Страница 28 из 78
Родители развелись, когда мне было восемнадцать.
Вернувшись однажды с учёбы, я обнаружил мать с каким-то ублюдком, и что-то внутри сгорело.
Глупо.
Но иногда детские представления умирают не постепенно, а в один момент.
Психолог грамотно завернул, сложил всю вину на детство.
Долго объяснял, что после того инцидента у меня появились проблемы с доверием, цинизм пришёл с улиц, лидерство — из секций по единоборствам, а эго и стремление всё контролировать вырастила семья.
Для него всё было открытой книгой.
Для меня тоже.
Я видел желтоватые склеры глаз, чувствовал запах дорогого алкоголя и отмечал одутловатость на лице. Хороший костюм, спокойная интонация и дипломы на стене не могли скрыть человека, который сам каждую ночь заливал собственные проблемы спиртным.
Пьяница. Что он может знать об этой жизни?
Лекарь душ, мать его…
Больше к психологу я не приходил.
Мы пришли к взаимовыгодному решению: моё отсутствие компенсировал хороший двадцатиоднолетний Chivas и пара девушек, ровесниц прекрасного шотландского напитка. Я же получил в ответ хорошую характеристику.
Все довольны.
И кто ещё из нас психолог?
Последний разговор с ним я, впрочем, запомнил.
— Однажды вы встретите верных людей, друзей, любовь, вы вспомните наши сеансы.
— Любовь — штука дорогая, — ответил тогда я. — Мне она не по карману.
В тот момент фраза казалась остроумной.
От мыслей меня отвлекло то, что Карла потянула меня за собой. Мы вышли в зал и пошли к столам с выпивкой.