Страница 60 из 68
Я чувствовала, как подкашиваются ноги, и ухватилась за спинку ближайшего стула, чтобы не упасть.
– Что... Что случилось? – прошептала я, пытаясь унять дрожь в голосе и надеясь, что у меня внезапно возникли слуховые галлюцинации.
Анатолий Павлович театрально вздохнул и откинулся на спинку кресла. Актерские способности ему явно достались от отца.
– Попал в аварию. Прошлой ночью. Другой водитель скрылся. Максима нашли только этим утром. Состояние тяжелое, врачи говорят, шансы того, что он очнется, не высокие.
Мужчина снова вздохнул с притворной жалостью.
Мир вокруг резко померк. В ушах звенело. Авария... Максим... Шансы невысокие... Слова эхом отдавались в голове, не находя отклика в реальности. Это не могло быть правдой. Как это могло случиться? В книге с главным героем такого не происходило. На него покушались, но ему всегда удавалось вовремя расстроить планы злоумышленников.
Еще вчера он был совершенно здоров.
А как же наше свидание? Наши планы? Я ведь согласилась! Я сказала ему, что согласна с ним быть. Почему вдруг...
Испытываемая мною боль была невероятной. Мне казалось, что меня засасывает на дно ледяного океана. Я тонула. Задыхалась. Если продолжу давать этому чувству терзать себя, то точно сойду с ума.
– Алиса? – позвал меня мужчина. – Ты в порядке? Понимаю, новости неутешительные, но поскольку рабочий день еще не...
Голос помог мне немного вернуться к реальности.
Я старалась дышать, контролируя темп и не забывая выдыхать. Анатолий Павлович продолжал что-то говорить, его губы двигались, я его слышала, но не могла осмыслить сказанное.
Вскоре появилась еще одна эмоция.
Раздражение. Этот человек передо мной никогда мне не нравился. Не только из-за его двуличия, но и потому, что он был главным антагонистом оригинального сюжета и целился на место генерального директора.
Анатолий Павлович, дядя Максима, и в этот раз точно имел ко всему происшедшему какое-то отношение.
Патриарху семьи Богородских недавно стало плохо прямо на похоронах. Он быстро оправился – никто не знал, что по большей части тот его приступ был притворством – но это событие определенно вызвало у заинтересованных кое-какие опасения.
Завещание Аркадия Румянцева произвело фурор не только среди его наследников. Вся верхушка общества пребывала в смятении. Многие восприняли это как шутку, но нашлись и те, кто не мог смеяться, вспоминая обстоятельства, в которых находились сами.
Как, например, сидящий напротив меня мужчина, успевший по-хозяйски расположиться в чужом кабинете.
Если инцидент произошел утром, и даже я была не в курсе, не говоря уже об остальных сотрудниках компании, приказ о назначении исполняющего обязанности гендиректора еще у бель ниже подписан.
Верно. Человек, которого я люблю, сейчас на грани жизни и смерти, ему, наверное, так ужасно больно, а виновный в этом спокойно сидит передо мной, наслаждаясь полученными из-за этой аварии выгодами и еще смеет шутить?!
Я позволила злости вытеснить агонию, с которой не могла справиться.
– Это вы устроили, – прохрипела я, глядя прямо в эти лживые глаза. – Вы были на похоронах Румянцева. Видели, как тот поступил с наследством. Вы испугались, что ваш отец последует примеру старого друга. Он уже не молод. Кто знает, сколько ему осталось. Максим Викторович всегда был его любимчиком. Способный, молодой, такой талантливый и так на него похож...Рядом с ним у вас нет и шанса.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Алиса, думаю, тебе стоит...
Судя по его нервно забегавшим из стороны в сторону глазам, я была права. В отличие от Богдана, которому роман тоже приписывал кривой путь злодейства, этот человек изначально прогнил насквозь из-за своей жадности.
Я покачала головой, перебивая выходящего из себя мужчину непререкаемым тоном:
– С таким племянником компании гарантировано стабильное будущее. Вы старше его на двадцать лет, но так и не добились одобрения отца. Он отдал место генерального внуку, минуя единственного сына.
– ...Вы решили, что, убрав его, сможете получить желаемое. Но вы ошибаетесь.
В носу щипало. Я часто заморгала, чтобы не дать волю слезам. Нельзя. Я должна быть сильной. Ради него.
– Вы ответите за все. Сполна, – пообещала, прежде чем развернуться на каблуках и выйти прочь, не потрудившись захлопнуть за собой дверь. Он даже этого не стоит.
Анатолий Павлович кричал мне в спину, что я уволена и сама не знаю, о чем говорю, сыпал ругательствами, но мне было на него плевать.
Я забрала из своего кабинета пальто и сумочку, вышла прочь из офиса, игнорируя удивленных коллег, и позвонила одному из водителей босса. Тот подтвердил услышанное ранее: Максим действительно в больнице. Его привезли на рассвете и сразу же сделали операцию, но прошло уже несколько часов, а он до сих пор не очнулся.
Не помню точно, как именно я добралась до клиники. Кажется, на такси. Меня к нему не пустили. Сказали, что к пациентам в палату интенсивной терапии пускают только родственников и по одному.
Мужчина в коридоре показался мне знакомым. Это был один из телохранителей дедушки Максима. Он сказал, что тот сейчас рядом с внуком и попросил меня подождать. Разумеется, я не собиралась уходить.
Я села у стены и сжала руки на коленях. Мимо периодически проходили врачи и медсестры, изредка – другие пациенты. Запах дезинфицирующих средств наполнял легкие при каждом вдохе.
Ожидание казалось вечностью.
Глава 35
Спустя какое-то время двери отделения интенсивной терапии распахнулись. Из них вышел сгробившийся старик с угрюмым лицом, в котором едва угадывался тот энергичный и строгий патриарх клана Богородских.
Я сразу встала.
Мужчина меня заметил.
– Алиса, – произнес он хриплым голосом, в котором сквозила усталость. – Ты здесь…
Я подошла ближе.
– Как он? – спросила я, стараясь держать голос ровным.
– Тяжело, – ответил старик, покачав головой. – Но он сильный. Выкарабкается. Врачи делают все возможное.
У меня внутри все похолодело. Нет никаких гарантий или прогнозов. А судя по лицу деда, тот пытается держаться как может, хотя видно, что ситуация не многообещающая.
Старик немного помолчал, глядя куда-то вдаль, а затем снова обратился ко мне:
– Знаю, ты ему дорога. Сейчас непростое время. Ему нужна поддержка. Но…сначала то похищение, теперь авария. И в обоих случаях стоящий за всем злоумышленник так и не обнаружен. Кто бы это ни был, он воспользуется ситуацией. Будь осторожна.