Страница 42 из 73
— Это тоже испытание, — оскалился вдруг Север. Белые зубы резко выделялись на смуглом, почти черном лице африканца. — Только это испытание для тебя. А для меня — просветление.
Они подошли к пекарне вовремя. Тит разговаривал с каким-то богато одетым человеком с золотым перстнем на пальце. Оба уже злились, и гость явно собирался уходить. Тит повернулся и, увидев сына, крикнул.
— Марк! Дери тебя демоны! Да где ты ходишь? Тут заказ крупный, а я не пойму, чего этот добрый господин хочет.
Марк взглянул повнимательней. Клиент смуглый, горбоносый и бородатый. Девять из десяти римлян таковы. Одет дорого: тонкая туника, синий плащ с вышивкой, туфли козлиной кожи. Тут тоже все обычно. А вот кисти на краях плаща носят только иудеи. Приверженцев этой веры в Риме много (1). В Субуре и за Тибром проживают многолюдные и очень богатые общины.
— Мир тебе и твоему дому, почтенный. Шалом алейхем.
— Алейхем шалом!
Посетитель смотрел на Марка, как на привидение. Тит смотрел на сына примерно с таким же выражением лица.
— Если тебе нужен хлеб, дозволенный Законом Моше, то мы можем сделать его для тебя, — продолжил Марк. — Только вода и мука, если ты хочешь получить опресноки. Или хлеб на закваске без добавления меда, яиц, сыра и молока. Если будет большой заказ, мы возьмем отдельные чаны и вымесим тесто в них. Если у тебя праздник, то я сделаю на хлебе изображение меноры. Это же светильник из Храма? Так?
— Воистину, сам Адонай послал мне того мальчишку на улице, — гость едва нашелся что сказать. — Я человек архонта Марония. У него будет праздник, а наш пекарь, как назло, слег с болотной лихорадкой (2). Мы ищем того, кто сделает «чистый» хлеб. Во всей Субуре нет никого, кто понял бы, что мне нужно. Люди здесь подобны ослам. Они отказываются месить наше тесто отдельно.
— Ты пришел куда надо, уважаемый, — заявил Марк. — Здесь тебя понимают. Давай-ка обсудим пожелания почтеннейшего Марония.
Когда гость ушел, оставив заказ на полсолида, семья окружила Марка, разглядывая его во все глаза. Тит крестился, путая стороны. Он не понимал, что происходит. Мать даже не старалась ничего понять, а Лета и Фауста радовались, хлопая в ладоши. Уж они-то понимали, что значит печь дорогой белый хлеб. Это новые платья, ленты и бусы. А еще мужья из тех, кто не будет гнобить жену на черной работе. Если хорошее приданое скопят, то и в богатый дом можно попасть, где есть рабы и слуги.
— Господь благословил тебя острым разумом, сын, — произнес, наконец, Тит. — Восславим его милость.
— Неужто поживем как люди? — всплакнула Марцелла. — Девочек наших за хороших людей выдадим…
— Менора? — брезгливо поморщился Север и отвернулся.
Ничего личного, только бизнес, хотел было сказать Марк, но вовремя одумался. Тут с вопросами веры не шутят. Можно и пострадать.
1 В поздней империи иудаизм исповедовал каждый десятый житель Рима. Иудаизм считался «дозволенной религией», а потому иудеи, в отличие от христиан, не подвергались религиозным гонениям III и IV века. Количество иудеев сократилось позже, в результате репрессий, выселений и насильственного крещения.
2 Малярия была бичом Рима вплоть до Муссолини, который в 1930-х годах осушил Понтийские болота Кампании. В V веке после катастрофической убыли населения в Италии много земель оказалось заброшено и не возделывалось. Не чистили стоки, не дренировали низменности. В результате началось активное заболачивание, и малярия приняла характер осенней эпидемии. Люди, жившие у берегов Тибра, были особенно ей подвержены. Престижным считалось жилье именно на холмах, где и стояли дома знати.