Страница 54 из 123
Глава 8.
Глава 8 Ужин с конкурентами
Жанна посмотрела на Сесиль де Бриссак.
Потом на Адриена.
Потом на Клэр.
Ещё раз на Сесиль.
— Понятно, — сказала она.
Клэр насторожилась.
— Что именно?
— Ничего.
— Жанна.
— Я сказала — ничего.
И ушла на кухню с выражением женщины, которой было понятно абсолютно всё, включая то, чего ещё не понимали непосредственные участники событий.
Клэр посмотрела ей вслед.
— Почему мне кажется, что меня только что осудили?
Адриен снял перчатки.
— Возможно, у вас нечиста совесть.
— У меня?
— Я просто предполагаю.
Сесиль медленно расстёгивала дорожный плащ.
— Месье де Бомон, вы всегда так смелы в чужом доме?
— Только если хозяйка не может меня выгнать.
Клэр повернулась.
— Почему не могу?
Адриен посмотрел на неё.
На секунду в ярко-синих глазах мелькнуло сомнение.
— Потому что я гость?
— Слабый аргумент.
Сесиль тихо рассмеялась.
Адриен прижал ладонь к груди.
— Я оскорблён.
— Переживёте.
— Жестокая женщина.
— И всё равно остались.
Вот теперь он замолчал.
Совсем ненадолго.
Правая бровь приподнялась, над ней вместе с кожей едва сдвинулась маленькая родинка. Губы сложились в улыбку, но глаза ещё секунду оставались серьёзными.
Сесиль это увидела.
Клэр — тоже.
Интересно.
Очень.
— Мне обещали ужин, — сказал Адриен.
— Я ничего вам не обещала.
— Жанна обещала.
— Она вас усыновила?
— Судя по размеру порций — возможно.
— Тогда сочувствую.
Сесиль перевела взгляд с одного на другую.
Неспешно.
Улыбка сохранилась, но пальцы, лежавшие на меховой оторочке плаща, чуть сильнее сжали ткань.
Клэр заметила и это.
Хорошая мимика у человека — почти бухгалтерская книга.
Главное — уметь читать.
— Мадемуазель де Вильмон, — сказала Сесиль, — у вас всегда так весело?
— Нет. Иногда протекает крыша.
— А иногда? — спросил Адриен.
— Приезжаете вы.
Он улыбнулся.
Сесиль тоже.
Только по-разному.
Клэр вдруг поняла, что вечер действительно обещает быть длинным.
И очень полезным.
Сесиль разместили в комнате западного крыла.
Лучшей из тех, которые можно было показать гостям без предварительного извинения.
Это всё равно означало трещину возле окна, выцветшие обои, старый ореховый комод и кровать, у которой одна ножка была короче остальных.
Пьер исправил её деревянным клином.
Клэр проверила лично.
После того как в первый день сама едва не съехала с собственной кровати на пол, она стала подозрительно относиться к мебели.
Компаньонку Сесиль, мадам Вивьен Лорье, поселили рядом.
Вивьен оказалась сухонькой женщиной лет пятидесяти пяти с длинным лицом, узкими серыми глазами и способностью присутствовать так тихо, что Клэр дважды забывала о ней.
Опасный талант.
Клэр сразу запомнила.
Сесиль осмотрела комнату.
Провела пальцем по спинке кресла.
Пыли не было.
Люси победила.
— Скромно, — сказала Сесиль.
— Очень.
Она повернулась.
— Вы не обижаетесь?
— На стены?
— На мою оценку.
— Зачем? Вы правы.
Сесиль прищурилась.
— Большинство людей на вашем месте начали бы объяснять.
— Что?
— Почему дом в таком состоянии.
— Денег не было.
— И всё?
— А нужна красивая версия?
— Обычно есть.
Клэр задумалась.
— Хорошо. Мои предки были слишком благородны, чтобы заботиться о крыше.
Сесиль рассмеялась.
— Так лучше.
— Но денег всё равно не было.
— А теперь?
— Теперь есть немного.
— Благодаря купальням?
Клэр посмотрела на неё.
Вот.
Первый настоящий вопрос.
Не о массаже.
Не о мёде.
О деньгах.
— В том числе.
— Быстро.
— Что именно?
— Всё.
Сесиль подошла к окну.
Во дворе Жак вёл лошадь Адриена к конюшне.
На фоне серого вечернего неба молодой конюх казался особенно рыжим.
— Ещё месяц назад о Бельфонтене никто не говорил, — произнесла Сесиль. — Теперь говорят все.
— Люди любят новинки.
— Люди любят успех.
— Успеха пока нет.
Сесиль повернулась.
— Вы осторожны.
— Я бедна. Это почти одно и то же.
Улыбка.
— Мне говорили, вы были другой.
Клэр почувствовала внутри знакомый холод.
Не показала.
— Кто?
— Люди.
— У людей удивительно много свободного времени.
— При дворе особенно.
— Поэтому я там больше не живу.
Сесиль смотрела прямо.
— Вы не хотите вернуться?
— Нет.
Ответ вышел слишком быстрым.
Но правдивым.
Сесиль удивилась.
По-настоящему.
— Совсем?
— Совсем.
— Даже если сможете?
— Особенно если смогу.
— Почему?
Клэр посмотрела на трещину возле окна.
На бедную комнату.
На старый комод.
На двор, где Матьё помогал Жаку нести седло, хотя оно было почти с него размером.
Из кухни тянуло печёным луком и свежим хлебом.
Где-то внизу Маргарита выговаривала Пьеру за мокрые сапоги.
Дом шумел.
Жил.
— Здесь мне интереснее.
Сесиль некоторое время молчала.
— Вы странная женщина.
— Я это слышу всё чаще.
— Вас это радует?
— Очень. Раньше меня считали удобной.
Вот теперь Сесиль не улыбнулась.
Клэр увидела короткое понимание.
Не сочувствие.
Именно понимание.
Возможно, у мадам де Бриссак тоже был опыт, когда удобство женщины кому-то слишком нравилось.
Интересно.
Но спрашивать она не стала.
— Отдыхайте, — сказала Клэр. — Ужин скоро.
У двери Сесиль окликнула:
— Клэр.
Она обернулась.
Впервые без «мадемуазель».
— Да?
— Адриен часто бывает здесь?
Вот и пришли.
Клэр опёрлась плечом о косяк.
— Достаточно часто, чтобы Жанна начала кормить его без разрешения.
Сесиль улыбнулась.
— А Люсен?
— Тоже.
Пауза.
— Оба?
— Они братья.
— Я знаю.
— Тогда почему удивляетесь?
Сесиль покачала головой.
— Вы действительно опасная женщина.
— Почему все сегодня это говорят?