Страница 20 из 72
— Ой, не могу! «Водяной расплескается»! Бабка, ты жжешь!
Дюймовочка, которая всё это время сохраняла невозмутимость, лишь тяжело вздохнула и выразительно посмотрела на свои крошечные золотые часики.
— Девочки уймитесь! Пора выдвигаться. Лимузин уже пять минут как у подъезда, водитель нервничает, пони бьют копытами по асфальту.
Царевна, всё еще пунцовая, схватила чемодан и решительно направилась к двери. Но уже на пороге она вдруг резко затормозила, едва не сбив Дюймовочку.
— Стойте! Стойте! — закричала Кваковская. — Я забыла самое главное! Мой защитный SPF-крем 50+! Там же солнце, я превращусь в печеную картошку за один день!
Ягишна, недолго думая, дала Царевне увесистый, но дружеский подзатыльник, выталкивая её в коридор.
— Да иди ты уже, горе луковое! Какая тебе защита нужна? У тебя защита — сам Водяной! Он тебя своей слизью так прикроет — никакой ультрафиолет не пробьет! Будешь ходить блестящая и влажная, как свежевыловленный лещ!
Под общий хохот и ворчание Кваковской компания вывалилась из лофта. Девушки, подхватив сумки, гурьбой направились к лимузину, чтобы торжественно проводить свою «железную леди» в аэропорт, навстречу приключениям на острове Буян.
Когда Кваковская, постукивая каблуками, вошла в VIP-зал ожидания аэропорта «Сказочный-Терминал А», она ожидала увидеть тишину, мягкие кресла и, возможно, бокал прохладного сока. Вместо этого она наткнулась на глухую пробку из чемоданов, охраны и чего-то ослепительно сверкающего.
В самом центре зала, перегораживая проход к стойке регистрации, стояла цельнолитая золотая карета, украшенная огромными рубинами. Рядом с ней Салтан, в спортивном костюме с золотыми лампасами, яростно размахивал посадочным талоном перед лицом бледного сотрудника аэропорта.
— Послушай, милейший! — гремел Салтан на весь зал. — Какое еще «превышение габаритов»?! Это не багаж, это средство передвижения первой необходимости! Я на острове Буян пешком ходить не намерен! Пиши: «Личная кладь царя». И аккуратнее с колесами, они из чистого червонного золота, поцарапаете — всё ваше министерство транспорта в силоз превращу!
Шамахи в это время сидела на горе из восемнадцати чемоданов из крокодиловой кожи, обмахиваясь веером из перьев экзотической птицы.
— Салтан, душа моя, скажи им, что если эту карету не пустят, я никуда не полечу! — капризно тянула она. — Я не собираюсь трястись в этом вашем «Боинге» на обычных креслах, даже если это бизнес-класс. В карете у меня ортопедические подушки из пуха полярных сов!
Царевна почувствовала, как левый глаз снова начал предательски дергаться. Она решительно подошла к эпицентру скандала.
— Ваше Величество! — пробубнил сотрудником. — Мы это уже обсуждали. Пункт 4.2 контракта: «Лимит багажа — 23 килограмма на человека». Ваша карета весит три тонны! Она не пролезет в багажный люк, даже если мы смажем её маслом из молодильных каш!
Салтан обернулся, его лицо выражало крайнюю степень возмущения, когда он увидел смеющуюся Кваковскую.
— Вы посмотрите на этих бюрократов! Они требуют, чтобы я сдал корону в рентген-аппарат! А карету предлагают отправить грузовым баркасом через месяц! Как я, по-твоему, должен эффектно появиться на острове? На дельфине верхом, как этот твой мокрый кавалер?
— Салтан, — Царевна слегка, ехидно улыбнулась. — либо ты оставляешь карету на платной парковке, либо продюсер ваше участие аннулирует прямо сейчас, нужно было лучше читать условия мелким шрифтом, чтобы не было вот таких вот ситуаций. И тогда Водяной будет строить любовь с Шамахи... или с кем он там захочет, без твоего присмотра.
При упоминании Водяного Салтан мгновенно сдулся. Он бросил испепеляющий взгляд на сотрудника аэропорта и буркнул:
— Ладно! Но если с неё хоть один рубин пропадет — пеняйте на себя, — озлобленно выдал Салтан, работнику аэропорта. — Юлий! Где этот копытный менеджер? Пусть организует эвакуатор для кареты!
Шамахи театрально вздохнула и поправила темные очки.
— Это не шоу, это какая-то пытка для высшего общества. Надеюсь, на острове хотя бы есть Wi-Fi? Мне нужно выкладывать сторис, как я страдаю в этих диких условиях.
В этот момент по громкой связи объявили:
«Вниманию пассажиров рейса Сказочный Сити — Остров Буян. Начинается посадка. Просьба участникам реалити-шоу пройти к гейту №33. И пожалуйста, заберите коня, который пытается пронести в самолет ящик шампанского под видом "лекарства от икоты"!»
Сотрудник аэропорта уже был готов нажать «тревожную кнопку», чтобы вызвать наряд богатырей-омоновцев, как вдруг автоматические двери разъехались в стороны. В зал вошёл Водян.
На нем был старенький, но облегающий костюм из переливчатой чешуи, подчеркивающий мощный разворот плеч, а влажные волосы были небрежно зачесаны назад. От него пахло свежестью после грозы, кувшинками и чем-то необъяснимо притягательным.
У Царевны перехватило дыхание. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в районе горла.
«О божья лягушка... — пронеслось у неё в голове. — Почему он такой... увлажненный? Почему эти глаза цвета омута смотрят прямо в душу? Кваковская, соберись! Ты — железная леди, ты — акула бизнеса! Ты не можешь влюбиться в парня, у которого в родословной караси!»
Но предательское тепло уже разливалось по телу. Она вспомнила Салтана — как много лет назад он бросил её, променяв их чувства на политический союз и золотые горы. Обида, запрятанная глубоко внутри, вспыхнула с новой силой.
«Ну уж нет, — подумала Царевна, выпрямляя спину. — Я не признаюсь в этом даже под пытками. Но я использую этого Водяна, чтобы стереть самодовольную ухмылку с лица Салтана. Он еще пожалеет, что когда-то ушел от меня. Пусть видит, что на меня тоже мужики могут смотреть и слюни пускать!»
— Что за шум, а драки нет? — вальяжно протянул Водяной, поправляя солнцезащитные очки. — Салтан, «дружище», ты всё еще пытаешься впихнуть свою золотую жестянку в самолет?
Он галантно поклонился Кваковской, отчего с его не дорогой пиджака на туфли Салтана упала жирная улитка (видимо это было сделано специально).
— Опять ты! — взревел Салтан, брезгливо отряхивая ногу. — Вы посмотрите! Он нарушает все санитарные нормы! Он же мокрый! Он нам весь салон первого класса заплеснет!
— Хватит! — отрезала Царевна, стараясь не смотреть Водяному в глаза, чтобы окончательно не растаять. — Кто-нибудь знает, кто еще из участников будет на острове? С кем мы ещё будем иметь дело?