Пожиратель

— Ловушки нам тут не помогут. Первым делом нужно убрать огневолка, чтобы Богиня Льда могла нормально работать своими стрелами, заодно лишив её иммунитета к огню.

— А я что буду делать? — в глазах Эоны больше не было страха, только чистый, детский азарт.

— Погоди. Дальше. Кай, ты обходишь химеру сзади, — Саргон ткнул веткой в сторону схемы. — Возьмёшь и мою огненную специю. Нам ее дали не особо много. Хоть разведка и обязалась помочь нам в пополнении запасов…

— Ну… как сказать… — Кай почесал затылок и показал на увесистый мешочек на земле — Они кое-что забыли.

— Украл? — Саргон и сам не знал, радоваться ему или злиться. Одно он понимал точно, с воровскими руками Кая нужно что-то делать. — Ладно, сейчас не об этом. Если запас есть, это хорошо. Нам нужно заставить ежа поливать водой те места, куда попадёт пламя. И стрелять вы должны именно туда.

— Хм. Хочешь усилить мои обычные атаки таким приёмом, чтобы область заморозки увеличилась? — Сона вскинула бровь, явно удивлённая.

— Неужели богини думают, что люди совсем тупые? — вздохнул Саргон, поймав себя на том, что снова вздыхает. — И вообще, не перебивайте. Как только видишь обледенение, Кай, сразу переходишь на другую сторону. Нам важно замедлить его и заставить тратить регенерацию на попытки избавиться от льда.

— А я что буду делать? — Эона сердито посмотрела на него.

— Погоди. Лия, на тебе общее усиление, — Саргон повернулся к прядильщице звука. — И да… я виноват перед тобой. Постараюсь вернуться за твоими вещами, как только здесь станет безопасно.

— А я что буду делать? — Эона уже была на грани того, чтобы снова расплакаться.

— Наш выход, в самом начале. Нужно убить огневолка. Когда Сона начнёт обстрел, он выйдет, чтобы снять обледенение. Ты перемещаешь меня к его голове, я её сношу, и ты сразу возвращаешь нас обратно. После остаёшься рядом с Лией.

Саргон умолчал о том, что роль Эоны в начале боя ключевая. Лишь позже он поймал себя на мысли, что ведёт себя хуже ребёнка.

— Ты ужасен! — Эона нахмурилась. — Но я не могу тебя оставить. Я вернусь с тобой!

— Исключено. Мне и так вчера хватило. Я без сил остался, а ты весишь как мешок картошки.

Эона залилась краской. Казалось, ещё немного, и из её головы пойдёт пар, но она сдержалась.

Все разошлись по местам. Лия и Сона встали рядом. Саргон позволил Эоне взобраться ему на спину и обвязал её верёвкой, чтобы она не сорвалась. Кай отвёл лошадей чуть дальше, быстро поправил пояса с паприкой и скрылся в небольшом каменном обвале.

Место было открытым, и на этот раз бежать будет сложнее, Саргон это понимал. Украдкой он переложил вакуумную сферу в поясную сумку. Помимо своей сабли он взял и двуручную Маркуса. Пора начинать пользоваться ею всерьёз.

«Вот так я и умру, пожертвовав собой ради друзей… Друзей? Очнись. Ты Богинь в друзья записал. Со мной что-то не так. Нельзя забывать их натуру… Все Избранные одинаковые. Но сейчас они нужны. Я должен спасти Лию и Кая».

Жуткий рев.

Пыль взметнулась вверх, топот отчётливо разносился по каменистой равнине ущелья. Химера выросла из марева, сперва бежала, затем делала короткий взмах железными крыльями и снова тяжело приземлялась.

Охотника насторожило другое. Существо не добралось до них ночью. И тут его осенило. Главной головой был орёл. Железных орлов в бестиарии не значилось, но Маркус говорил, что убивать их легче всего именно в темноте, ибо тогда они погружаются в сон.

«Надо будет записать».

Химера была примерно в ста метрах, когда Сона начала обстрел. Она била с пугающей точностью, выпуская стрелу за стрелой в одну и ту же точку.

Корка льда стала нарастать на левом боку твари. Когда она добралась до головы орла, плоть разорвалась, и наружу вылезла голова огневолка.

— Сейчас! — скомандовал Саргон.

Вторая мелодия. Тело.

Вспышка.

Эона перенесла их прямо к цели. Помня, как плоть затягивает, она выбрала точку чуть выше головы. Это было Саргону на руку. Он вскинул саблю Маркуса и со всего размаху отсёк голову огневолка, который отчаянно пытался растопить лёд.

Вспышка.

Саргон с Эоной оказались рядом с Лией.

— Всё, слезай.

— Но я могу!

— Слезай, кому говорю! — охотник снял верёвку, поймал девочку за руку и грубо стянул её вниз.

Кай внизу начал методично выпускать огненные стрелы в левый бок химеры. Как ему удавалось так быстро смешивать паприку, Саргон не понимал. Решил списать всё на сундарийские гены.

Сона, заметив, как рыбья голова начала поливать горящий бок водой, сразу сместила огонь. Ледяные стрелы врезались точно в поток, заставляя воду схватываться льдом.

Саргон рванул вперёд. План работал, а значит времени оставалось немного.

Химера заметно потеряла прыть и замедлилась. Кай обежал её сзади, словно кот на охоте, быстро, тихо, выверенно. Оказавшись справа, он снова начал выпускать огненные стрелы. Сценарий повторился. Очень скоро химера намертво примерзла.

Охотник перехватил меч.

«А он стал легче. Странно… Не из-за руки ли это? Опять думаю…»

— Каменные глыбы! — крикнул Саргон, поравнявшись с тварью.

Кай был готов. Они отрабатывали этот приём ещё вчера. Перед охотником начали возникать каменные глыбы, одна за другой, как ступени. Ловкими прыжками он взбежал наверх и оказался на химере.

Корка льда не давала ему провалиться в плоть, как он и рассчитывал, но удержаться на ногах было тяжело, он достал вторую саблю и используя их как опору стал пробираться по льду. Сейчас нужно было отсечь лишь одну голову, орлиную. Если верить заметкам Маркуса, первое поглощённое существо занимало центральное место. В теории, убив его, можно было уничтожить всё остальное.

Саргон подошёл к краю и увидел голову внизу. Идеальная позиция для удара, пусть ногам и будет больно.

Химера задрожала. Только сейчас он понял, пока шёл бой, она прятала крылья.

Слишком поздно.

Крылья рванулись по бокам, раскалывая лёд. Химера с трудом, но сделала один мощный взмах и поднялась в воздух.

Медлить было нельзя.

Саргон прыгнул вниз и с размаха отсёк голову твари. Та, лишившись опоры, начала падать.

Саргон упал первым. Хруст в ноге отозвался резкой, обжигающей болью. Химера рухнула следом и лишь чудом не раздавила его.

Первая мелодия. Покой.