Страница 14 из 61
— Два года почти, — фыркнула птица. — Чего там ломать-то?
— Ты видел, Жорик? — продолжил, будто не слыша, Двайр. — Какие у них ручки…какие ножки. Пальчики такие пухлые. А Миша еще и в меня — крепенький. Отец показывал старые записи — я был точно таким же. А Леша любознательный, совсем как я. Ты видел его комнату?
— Конечно, видел. Ты, вот что, — осторожно начал фильдибурс. — Завтра с мальцом сходи на это собрание и разведай обстановку. Может, оно и не так все плохо окажется.
— Я тоже думал об этом, друг. Но я пока еще не на той стадии. С Ритой бы поговорить, чтоб дети не слышали. Спросить, как им все это время жилось. Может, им деньги нужны.
— Деньги нужны совершенно точно. Только предлагай аккуратно, чтоб не завернули. Она у тебя с тремя детьми справляться научилась — еще один большой ребенок сейчас точно ни к чему.
— Понимаю, Жорик. Но башка кругом совсем.
— Давай так. Я сегодня сторожу корабль — ты попозже отправишься к Рите. Поговоришь об этих десяти годах. Сделаешь выводы. Ты мне скажи — мы здесь остаемся или просто проездом?
— Я от них теперь никуда.
— Отлично. Если что — с собой на Форгетон заберем, деда порадовать. Хоть ненадолго. А то совсем он у тебя заскучал.
— Хорошая идея, Жорик. Попробую попозже Риту уговорить.
— И подумай над тем, как им жизнь облегчить. Я пока в инфополе нырну — надо узнать, что за новый год и что тут вообще творится. Хотя, судя по тому, что есть вокруг, у них тут вполне мило. Может, с проблемами разберемся гораздо быстрее. Бабушка у них же куда-то уехала. Рите одной тяжело. Может, наймем телохранителя?
Жорик пытливо смотрел на него, сидя на ограде, за которой начинался спуск к берегу. Двайр опирался на нее локтями и задумчиво смотрел вдаль, на другой берег, где сияли огни невысоких и одиноко стоящих домов. У Риты был не такой — больше, крупнее, в несколько этажей. Как у них на Форгетоне, в его городской части — со скидкой на уровень развития. Здесь, похоже, любили частную территорию.
С неба начали падать крупные хлопья снега. Он словно очутился в далеком детстве, когда с отцом бегал на синтетический каток. У них мало когда выпадало сразу столько снега — только если зима случалась длинная. Детей радовали, как могли. У него получилось неплохое детство. Он хотел бы, чтобы и у его малышни было также.
С Лешкой, правда, совсем плохо получилось. Знай он, что родился сын, назвал бы Лексумом — форгетонским аналогом. А теперь нужно было хорошо постараться, чтобы закрепиться в его жизни.
Был ли для Двайра какой-нибудь другой вариант? Ни единого. Эта женщина не зря понравилась ему при первой встрече. Ничего не изменилось спустя двенадцать лет. То, что она подняла троих его детей, ударило обухом по голове и до сих пор не позволяло нормально дышать. Рита почти не изменилась — только взгляд стал увереннее, взрослее. И старый вопрос, которого он так боялся, снова маячил в его голове: зачем он ей теперь нужен?
Она всего добилась сама. Все сумела преодолеть, показав несгибаемый характер и волю. И тут на ее голову свалился…кто? Вот уж правду Кира сказала — космический крокодил. Такой же скользкий и зубастый.
Ну что ж, и у этого крокодила пока не закончились космические идеи. Двайр Путешественник непременно все исправит. Пусть не сразу и не со всем, но он своего добьется.
— Идею с инфополем поддерживаю. Мы с тобой, конечно, более развитые, но на Земле полно своих нюансов. У меня ощущение, что «новый год» для Риты и детей — не просто слова. По крайней мере, для Лешки — точно. Разузнай, что это такое. И поговорим, когда я вернусь от Риты.
— И пожелай мне удачи, — ворчливо добавил Жорик.
— Что? — нахмурился Двайр, переводя на него взгляд.
— Ты забыл сказать — «пожелай мне удачи», — пояснил фильдибурс.
— Это точно, — согласился Двайр. — Пожелай. Она мне не помешает.