Страница 39 из 50
— Был десятипроцентный шанс, что вместо тебя придет твоя сестра, — признается Лэр, оглядываясь на меня. Его серьги и волосы покачиваются в такт движениям. Из-за улыбки его лицо становится непроницаемым, и по нему невозможно понять, о чем он думает. Мне кажется, он из тех людей, с которыми невыносимо находиться рядом постоянно, — как Эдит.
Черт, этим парням было бы лучше, если бы вместо меня провалилась она.
Конечно, Эдит бы взбесилась из-за всей этой странной ситуации, но она бы и сама упала к ногам этих парней. Судя по тому немногому, что я успела узнать о короле, он был чертовски горяч. Она бы с радостью вышла за него замуж, особенно если бы это означало, что она станет королевой.
— Но если бы она это сделала, то с вероятностью в десять процентов смогла бы спасти Подземное королевство — в отличие от твоих тридцати пяти процентов.
— Тридцать пять процентов? — спрашиваю я, приподнимая брови. — Шансы не очень.
— Это были самые высокие шансы из всех, что могли быть у всех ныне живущих Алис, — говорит Лэр, замедляя шаг, чтобы поравняться со мной и близнецами. — Король попросил меня проверить все возможные источники предсказаний, и результаты были однозначны. Ну, настолько однозначны, насколько вообще может быть туманным запотевшее окно. Можно различить очертания и цвета, но никогда не знаешь наверняка, кто на тебя смотрит, пока не становится слишком поздно.
Мы долго смотрим, друг на друга, и я замечаю, что у него такие же глаза, как у меня, — нежно-голубые, как яйцо малиновки.
— Кто ты вообще такой? — спрашиваю я, и он приподнимает бледно-голубовато-русую бровь. Я пытаюсь подобрать слово, чтобы описать цвет его волос, но это так, же сложно, как и понять, кто он сам. — Фейри?
— А ты кто? — отвечает он с той же сардонической улыбкой на лице. — Алиса?
Я закатываю глаза и продолжаю идти, сосредоточившись на том, чтобы переставлять ноги. Вдалеке что-то кричит, издавая леденящий кровь вопль, словно предвестник смерти и расчленения. Кто-то там умирает мучительной, очень мучительной смертью.
— Может, ускорим шаг, Рэб? — предлагает Ди, и мужчина с кроличьими ушами вздыхает. На нём чёрный жилет, фиолетовая рубашка на пуговицах с закатанными до локтей рукавами, брюки в тонкую полоску и мокасины с сердечками на носках. Он выбрасывает очередную сигарету, встряхивается, как собака, и начинает таять. Его руки опускаются на землю, спина выгибается, сквозь одежду пробиваются густые пряди белого меха, а рот удлиняется, обнажая острые зубы.
Я всегда думала, что было бы чертовски круто увидеть или, черт возьми, стать оборотнем в реальной жизни.
Но глядя на уродливое тело Рэба, я уже не так в этом уверена. Я морщу, нос и делаю маленький шаг назад, когда он поднимается на ноги и отряхивает свою черную пятнистую шкуру. В холке он почти такого же роста, как я, а может, и выше.
— Подсадить тебя, Эллисон-которая-не-Алиса? — спрашивает Ди, и я поднимаю брови.
— А раньше такой вариант был? — спрашиваю я, стараясь не чувствовать облегчения от того, что мне предстоит прокатиться на спине зверя — на спине Рэба.
— Не такой уж и выбор, — рычит он, оборачиваясь и глядя на меня с хищной улыбкой, обнажающей зубы. Его кроваво-красные глаза смотрят прямо в мои, а теплое дыхание щекочет мне кожу. — Учитывая, чего это будет стоить моему достоинству?
— Он привлечет к нам других брандашмыгов, — объясняет Ди, когда я хватаюсь за его шерсть и чувствую, как близнец обхватывает руками мои бедра. Его пальцы приятно впиваются в мою кожу, напоминая о том, как хорошо, когда тебя вот так обнимают во время секса.
С трудом сглотнув, я позволяю ему подсадить меня на спину Рэба, ощущая под собой его крепкие, теплые мышцы.
— Самка брандашмыга? — спрашиваю я, и Рэб рычит, как мне кажется, в знак согласия. — Неужели все самки в Подземном королевстве изголодались по сексу? Я думала, там полно самцов… хотя, наверное, быть лесбиянкой здесь не сахар, да? Выбор невелик.
— Самки в Подземном королевстве сексуально агрессивны, в противовес суровым самцам из твоего мира, — объясняет Ти, и по тому, как расслабляются его плечи, я понимаю, что ему становится легче, когда он перечисляет простые факты. — Здесь ты увидишь много такого, к чему не привыкла. Подземное королевство и Верхний мир находятся в прямой оппозиции друг к другу. Когда баланс нарушается… — Он замолкает ровно настолько, чтобы Ди решил продолжить.
— Это приводит к катастрофическим событиям вроде Разлома. Вот почему мы потеряли большинство наших женщин — из-за того, как с ними обращаются в вашем мире. — Ди пожимает плечами, но он и половины всего не знает. У меня такое чувство, что всё, что эти ребята знают о моём мире, — это слухи и домыслы. — Если мы не приведём Подземное королевство в порядок, следующими будут ваши люди, и всё будет гораздо хуже, чем во время Разлома. Вы не просто увидите, как ваши женщины превращаются в мужчин, — вы можете вообще ничего не увидеть.
— То есть ты хочешь сказать, что если я не останусь здесь и не спасу Подземное королевство от… черт его знает, от чего я должна его спасти, то мой мир тоже пострадает?
Ти поджимает губы, а Ди усмехается.
— Если ты веришь в пророчество, то да.
Блядь.
Я вздыхаю, потому что знаю, что теперь мне придется слушать это дурацкое стихотворение. Я хочу попросить Ди прочитать его по дороге, но теперь, когда моя медлительная задница взгромоздилась на спину Рэба, он пускается бежать, и остальные мужчины следуют его примеру. Никто из них не отстает.
Боже.
Если бы я осталась здесь — и я говорю «если бы», потому что это точно не так, — мне бы пришлось больше тренироваться.
Читать — это, конечно, хорошо, но от этого не накачаются икры и не улучшится работа сердечно-сосудистой системы, верно?
Я наклоняюсь вперед и обхватываю руками длинные кроличьи уши Рэба, чтобы сохранить равновесие и прикрыть уже обветренные губы от потока холодного воздуха. Он слегка вздрагивает подо мной, но не возражает, и я сама не замечаю, как засыпаю.
***
Холодные, мокрые капли на щеках пробуждают меня от неглубокого сна, который — благодаря дню, наполненному тяжелыми физическими нагрузками, — проходит без сновидений и кажется таким спокойным, даже несмотря на то, что я лежу на спине несущейся собаки… кошки… черт его знает, что это за животное. Брандашмыг.