Страница 65 из 176
Мама наиграно вытерла лоб полотенцем и помахала на себя рукой.
— Подожди, дай передохнуть. Я с утра от плиты не отходила, пока тебе готовила. Ты не представляешь, как это выматывает.
— Вообще-то представляю, — заметила я. — Я же кулинарное училище заканчивала.
— А что толку то? — развела руками мама. — По специальности не работаешь. Носишься со своим фотоаппаратом, фигню всякую снимаешь.
Началось…
— Я тоже тебя рада видеть, мам, — буркнула я, доедая котлету.
Мама потянулась за моей тарелкой, но я помотала головой, мол, сама помою.
— Ты лучше чай поставь, — вслух сказала я. — Жутко пить хочется после твоих харчей.
Пока кипел чайник, а я мыла посуду, мама расспрашивала меня о моей жизни. Пришлось детально рассказать ей о том, как поживают и чем занимаются Машка, Кристя и Максим. Мою родительницу интересовала каждая мелочь, особенно, когда разговор зашел о Максе.
— Если честно, я была уверена, что вы рано или поздно сойдетесь с ним, — вдруг сказала мама и тихонько вздохнула.
— С чего вдруг? — удивилась я, убирая чистые тарелки в шкаф.
— Мне казалось, ты ему нравилась. Помню, когда ты надела то темно-синее платье на новогоднюю дискотеку в восьмом классе, Максим так на тебя смотрел, словно увидел ангела, сошедшего с небес.
— Ну ты и скажешь! — усмехнулась я. — Я была ему как младшая сестренка. Сама подумай, как может нескладная четырнадцатилетняя девочка заинтересовать красавца-выпускника?
Мама пожала плечами, недовольно поджала тонкие губы и стряхнула невидимые крошки с фартука. Я прекрасно знала это выражение лица, которое означало, что даже если у мамы не будет доказательств, она все равно будет считать, что права.
Прекрасно. Пусть думает, что хочет. Я устала после дороги, и спорить мне совершенно не хотелось.
Домыв посуду, я налила нам обеим чай и села за стол, напротив мамы. Ковыряясь ложкой в грушевом варенье, я тихо спросила:
— Алиса давно звонила?
— На Новый год. Поздравила и передала тебе привет. Сказала, что нашла себе мужчину. Возможно, они скоро поженятся.
— Ну, это мы уже проходили, — буркнула я и отправила в рот сразу три грушины.
— А что ты? Все еще встречаешься с тем парнем? — вдруг спросила мама.
Грушины тут же встали поперек горла, и я сдавленно закашлялась. Сделала пару глотков горячего чая, успокоилась и коротко ответила:
— Нет.
— Почему? Что случилось? — продолжала интересоваться мама.
— Не срослось.
— Жаль. Я думала, на этот раз у тебя все серьезно…
— Слишком много ты думаешь, мам!
Мои слова прозвучали резко. Слишком резко. Жаль, что поняла я это только, когда они уже слетели с моих губ.
— Прости, — тут же извинилась я, видя, как на лице матери расцветает плохо скрываемая обида. — Просто расставание далось мне нелегко. Оказалось, что я тоже могу испытывать сильные чувства.
Не знаю, почему я это сказала. Просто выпалила на духу все, как есть. Без утайки. И не лучшей подруге или лучшему другу, а матери — человеку, с которым в последний раз я откровенничала в четвертом классе, будучи безнадежно влюбленной в Робина Гуда из диснеевского мультфильма.
В глазах мамы блеснуло сочувствие. Она потянулась ко мне, но тут же остановилась. Положила руки на стол и сжала кулаки. Кажется, что мама хотела меня обнять, но вдруг резко передумала. Хорошо, что не обняла — это бы подкосило меня еще больше, а так я хоть удержалась от того, чтобы не заплакать у нее на шее. Все же хорошо, что мы с ней не так близки — это помогает сохранять хладнокровие и сдержанность.
— Ой, кстати, про тебя тут спрашивала твоя одноклассница, Света Попова, — решила сменить тему мама. — Я сказала ей, что ты сегодня приедешь. Правильно сделала?
— Да, все правильно. — Я выдавила улыбку и показала маме большой палец. — Отдохну немного и обязательно схожу к ней.
Как же хорошо, что Светка оказалась дома. С одной мамой я бы умерла со скуки, а сейчас мне просто необходимо отвлечься и забыться. Повезло, что моя одноклассница в этом самый настоящий профи.