Страница 85 из 103
Ее сердце бешено забилось, когда Такеши поднялся на деревянную платформу и передал большой лист бумаги. Начальник тюрьмы кивнул, и капитан, спустившись, встал рядом с остальными стражниками. Его лицо казалось непроницаемым – ни единой эмоции, а невероятно твердый взгляд был устремлен прямо перед собой.
– Итак, на балу в Генезисе будут прислуживать следующие заключенные…
Начальник тюрьмы начал зачитывать список, который ему отдал Такеши, выкрикивая номер за номером. Эта суровая церемония чем-то напоминала выпускной, вот только здесь не было ни вручения дипломов, ни поздравлений, а на толпу направляли оружие.
Халани не слышала Начальника, потому что все ее внимание было приковано к Такеши. Она и не осознавала, как много он для нее значил, пока устрашающие голоса в голове не заговорили о его возможной гибели.
Это была бы ее вина. Смерть постоянно подстерегала у двери, выжидая подходящего момента, чтобы забрать самых дорогих ей людей. И Халани пугало, как быстро Такеши из никого стал для нее
всем.
Когда Начальник выкрикнул ее номер, Халани вздрогнула.
Но живот перестало сводить лишь после того, как назвали номера Адана, Серин и Дерека. Им повезло. Опасный план связаться с Гермесом все еще был осуществим.
Возможно, этот день закончится не так уж плохо.
Начальник тюрьмы медленно сложил лист, видимо закончив.
– Если я не назвал ваш номер, поднимитесь на платформу для получения нового распоряжения.
Заключенные вокруг заворчали, но стали понемногу продвигаться вперед. Менее половины остались стоять на месте, в то время как остальные – около двухсот человек – забрались на деревянную платформу; их лица выражали растерянность и настороженность.
Начальник спустился, пока заключенные вставали плечом к плечу, грязные и истощенные. Халани вдруг отчетливо осознала, что оставшиеся внизу мужчины и женщины были самыми сильными и молодыми.
– Замечательно! – воскликнул Начальник тюрьмы, доставая из кармана еще один лист бумаги. – Я зачитаю вам послание от Великого Губернатора Хаксли. – Он прочистил горло. – Мои подопечные из Брадерхельма, к сожалению, каждый из вас совершил преступления, за которые вам должно быть стыдно, однако мы признаем усилия, приложенные вами для того, чтобы искупить свои ужасные деяния. Аполлон – отец для всех нас, и мы обязаны сохранять хрупкий баланс жизни. В свете последних событий, повлиявших на перераспределение ресурсов, нами были приняты трудные решения, чтобы помочь сохранить баланс, но мы гордимся тем, что в Брадерхельме есть добровольцы, готовые пожертвовать собой ради общего блага. Вас непременно восславят, а о ваших героических деяниях будут говорить еще долгие годы.
Дрожь пробежала по спине Халани, она посмотрела на Такеши. Капитан бросил суровый взгляд на Начальника тюрьмы и тяжело сглотнул, отчего его кадык дернулся.
Повисла напряженная тишина. Начальник кивнул десяти стражникам, стоявшим впереди. Они одновременно подняли винтовки и нацелили их на платформу. Глаза заключенных расширились от ужаса, рты открылись, а руки взметнулись. Но было уже слишком поздно.
Стражники синхронно открыли огонь, и выстрелы разнеслись по «яме» подобно взрывам бомб.
БАХ. БАХ. БАХ.
Пуля за пулей.
Тела падали одно на другое, словно дождь, о котором Халани мечтала в детстве. Кровавая волна на платформе рухнула на деревянный пол. Тела еще какое-то время дергались, вопли агонии сливались в какофонию, пока новый залп выстрелов не заглушил ее.
Халани стояла с разинутым от ужаса ртом. Все ее тело сотрясалось.
Она не могла говорить.
Не могла думать.
Заключенные, которые стоявшие внизу, ладонями зажимали уши, чтобы не слышать ужасный шум. Они падали на колени и закрывали глаза, не в силах смотреть на тела.
Несколько уцелевших заключенных с криками спрыгнули с платформы, отчаянно пытаясь спастись, но стражники безжалостно их перебили.
Выстрелы прекратились, только когда на платформе все затихло. Тела мертвых заключенных, мужчин и женщин, громоздились друг на друге – их глаза по-прежнему были широко открыты в панике и ужасе. Кровь растекалась по деревянному настилу, словно алое покрывало, и капала с краев.
– Какого черта происходит?! – крикнул из толпы заключенных Брок и сделал шаг вперед, будто собираясь запрыгнуть на платформу.
– Назад, Смертник! – приказали стражники, направив на него оружие.
В воздухе витал гнилостный запах смерти, а заключенные рыдали и тряслись. Некоторых вырвало желчью, но никто не осмеливался ослушаться.
Начальник тюрьмы прочистил горло и смущенно повернулся к выжившим заключенным.
– К сожалению, это было необходимо, но мы служим воле Губернатора Хаксли и городу Аполлону. Вечерние смены отменяются. Немедленно возвращайтесь в камеры. Малейший намек на бунт – и я обещаю: вы разделите участь ваших товарищей.
Его слова эхом отражались от стен, словно отдаленный барабанный бой, но казались бессмысленными.
Ночные кошмары стали реальностью.
Взгляд Халани остановился на одном из мертвых заключенных. Девушка, сгорбившись, лежала на вершине груды трупов, а у нее изо рта вытекала струйка крови. Ее голова была наполовину выбрита, лицо слегка повернуто к свету, и Халани узнала пирсинг.
Это была Дана.
Дыхание Халани на мгновение прервалось, как будто ее тоже пронзила пуля. Слезы хлынули по щекам, в глазах разом потемнело, и она покачнулась. Заключенные вокруг нее начали медленно двигаться, а по холодному залу разнеслись раздирающие душу рыдания.
Глаза Даны были приоткрыты. И Халани казалось, что ее взгляд проникает прямо под кожу, словно крича: «Разве не этого ты хотела?»
Халани зажмурилась и прижала ладони к лицу в отчаянной попытке отгородиться от кровавого зрелища, но все было бесполезно. Ничто не могло стереть этот образ.
Жестокость и циничное пренебрежение человеческой жизнью пугали ее куда сильнее, чем ствол у виска.
Почему Халани пощадили, тогда как Дану – одну из самых сильных женщин-заключенных Брадерхельма – приговорили к смерти? Почему она оказалась в списке…
Внезапно Халани замерла и посмотрела на Такеши.
У него на шее пульсировала вена, кулаки были прижаты к бокам, а взгляд, полный ненависти, сверлил Начальника тюрьмы.
Но капитан не сдвинулся с места. Не протестовал. Не оспаривал действия Начальника.
Такеши передал ему список людей, сохранив жизнь ей и приговорив остальных. Он знал, что произойдет.