Отвернись!

26 Демьян

Терпение никогда не было моей сильной чертой, но сегодня я превзошел сам себя. Сдерживаться рядом с Майей стало физически невозможно. Мне нужно было коснуться ее, хотя бы просто поцеловать, чтобы не сойти с ума от этого гудящего напряжения.

И она… она оказалась пугающе податливой. То ли характер такой, то ли тотальная неопытность, но она даже не попыталась меня оттолкнуть.

Плывет девчонка, это видно по глазам, по тому, как дрожит в руках. И при этом слушается так, что у меня внутри все переворачивается.

Видел я ее переписку с этим хмырем Максом, который бросил ее в клубе одну. Она ему себя на блюдечке преподнести хотела, и ни одного слова про любовь в тех сообщениях.

Просто решила, что «пора»? Переживала, что засиделась в девках, и ей было реально все равно с кем? Бедняга, она даже не понимала, на что подписывается. Нет, такая, как она, заслуживает лучшего первого раза, а не так.

Иду по коридору, а в голове щелкает счетчик. Проблем у нас по горло. На хвосте сидят все, кому не лень. В этом доме, который по документам на подставных лицах, пока безопасно, но сидеть нам тут неделю максимум. А может, и того меньше. Как пойдет.

Поэтому, как бы меня ни накрывало желанием, сейчас нужно вбить ей в голову правила выживания. Чтобы она уцелела, даже если нам придется разделиться.

Ловлю себя на мысли, что мне почему-то чертовски важно, чтобы она осталась живой.

Вхожу бесшумно. Дверь послушно поддается, и я замираю на пороге, глядя на то, что сотворил своими собственными руками.

Майя сидит на краю моей кровати. За окном разгорается яркий, бесстыдный день. Солнце заливает из окна, но в спальне всегда держу плотные шторы задернутыми, оставив лишь узкую полоску света, которая рассекает полумрак комнаты пополам.

Она только из душа – влажные волосы потемнели и тяжелыми прядями рассыпались по плечам. На ней только тот черный шелк, который она в пакетах нашла. На бледной коже выглядит более чем.

Она вздрагивает, оборачивается, и остатки моего самообладания летят в бездну. Но мне нужно ее полное внимание.

– Сядь ровно, – мой голос звучит как хруст гравия. – И слушай меня внимательно.

Я медленно подхожу, нависая над ней грозовой тучей. Она такая маленькая на этом огромном матрасе, такая беззащитная в этом шелке, что кулаки сжимаются сами собой.

– Правила простые, Майя. Спишь здесь. Из дома не выходишь ни на шаг. К окнам не приближаешься. Шторы в спальне всегда остаются задернуты. И самое главное – выполняешь все мои команды. Молча. Без вопросов. Без секундных сомнений. Если я скажу «ложись» – ты ложишься. Если скажу «молчи» – ты не дышишь. Поняла?

Смотрю на ее губы, все еще припухшие после кухни, и вижу, как она сглатывает.

– Поняла… – шепчет она, глядя на меня снизу вверх. – Демьян… а какое будет стоп-слово?