Страница 24 из 50
Глава 4
Кролик вызывает у Алисы волнение
От того, как «Долгая история» уплывает вниз по реке, у меня внутри все сжимается. На самом деле мне даже нравятся эти чудаковатые грубоватые ребята, стервозная пиратка и молчаливый капитан. Не думаю, что когда-нибудь снова увижу хоть кого-то из них.
Но в, то, же время…
— Я думала, они оставят нас в каком-нибудь городе? — спрашиваю я, стоя на крошечном причале и оглядываясь по сторонам… на лес. Мы стоим на берегу реки, с обеих сторон нас окружают деревья и грибы, а перед нами — небольшая грунтовая дорожка и старый причал размером пять на три метра.
Вот и все.
Только мы, деревья и эти чертовы грибы.
Я вглядываюсь в лес и его тайны, и тут краем глаза замечаю что-то белое, похожее на улыбку без лица. Но как только я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, что это было, оно исчезает, а я остаюсь стоять, моргая и гадая, видела ли я это вообще.
— Вот в чем проблема с предположениями, — говорит Ди, насвистывая и направляясь по тропинке вперед. — Из-за них ты чувствуешь себя полным идиотом, а ведь у нас у всех есть по два голеностопа. — Он на секунду замолкает, а потом оборачивается и смотрит на меня. — Если, конечно, у тебя не ампутирована нога, тогда у тебя может быть один голеностоп или вообще ни одного, и тогда единственная идиотка здесь — это ты».
Я просто смотрю на него, потому что, ну серьезно, что за бред он несет?
— В этих лесах водятся бармаглоты, верно? И у нас нет ни патронов, ни запалов для «Создателя королев», так что будет, если мы на них наткнемся? Вы будете отбиваться от них ножами? — Я хотела съязвить, но, честно говоря, как только мы начинаем идти и меня окутывают тени деревьев, я чувствую, как по телу пробегает холодок, не имеющий никакого отношения к погоде.
— Что-то вроде того, — отвечает Ти, и его брат издает удивленный горловой звук, снова поворачиваясь вперед и ускоряя шаг. Я иду между ним и Ти, позволяя им изображать из себя охранников, потому что я, например, даже не знаю, как называется еда в этом мире, не говоря уже о том, каких опасностей следует остерегаться.
Я независимая и решительная, но не глупая.
Чтобы быть по-настоящему сильным персонажем, нужно нечто большее, чем сарказм и упрямство, — нужны мозги. И я твердо намерена быть лучше половины девушек, о которых я читала.
— Если Белый Кролик работает на короля, то почему он живет в такой глуши? — продолжаю я, с некоторым облегчением прислушиваясь к щебетанию птиц и шороху животных в подлеске. Нет ничего страшнее мертвой тишины, я ее не выношу. Когда вокруг тихо, плохие воспоминания и ужасные мысли становятся громче всего.
Спасибо, но я бы предпочла не слышать их греховные монологи прямо сейчас.
— Потому что ему здесь нравится, потому что здесь он не во дворце, — говорит Ти, и голос у него грубоватый — видимо, для него это нормально, — но в нем слышится какая-то резкость, и я не могу понять, презирает ли он этого Рэба… или жалеет его.
— Ты сказал, что Брэндон Кармайкл был Кроликом, — продолжаю я, замечая сотни маленьких грибов, усеявших лесную подстилку, растущих у подножия деревьев, спрятанных под блестящими зелеными листьями папоротников, похожих на те, что росли в юрский период. Некоторые из них высотой с меня. — Но я не видела у него ушей, а я знаю его с тех пор, как он считал, что мелки в пасте — это деликатес.
— Кролик — это официальное название правой руки правителя, женщины и мужчины, — объясняет Ти, и, по крайней мере, на этот раз его голос звучит чуть менее раздраженно по отношению ко мне.
Черт возьми, может быть, я начинаю ему нравиться?
Я немного замедляю шаг, чтобы идти рядом с ним, ткань наших курток соприкасается на рукавах. Его рубашка сегодня застегнута и заправлена, в то время как рубашка Ди помята и наполовину заправлена, полностью расстегнута и демонстрирует плавные линии мышц, когда он оборачивается, чтобы посмотреть на нас.
Он поднимает пальцы по обе стороны от головы, имитируя кроличьи уши.
— Они заставляют их шевелить ушами, чтобы было легче определить их местоположение… Ну, за исключением Брэндона, очевидно, потому, что он работал наемным убийцей, и они не хотели тебя предупреждать.
Верно.
Как будто, увидев мальчика с кроличьими ушами в мире людей, я автоматически подумала бы, что на меня нацелился правитель из другого мира. Ти и Ди явно не имеют ни малейшего представления о том, как обстоят дела дома. Показательный пример: чаепитие там намного скучнее, чем здесь. Гораздо менее галлюциногенное.
— Шевелить? — спрашиваю я, и моя сумка раскачивается в такт шагам. В ней надежно спрятаны книга, пистолет и платье. Я думала, что Лори попросит вернуть ей одежду, когда мы сойдем на берег, — по крайней мере, красивую куртку, — но она этого не сделала.
— Все Кролики — оборотни, — объясняет Ти, но мне это мало что дает, потому что я даже не знала, что оборотни вообще существуют.
— Как оборотни-волки? — спрашиваю я, потому что, как вы знаете, я читаю много книг.
Черт, я читала об оборотнях-волках, оборотнях-медведях, оборотнях-драконах…
Но у меня такое чувство, что это совсем не то.
Подземное королевство,… мягко говоря, странное место.
— Оборотни… — начинает Ти, и на его лице мелькает выражение, от которого у меня внутри все сжимается. Он похож на человека, который видел ужасные вещи, кошмарные вещи, которые преследуют его и наяву, и во сне. Я узнаю этот взгляд. Мои ноздри раздуваются, но я стараюсь не обращать внимания на нахлынувшие эмоции. Меня бы здесь сегодня не было, если бы я поддавалась им каждый раз, когда они давали о себе знать. — Может, некоторые из них и волки. А у вас там, откуда ты родом, разве нет оборотней?
— Вообще-то нет, — отвечаю я, но не успеваю задать следующий вопрос, как за деревьями показывается дом, из каменной трубы которого вьется дымок. Он чертовски живописен — по крайней мере, на первый взгляд, — но в, то, же время… немного жутковат. Дом как будто стоит криво, накренившись в сторону. А из-за фиолетово-черной краски он словно сливается с лесными тенями. Во дворе стоит одинокое засохшее дерево, на котором что-то… кто-то висит. — Что за черт? — шепчу я, а Ти кладет руку мне на спину и подталкивает вперед.