Страница 48 из 66
Глава 22. Первый шаг к свободе
Рассвет окрашивает небо в нежные оттенки розового и золотого, но площадь перед дворцом уже кишит людьми. Стража в блестящих доспехах выстроилась по периметру, тяжёлые копья блестят в первых лучах солнца. В центре — помост, к которому силой ведут группу целителей: седовласую женщину, юношу с дрожащими руками и ещё нескольких, чьи лица искажены страхом.
Мы с Арианом прячемся в тени арки старого собора, Матильда сидит на карнизе над нами — её глаза внимательно следят за каждым движением стражи.
— Всё готово? — шепчу я, сжимая рукоять кинжала.
— Да, — Ариан кивает. — Веста и её люди уже заняли позиции. Матильда, ты на связи?
— На связи, — раздаётся едва слышный голос кошки сверху. — Стража у ворот ослаблена — половина ушла на помост. Проход свободен.
Император появляется под гром труб. Он восседает на высокий трон, установленный специально для этого «представления». Его голос, усиленный магией, разносится над площадью:
— Эти люди осмелились противиться моей воле! Они укрывали беглых ведьм, передавали запретные знания…
— Пора, — шепчу я.
Ариан подаёт знак. В толпе раздаются первые возгласы:
— За что их судят?!
— Они лечили больных!
— Без них в квартале дети умирали!
Это люди Весты — они бросают семена сомнения в толпу. Народ начинает волноваться.
В этот момент Матильда, которая уже пробралась поближе к процессии, спрыгивает с карниза прямо на шлем ближайшего стражника. Тот от неожиданности отпускает плечо целительницы. Кошка ловко перепрыгивает на следующего, царапает по руке с мечом — и вот уже двое стражников заняты борьбой с непонятным существом.
— Теперь! — кричу я и бросаюсь вперёд.
Ариан следует за мной. Мы пробиваемся сквозь растерявшуюся стражу. Я использую магию, но не для атаки, а чтобы создать завесу тумана, которая на мгновение скрывает нас от глаз толпы и стражи.
Ариан же действует иначе: его главная сила не в огне, а в авторитете — он говорит властно, как наследник престола:
— Опустите оружие! Эти люди невиновны!
Стражники мечутся — они привыкли подчиняться приказам, а тут перед ними сам принц. Колебание длится всего мгновение, но этого достаточно.
Веста и её союзники уже рядом. Они подхватывают целителей и уводят их к узкому переулку, где ждут запряжённые горные жеребцы. Мы быстро следуем за ними.
— Быстрее! — торопит Веста. — В тоннеле за старой пекарней вас ждут наши люди. Они проведут вас в безопасное место.
Седовласая целительница оборачивается ко мне:
— Твоё лицо мне знакомо…
Я в ответ улыбаюсь и аккуратно подталкиваю их вперёд — сейчас совсем нельзя мешкать.
— Всё возможно, — отвечаю я, уклончиво. — Идите. И будьте живы.
Они скрываются в переулке. Толпа, которая сначала растерянно наблюдала, теперь начинает аплодировать. Кто‑то кричит:
— Да здравствует справедливость!
— Долой тирана!
Император вскакивает с трона, лицо багровеет от ярости:
— Взять их! Всех взять!
Но мы уже отступаем. Ариан берёт меня за руку:
— Пора уходить.
Матильда прыгает мне на плечо:
— Ну что, неплохо для утренней разминки, а? Мы успели всё сделать на подходе, а они ждали нас на помосте.
— Слухами земля полнится, — с улыбкой отвечает Ариан.
И мы ныряем в лабиринт узких улочек. За спиной остаются крики, топот ног, гневные возгласы императора. Но впереди — узкий проход, тайный ход, который ведёт обратно к заброшенной башне.
Когда мы оказываемся в безопасности, Ариан оборачивается ко мне. Его глаза сияют гордостью и облегчением:
— Мы сделали это, Моника. Мы действительно это сделали.
— Мы спасли их, — я улыбаюсь, чувствуя, как напряжение отступает перед радостью победы. — И показали людям, что можно бороться.
— Это только начало, — серьёзно говорит он. — Но хорошее начало.
Матильда потягивается:
— А теперь, может, всё‑таки позавтракаем? Спасение мира — дело голодное!
Мы смеёмся, и смех звучит звонко и свободно.
Солнце поднимается всё выше, заливая город светом. И где‑то там, в подземельях дворца, император беснуется, но на улицах уже шелестят первые листовки с правдой.
Мы сделали первый шаг. И теперь пути назад нет.
К вечеру, когда шумиха улеглась, мы собираемся в старом доме у реки — здесь, вдали от центральных улиц, нас пока не ищут. В просторной комнате с низким потолком пахнет свежим хлебом, травами и дымом очага.
На длинном деревянном столе — скромное угощение: сыр, лепёшки, мёд в глиняной миске, кувшин ягодного морса. Люди улыбаются, обнимаются, поздравляют друг друга. Кто‑то даже затягивает тихую песню.
Матильда важно восседает на стуле, перед ней целая гора угощений.
— Ну что, — провозглашает она, откусывая кусочек сыра, — официально заявляю: операция «Спасение целителей» прошла блестяще! Целители спасены и уже в безопасности, толпа на нашей стороне, император в ярости. Что может быть лучше?
Раздаются одобрительные возгласы, кто‑то хлопает в ладоши. Веста улыбается, кивает, но взгляд у неё остаётся настороженным.
Я оглядываю собравшихся: здесь и ремесленники, и торговцы, и бывшие слуги замка, и даже пара младших стражников, перешедших на нашу сторону. Их глаза светятся надеждой — впервые за долгое время они почувствовали, что могут что‑то изменить.
Ариан стоит у окна, смотрит на закат. Его силуэт чётко вырисовывается на фоне алого неба. Он поворачивается к нам, и в комнате постепенно стихает шум.
— Друзья, — его голос звучит спокойно, но твёрдо. — Сегодня мы одержали победу. Мы показали людям, что сопротивление возможно. Но теперь мы больше не тень. Мы — цель.
В комнате становится тихо. Улыбки гаснут, взгляды становятся серьёзнее.
— Император не простит нам этого, — продолжает Ариан. — Уверен, что он уже отдал приказ найти и обезвредить тех, кто осмелился бросить ему вызов. И он не остановится ни перед чем.
— Что же нам делать? — спрашивает девушка, та самая, что первой поверила в Ариана. — Отступить? Спрятаться?
— Нет, — он качает головой. — Спрятаться не получится. Теперь мы должны действовать быстрее, чем он. Наносить удары там, где он их не ждёт. Освобождать тех, кого он держит в тюрьмах. Рассказывать правду тем, кто ещё верит его лжи.
Веста встаёт рядом с ним: