Страница 5 из 83
В воздухе перед моим лицом материализовался небольшой предмет. Я поймал его. На ладони лежала потемневшая бляха размером с монету в пять рублей. На аверсе действительно изображался жук-олень с широко разведёнными рогами. Тяжёленькая, несмотря на размер. Приятная на ощупь.
— Медаль! — объявил Архимед, подлетев ближе. — За мух! Шефу — медаль! Муха-цокотуха! Позолоченное брюхо!
— За жуков, — я повертел значок. — Но спасибо за поздравления.
— Жук! — Архимед нахохлился. — Жу-у-у-ук! Фу!
Я убрал подарок в Инвентарь. В будущем может пригодиться. Вряд ли это последнее членистоногое в моей жизни.
Посмотрел на огромного убийцу, крошечную целительницу, сверкающую колибри и наглого попугая… и почувствовал, как в груди разливается странное тепло. В прошлой жизни я руководил стаей служебных собак и знал: когда разные по природе существа находят общий язык, это создаёт связь крепче любого приказа.
— Ну что, банда, — я потянулся, хрустнув шеей. — Хватит полевой энтомологии. Пора возвращаться в магазин. У нас там холодильник новый, а я, кажется, его немного сломал.
Маруся отправилась в Питомник первой. Тихая вспышка, и обезьянка исчезла.
— Пошли, зелёный, там не страшно.
Положил руку на жёсткие хитиновые надкрылья. Послал ему ментальный импульс «покой, сон, безопасность», и богомол безропотно растворился в белом свечении. Затем я свистнул Блёстке, колибри прервала охоту, зависла передо мной и тоже исчезла в Питомнике.
Архимед уселся мне на плечо и нахохлился.
— Домой! — скомандовал он.
Я собрал стробоскопы, трос и остатки игрушечного грузовика. Решил убрать в кузов «Форда», но едва открыв, понял, что они снова поедут со мной в салоне. Внутри наступила зимняя сказка. Ледяной кристалл выморозил всё, с потолка свисали сосульки, всюду образовалась наледь. Похоже, без рунического контура он выбрасывает энергию хаотично, не дозирует. Фонарик вмёрз, сам кристалл тоже. Пришлось коснуться и отправить в Инвентарь.
Сел за руль, щёлкнул ремнём и повернул ключ зажигания. Двигатель мягко заурчал. За спиной остался тихий пустырь, как будто ничего здесь не произошло.
Вернувшись в магазин, я невольно выдохнул. Знаете, есть такое специфическое чувство после серьёзного оперативного выезда: когда адреналин ещё бурлит в крови, но тело уже требует горячего чая и тишины. Только вместо протоколов допросов у меня теперь инвентаризационный список кормов и стая существ, которые по уровню хаотичности могли бы посоревноваться с детишками на каникулах.
В магазине стоял тот самый уютный полумрак, который мне нравится. Жалюзи закрыты, пахнет старым деревом, кормами и сушёной мятой… ну, ещё и «Сосенкой», куда ж без неё? Скинул куртку, а вместе с ней и попугая, прошёл к прилавку и начал выпускать…
Коша потянулся всем телом. Кожистые крылья раскрылись, поочерёдно напряглись и сложились. Затем котёнок деловито обошёл свои владения, обнюхивая каждый угол. Убедился, что за время его отсутствия никто не покусился на территорию, и запрыгнул на прилавок.
Архимед и облетел помещение, сканируя всё своим магическим зрением. Слетал в процедурную и в подсобку. Вернулся с докладом:
— Всё чисто, шеф! Враг не пройдёт! Птичка бдит!
— Птичка молодец, — отозвался я. — Птичка заслужила сушёное яблоко.
Достал дольку и вручил попугаю. Тот схватил её лапой, прижал к столешнице и начал жадно откусывать.
Я материализовал Лиса. Огромные уши фенека развернулись, чёрный нос мокро дёрнулся. Знак на лбу блеснул и погас. Всё спокойно. Кинул ему лакомство для собак из сыромятной кожи. Зверёк ловко поймал и потрусил к выделенному лежаку. Свернулся там и принялся сладко мусолить.
— Мяу! — требовательно сказал Коша и потёрся лобешником о мою ногу.
— Сейчас, рыжий, не обделю.
Налил высокую миску молока. Мантикор сразу же начал самозабвенно работать розовым язычком. Я тем временем призвал остальных.
Маруся не проявила интереса к еде — впервые с момента перехода в мои руки. Уселась на край стеллажа и принялась перебирать шерсть на запястье. Блёстка, как всегда, барражировала воздушное пространство. Она то и дело зависала под потолком, сканируя помещение.
Черныш мягко приземлился у моих ног, мяукнул и потребовал свой паёк. Пришлось разводить сухое молоко и кормить из пипетки. Но ничего, скоро научится есть самостоятельно.
Архимед воцарился на своём любимом месте — на кассовом аппарате, и с видом надсмотрщика окинул подчинённых.
— Все на месте! — объявил он. — Дома! Стая!
Пых материализовался последним. Камчатский огнехомяк принялся усердно загружать в себя элитные корма для грызунов.
Я включил телевизор — плоскую панель в углу под потолком. Экран мигнул, и студия новостного канала «Первый Магический» заполнила зал строгим, официальным тоном. За столом ведущего сидел уже знакомый мужчина с седыми волосами и в безупречном костюме.
— … Президент Анатолий Сергеевич Громов прибыл сегодня с рабочим визитом в Балашиху. Глава государства совершил перелёт на своём личном питомце, трёхголовом золотом драконе Златогоре…
По экрану побежала строка: «Златогор приземлился в Горенском лесопарке… Школьники Балашихи встречают президента…»
Камера переключилась на кадры с места: широкая поляна в лесопарке, оцепление, масса народа. И дракон. Золотая чешуя сияла в лучах солнца. Три головы опущены к земле. Вокруг них толпились школьники в форме — радостные, визжащие от восторга. Один мальчишка обхватил морду левой головы обеими руками. По сути, распластался на верхней челюсти монстра. Дракон терпел с достоинством императора.
— … встреча со школьниками проходит в рамках образовательного проекта «Живая Магия»…
Я убавил громкость и переключился на дела. Начал разбирать накладные, краем глаза наблюдая за мирной идиллией. Коша поел и улёгся на краю прилавка, свесив хвост, начал вылизываться. Лис дремал вполглаза, продолжая грызть. Маруся сосредоточенно ковыряла полиэтиленовый пакет, пытаясь добраться до мандарина внутри.
У батареи, на своём любимом ворсистом коврике, успел заснуть объевшийся Пых. Огнехомяк в состоянии сна напоминал очень качественный, чрезмерно пушистый рыжий помпон. Он сопел, прижав лапки к животу, и выглядел настолько безобидно, что любой нормальный человек захотел бы его потискать. Но это если не знать, что внутри этого помпона живёт упрямство размером с Эверест и встроенный поджигатель.
И тут в игру вступил Черныш.