже поцелуй, а я хотела его. Хотела оседлать его бёдра и завладеть его ртом, затем тереться о него, пока не рассыплюсь на части.
Я отстранилась, задыхаясь, и вскочила на ноги. Я не могла встретиться с ним взглядом. Я боялась того, как он может посмотреть на меня.
И что это со мной сделает.
Потому что я была восприимчива к определённым вещам.
Вроде видимости привязанности.
Искренности.
Похоти в его глазах?
Я жаждала этого.
— Не уходи! — Финч потянулся ко мне, и душащие лианы затянулись, оттаскивая его назад.
— Не уходи? — Я рассмеялась, голос был хрупким, презрение уже не таким острым. — Почему? Уже скучаешь по мне?
— Ты тоже что-то почувствовала. Я знаю, что почувствовала.
— Я ничего не почувствовала.
— Ксанта…
Это было хуже всего. Нежная манера, с которой он произнёс моё имя. Сердце затрепетало, как у ничего не смыслящей маленькой девственницы, — а потом гнев вскипел во мне.
— Я тебе не «Ксанта», я «Ведьма»! — рявкнула я.
Теперь меня била дрожь от ярости, а не от желания. И от стыда тоже. Стыда, потому что я должна лучше владеть собой. Я не была наивной. Я знала, каковы мужчины. Что они обо мне думают.
И спустя столько лет я всё ещё оставалась дурой.
Я схватила кабачки и швырнула их на разделочную доску, вгоняя нож в них, пока рубящее движение не уняло моё раздражение.
Ужин. Глубокие вдохи. И я пропускала мимо ушей каждое его слово.
К тому времени, как мой овощной суп томился на плите, я почувствовала себя спокойнее.
Эта неприятность была лишь временной. Финч не переживёт ночь. Как только Айви уснёт, я с ним покончу.
Чтобы облегчить себе задачу, я капнула несколько капель сонного зелья в миску Айви. Ровно столько, чтобы она уснула пораньше — и её не потревожили звуки убийства.
Затем я налила большую кружку бульона для своего пленника. Откупорив свежий пузырёк зимнеяблочного сонного зелья, я вылила его содержимое в кружку.
Молочно-белое зелье смешалось с золотистым бульоном, превратив его в бледный, мутный отвар.
Я скривилась, когда приторно-сладкий яблочный запах перебил пряный аромат бульона — сделав его подозрительным, не говоря уже о том, что неаппетитным. Но было слишком поздно готовить что-то получше. Больше сонного зелья у меня не осталось.
К тому же я могла убить Финча, даже если он будет в сознании.
Было бы проще, если бы он спал — если бы он не мог на меня смотреть, — но я могла приказать душащим лианам задушить его. Они закончат дело за считаные минуты.
А потом…
Потом я оттащу его труп в лес. Брошу в канаву, где вороны-падальщики расклюют его на части.
Утром я скажу Айви, что наш «гость» отправился своей дорогой.
И тогда мы сможем жить дальше.