Страница 52 из 68
– На диване, где еще.
– Но там ведь… – прикусила губу. В моей однушке больше места для сна не было. Что, босс должен был на полу лечь? К тому же, после того как мы с ним уже два раза переспали, провести ночь на одном диване не казалось чем-то неправильным.
Ситуация была полна неловкости.
Максим Викторович, заботящийся обо мне после бурной ночи, был совсем другим человеком, нежели строгий начальник в офисе.
– Спасибо, – пробормотала я, переполненная противоречивыми чувствами. – За то, что присмотрели… и за кашу.
– Не стоит благодарности, – ответил Богородский, – Но так как долгок за тобой все же образовался, мне нужна будет твоя помощь.
При слове долг, внутренне напряглась. Зная шефа, можно ожидать чего угодно. Не начнет ли он снова разговор о том, что я ему нравлюсь?
– Какого рода? – проговорила максимально осторожно.
– Меня зовут провести лекцию в университете в следующую среду. Поедешь со мной?
Всего-то?
– Хорошо.
Глава 30
События ночи девичника восстанавливались в памяти постепенно, словно старые фотографии, проявляющиеся в растворе.
Мало того, что из-за спора я послала боссу свои фото в том откровенном белье, которое мне подарила Алиса, после того, как Максим Викторович приехал меня забрать – его об этом не просили, но спасибо – я показала ему через приложение свой банковский счет, сказала, что у меня много денег, слезливо спрашивала, хорошо ли я справилась и достаточно ли будет этой суммы, чтобы мне было можно немного передохнуть.
Это воспоминание привело в ужас. Хотелось исчезнуть. Да, за время своей работы в роли секретаря я заработала неплохо и кое-что накопила, но мои сбережения казались жалкой пылинкой по сравнению с бездонной пропастью богатства Богородского. Их не хватило бы даже на выплату штрафа за досрочное расторжение контракта.
Я никогда ни с кем не делилась своими трудностями. Зачем рассказывать об этом Максиму Викторовичу? Особенно Максиму Викторовичу. Мы были из разных миров, он бы никогда меня не понял.
Я пыталась сдержаться, но слова сами лились из меня рекой, подогреваемые алкоголем и годами сдерживаемых эмоций, которые наконец нашли выход.
«Я была на мели…Я постоянно беспокоилась о деньгах…Они нуждались во мне…Они пытались меня утешить, говорили, что я должна быть сильной, что я слишком много работаю, но я этого не чувствовала. Я не возражала против тяжелой работы. Возможность обменять деньги на счастье и здоровье этих детей того стоила. Мне не хотелось больше никого терять…Я не страдала, я была счастлива. Каждый день…Пока…Моего времени становилось все меньше …»
Босс утешал меня и говорил так ласково, прямо как с ребенком. «Молодец. Ты отлично справилась…Потрясающе!»
Мне не хотелось обременять его этой историей. В этом мире я совсем другой человек. Больше во мне никто не нуждается. Но побороть привычку не так-то просто.
Должно быть, я сильно напилась, раз решила найти утешение у Максима Викторовича.
Щеки горели от стыда. Как я могла так опозориться? Рассказать все это… Ему!
Я попыталась вспомнить, что было дальше. Кажется, после этого откровения я разрыдалась и долго не могла остановиться. Неужели Максим Викторович все это время просто сидел рядом и гладил меня по голове, как маленькую? Боже, да я ему теперь в глаза смотреть не смогу!
Но за завтраком все прошло нормально. Босс и слова не сказал про мою истерику. Кстати, насчет него.
– Вы уходить не собираетесь?
Я вышла из душа в махровом халате и с тюрбаном из полотенца на голове в надежде на то, что мужчина поймет намек и уйдет из моей квартиры по-английски, без лишних слов и неловких прощаний.
Максим Викторович сидел на стуле за небольшим, заваленным всякой ерундой, рабочим столом, упираясь коленями в столешницу.
– «Жена мрачного тирана», «Повелительница для трофея-дракона», «Хозяйка долины оборотней или Луна для троих альф» – читал названия с корешков книг босс. – Не знал, что ты таким увлекаешься.
– Это…не мое, – попыталась я оправдаться, хотя знала, что это звучит глупо. – Подруга оставила.
Максим Викторович окинул меня скептическим взглядом, но ничего не сказал. Лишь слегка приподнял бровь, давая понять, что не верит ни единому моему слову.
– Не мое, мне подбросили… – босс покачал головой и рассмеялся.
Как же все это абсурдно. Сюрреалистично. Максим Викторович в моей квартире. Ухаживал за мной всю ночь. Приготовил мне завтрак.
Оглядываю свое жилище, как если бы видела его впервые, и твердо убеждаюсь в том, что моя квартира похожа на зону стихийного бедствия, загромождена вещами и довольно посредственна.
Постель на разложенном диване, занимающем половину комнаты, выглядит так, будто я видела на нем сексуальный сон. Порстье сбиты и смяты. Из ящиков комода торчат лямки нижнего белья и краешек трусов. Одна из дверок шкафа распахнута, на ковре рядом возвышалась горка из одежды. Рабочий стол с закрытым ноутбуком завален книгами, старыми ежедневниками и косметикой. Экран телевизора был покрыт слоем пыли, а на тумбе под ним в ряд стояла коллекция из трех немых чашек.
– Почему вы еще здесь?
Не хотелось быть грубой, но мне сейчас нужно было время побыть в одиночестве.
– Прогоняешь? Меня? – Богородский, не прекращая довольно улыбаться, показал на себя пальцем.
Это тот же человек, на которого я смотрю на работе каждый день, но только он зажегся. Словно черно-белую картинку разрисовали красками. Синий, розовый, золотистый. Губы босса были слегка изогнуты, под ними виднелись ровные зубы. Когда Максим Викторович улыбается – он ослепителен.
– О чем думаешь? У тебя такое… недоброе выражение лица.
– Как я вас душу. Голыми руками.
Брови босса взлетают вверх, а глаза становятся практически черными.
– Хм, вот значит, что тебе нравится.
Я вернулась в ванную, чтобы кое-что забрать. А еще чтобы дать себе время немного остыть.
– Ваша футболка.
– Благодарю.
Пальцы мужчины коснулись моих.
Внутри меня все сжалось от этого случайного прикосновения. Его кожа казалась такой горячей, обжигающей. Я резко отдернула руку, боясь выдать свое смятение.
– Простите, – пробормотала я, стараясь не смотреть ему в глаза.
Мы у меня дома. Дома. В месте, которое считается самым безопасным и комфортным пристанищем от остального мира. В моей крепости гордого и уютного одиночества.
– Все в порядке, – ответил Максим Викторович, с усмешкой наблюдая за моей реакцией.