Отвернись!

5

Просыпаюсь от того, что меня кто-то настойчиво трясет за плечо. Еле разлепляю веки, и мир вокруг кажется чудовищно ярким. Где я? Потолок мой, люстра знакомая… Дома. В своей кровати.

Но кто это? Прямо надо мной – неприятное помятое мужское лицо с запахом дешевого табака и несвежего кофе. Вскакиваю так резко, что едва не бодаю его лбом. Паника волной ударяет в виски. Ощупываю себя: плед на месте, кожаное платье на мне. Все на мне, кроме ботильонов и косухи.

– Тихо, тихо. Вы меня слышите? – раздается голос со стороны.

Озираюсь. Еще один. Такой же помятый, в сером костюме, который явно видел лучшие времена.

– Вы помните, что вчера произошло?

Господи, а что я должна помнить? Кровь на асфальте? Черные перчатки? Хриплое «Отвернись»? Чисто на автомате, чтобы они отвязались, выдавливаю:

– Да, конечно.

Начинаю лихорадочно рыться в своей памяти, пытаясь выстроить события в ряд, поэтому почти не слушаю, что он лопочет своим монотонным официальным тоном. Он что-то показывает – кажется, удостоверение. Жестикулирует, объясняет, увещевает… Слова пролетают мимо, не задерживаясь.

Меня снова трогают за плечо, заставляя очухаться.

– Вы можете сейчас переодеться во что-то более скромное и поехать с нами?

– Куда? Зачем? – тупо переспрашиваю я.

– Говорю же, может, кофе ей сначала плеснуть? – ворчит первый. – Она, походу, обдолбанная чем-то.

– Да нет, просто стресс. Руки чистые, зрачки в норме. Девушка, еще раз. Сейчас вы поедете с нами. На опознание.

Опять я отключаюсь, не слыша половины его речи. Понятно одно: не бандиты. Полиция. Надо им помочь, как честный гражданин. Это ведь правильно, да?

«Одеться поскромнее?» Запросто. Это я умею лучше всего.

Они выходят в коридор, а я натягиваю свои привычные широкие серые брюки и безразмерную кофту. Завязываю волосы в тугой «крысиный» хвостик. Линзы переодевать некогда, да и, кажется, я к ним наконец привыкла – мир в них четкий, до боли резкий.

Быстро умываюсь, смывая остатки вчерашнего грима, и провожу тушью по ресницам пару раз, просто чтобы глаза открылись.

Все. Серая Майя вернулась. Теперь я готова помогать следствию.

Меня доводят до машины, помогают сесть, потом ведут куда-то внутрь огромного казенного здания. Лабиринты коридоров, запах хлорки и старой бумаги. Очень удобно – от меня ничего не требуется, меня просто перемещают в пространстве как неодушевленный предмет.

Заходим в кабинет. И тут меня прошибает холодный пот. Воздух в комнате внезапно становится густым и колючим. Мне что-то говорят, подводят к тяжелому стулу, сажают. Просят паспорт.

Через широкое, холодное стекло в стене я вижу только его. Теперь, при резком свете ламп, он кажется еще более внушительным.

Его нельзя назвать красавцем в привычном смысле – черты лица резкие. В его облике есть что-то пугающее, почти первобытное.

В нем нет ни капли мягкости, только стальные мышцы, обтянутые дорогой тканью, и невыносимая, хищная уверенность в каждом движении.

Те же глаза – холодные, всевидящие, просвечивающие насквозь, как рентген. И руки… теперь уже без кожаных перчаток. Крупные, с широкими ладонями и длинными пальцами, которые, я уверена, могут как сломать шею, так и…

Я сглатываю, обрывая собственную мысль. Он просто стоит там, за стеклом, и будто смотрит сквозь него прямо на меня.