Страница 21 из 2745
— Без проблем, — заявил я. — Отправляю.
— Форму 057-У не забудь, — Агишева повесила трубку.
К счастью, нужная форма у меня была с собой. Взял на вызов папку, в которой нашлись разные бланки. Думал, разберусь по ходу дела. Вот, выяснил, что на госпитализацию пригодится один из этих бланков.
— Милок, ну что там? — из кухни вышла Галина Петровна.
— Собирайтесь, сейчас форму заполню, и отвезём вас в больницу, — ответил я.
Скорая помощь везти отказалась. А как ещё женщине, которая еле ходит, добраться до стационара? Придётся на нашей машине.
Заполнив форму, я помог Галине Петровне с вещами, и мы вышли к Косте. Дорога вниз далась тяжело нам обоим, так что останавливались отдышаться на каждом лестничном пролёте.
Так что к Косте мы спустились ещё минут через десять.
— Это что за делегация? — раздражённо спросил водитель.
— Надо пациентку в стационар отвезти, а потом дальше по адресам ехать, — заявил я.
— Сань, но я так-то не такси, — заявил Костя. — Пусть сама добирается. У нас и время ограничено, некогда нам круги наворачивать.
Как же надоела эта система!
— Мы отвезём её, это не вопрос, — заявил я. — Галина Петровна, садитесь в машину.
Водитель раздражённо хмыкнул, но больше ничего не сказал. Довёз нас до стационара, где я проводил женщину в приёмное отделение.
— Покажете направление, они определят вас в терапию, — объяснил я. — Сегодня я к вам подойду.
Ведь мне поручили сделать назначения. Смирнова кивнула и пошаркала в стационар. А я вернулся в машину.
— Сейчас Шарфиков начнёт звонить и возмущаться, почему машина занята так долго, — со злорадством сказал Костя. — Сам ему и объяснишь, что решил в благородство поиграть.
Я ничего не ответил, лишь рукой махнул. Впереди было ещё пять вызовов, и надо беречь силы.
На вызовы у меня ушло почти три часа. Была пара случаев обычной простуды, в которых попросили сделать больничные листы. Остальные же — пенсионеры, все с огромным багажом хронических болячек. На каждого такого пациента уходило довольно много времени, потому что совесть не позволяла мне просто махнуть рукой и уйти.
К счастью, в госпитализации больше никто не нуждался. А то второго подобного заплыва сегодня я бы не выдержал.
Закончив, сел в машину, и всё ещё обижающийся на меня Костя отвёз меня к поликлинике. Там стоял Шарфиков, переминаясь с ноги на ногу.
— Какого чёрта так долго⁈ — накинулся он на меня, когда я даже из машины вылезти не успел. — Я как идиот сидел, ждал несколько часов, чтобы на свои вызовы поехать!
— Сложные случаи, — спокойно ответил я. — Всё-таки участок новый, нужно время, чтобы со всеми разобраться.
Шарфиков хотел что-то ещё сказать, но тут нас окликнул ещё один голос.
К нам спешил мужчина лет тридцати пяти, высокий, с чёрными волосами и белоснежной улыбкой. Одет он был в хирургический костюм, поверх которого накинута куртка.
— Стасян, Санёк, здорова, — он по очереди пожал нам руки. — Ну что, когда поездка счастья планируется?
Это кто вообще?
— Не знаю, Тох, никогда, наверное, — буркнул Шарфиков. — У нас Саня головой, видимо, ударился. За работу взялся, дружбу не ценит.
— Саня, ты в порядке? — почему-то нараспев спросил «Тоха». Это Антон, думаю. — Мы ж хотели в сауне оттянуться в Саратове. Вызвать девочек… За деньги-то тебе точно дадут. А то шишка поди дымится уже.
Твою ж мать, Саня, как ты вообще дружил с этими людьми? С ними вообще поговорить можно о чём-то другом⁈
— Мне такое не интересно, — отрезал я. — Тем более мне новый участок дали, работы теперь много. Так что поезжайте без меня.
— Так ты ж нам оплатить обещал, — напомнил Антон. — И сливаешься?
Похоже, с Саней в принципе общались только из-за этого. Но ладно бы ещё у него правда финансовое положение позволяло платить за других! Однако Агапов зарабатывал не так много, чтобы оплачивать развлечения для других.
— Значит, сами оплатите, — пожал я плечами. — Раз я не поеду — то и смысл мне за вас платить?
— За базар не отвечаешь, — подытожил Антон. — Всё с тобой ясно.
Больше не хочется вообще присутствовать в этом разговоре.
— Думай как хочешь, — я махнул рукой и пошёл в сторону стационара.
Шарфиков и Антон остались разговаривать, явно обсуждая странные перемены с Саней. Всё, больше на мне ездить не получится, парни. Поездки счастья теперь совершайте самостоятельно.
Я пошёл в стационар, ведь мне надо было оформить назначения для Смирновой.
Здание больницы находилось рядом с поликлиникой. Оно мне было уже знакомо, именно здесь я и начал свой путь в этом новом мире. Кстати, как раз в терапии и лежал, только Агишеву эту не видел. Моим лечащим врачом был мужчина, что в реанимации, что в отделении.
Приёмное отделение тоже нашёл быстро, по большой табличке на двери. Толкнул её и вошёл внутрь.
Это была небольшая комнатка. Кушетка, стол и стул, телефон и шкафчик с лекарствами. За столом сидела полная женщина лет сорока. На её бейдже было написано «Козлова Е. П. Медсестра приёмного отделения».
— Здравствуйте, — поздоровался я с ней. — Смирнову уже определили в отделение?
— Агапов, — знакомый голос, это с ней я говорил по телефону. — Да, положили мы твою бабуську драгоценную, ёк-мокарёк. Татьяна Геннадьевна там дождаться тебя не может, ты ж пообещал сам этой бабке все назначения сделать.
— Так и будет, — спокойно сказал я. — Спасибо за ответ.
Она странно на меня посмотрела, но я не обратил никакого внимания. Поднялся на знакомый этаж, где располагалось терапевтическое отделение. И прошёл в ординаторскую.
Там за одним из компьютеров сидела худая женщина лет пятидесяти, с острым длинным носом. На этом носу красовались очки в толстой чёрной оправе.
— Агапов, всё-таки пришёл! — она даже удивилась. — А я подумала, просто так сказанул про назначения. Ну что ж, идём к твоей пациентке. Начнёшь ведь с повторного осмотра и заполнения истории болезни, да?
— Сначала сниму куртку и вымою руки, — поправил её я. — И потом к пациентке.
Она хмыкнула, но ничего не сказала. Подождала, пока я приведу себя в надлежащий вид, и мы отправились в палату к Смирновой.
О, вот и моя палата по пути встретилась. Вспомнил Петровича, моего соседа, который помог разобраться с телефоном. Интересно, его уже выписали из хирургии?
— Начинайте, — с плохо скрываемым ядом в голосе заявила Агишева, когда мы вошли в нужную палату.