Страница 13 из 103
5
Не пытайся постичь мою глубину.
Я и сама не знаю ее пучин
– Тащи свою задницу в конец очереди! – Мужчина с лохматыми каштановыми волосами и без нескольких зубов толкнул тощего парня с такой силой, что тот свалился на пол.
Парнишка с синяком под глазом и спутанными прядями с трудом поднялся на ноги. Он ничего не сказал и не сделал в свою защиту. Просто опустил голову и медленно побрел в конец очереди, чтобы дождаться еды.
Халани нахмурилась и оглянулась через плечо на бледного парня. Что-то в языке его тела и выражении лица указывало на то, что такое обращение было для него привычным. Их взгляды на мгновение встретились, и Халани отвернулась. Чувство вины кольнуло ее сердце, но она не знала почему.
Столовая располагалась в просторной, искусственно созданной пещере с высоким потолком, который подпирали каменные колонны. Все заключенные, выстроившись в очередь, вяло продвигались вперед. Девушка перед Халани постоянно терла поясницу, постанывая от боли.
У Халани со спиной дела обстояли не лучше.
По всей пещере стояла стража, но Такеши Стила нигде не было видно. И она была благодарна за это, опасаясь возможных последствий их недавней встречи.
Оказавшись в начале очереди, Халани взяла зеленый поднос. Крупная женщина с неопрятным пучком на голове и красными прыщами по всему лицу зачерпнула «еду» и шлепнула ее на поднос.
– Следующий! – крикнула женщина, не поднимая глаз.
Халани замедлилась и наклонилась, чтобы понюхать влажный кусок переработанного мяса. От коричневой массы исходил зловонный запах горелых фекалий, и к ее горлу тут же подкатила желчь. Халани задержала дыхание, подавляя накативший приступ тошноты.
Внезапно резкий электрический разряд пронзил ее спину, и Халани согнулась пополам, безудержно дрожа. Перед глазами у нее заплясали белые пятна.
– Шевелись! Ты задерживаешь очередь! – крикнул лысый стражник, сжимая в руке электрошокер. В его жестоких глазах не отражалось ни капли раскаяния.
Мышцы ее спины сводило судорогой, будто их туго стянули стальной пружиной. Но Халани стиснула зубы и толкнула поднос, хотя ее пальцы все еще заметно подрагивали. Все, что от нее сейчас требовалось, – это продолжать двигаться.
Работница дала ту же добавку с витамином D, которую ежедневно принимал каждый житель Аполлона. Дрожа, Халани проглотила оранжевую таблетку и только потом заметила, что стражник в сладостном предвкушении постукивает электрошокером по ладони.
Халани быстро отошла, спрятавшись за занавесом каштановых волос. Густые пряди были ее единственной защитой.
– Ты как? – приблизившись, тихо спросил заключенный сто восемьдесят девять.
– В порядке, – тихо ответила она.
– Пойдем. Можешь сесть со мной.
– Спасибо, но я бы предпочла поесть одна, – призналась Халани, не желая ни с кем здесь сближаться.
Заключенный опустил голову.
– Здешние любят полакомиться свежим мясом, особенно в первый день. Тебе не стоит оставаться одной.
Халани встретилась с его искренним взглядом и в конце концов кивнула, понимая, что не стоит навлекать на себя новые неприятности.
В просторной пещере не было столов, и все заключенные сидели на грязном полу.
Халани глубоко вдохнула, пытаясь не обращать внимания на пронзавшую спину боль после удара электрошокером и изматывающей смены. Они вдвоем пробрались сквозь толпу, и заключенный сто восемьдесят девять отвел ее в дальний угол пещеры, по пути раздавив сапогом огромного таракана.
Почему самые уродливые твари самые живучие?
Даже ядерный апокалипсис не смог их уничтожить.
– Сегодня обед лучше, чем обычно. – Мужчина жадно посмотрел на еду.
Халани бросила на него недоверчивый взгляд и уставилась на сомнительное блюдо. Даже прикрыла глаза, пытаясь силой мысли превратить это во что-нибудь более съедобное.
– Если достаточно долго смотреть на мясо, можно увидеть, как оно шевелится, – раздался за спиной женский голос. Халани обернулась и увидела девушку с синими волосами из соседней камеры.
– Серин, не пугай ее. Она теперь вообще есть не будет.
Та лишь пожала плечами и села рядом.
– Ну и ладно. Мне больше достанется, – заявила она, набрав в рот немного этой отвратительной еды.
Серин выглядела еще бледнее, чем любой человек в Аполлоне. У нее были хрупкая фигура и красивое личико, хотя его портил глубокий шрам, тянувшийся от кончика носа до левой стороны челюсти.
Серин с раздражением взглянула на Халани.
– Чего тебе?
– Спасибо, что помогла мне сегодня, когда я не знала, куда идти, – быстро объяснила Халани.
Серин махнула рукой.
– Забей. Первый день – самый сложный. Я Серин, приятно познакомиться. Со всезнайкой Дереком ты уже знакома, я так понимаю. – Она показала на заключенного сто восемьдесят девять, который в ответ лишь помахал одним пальцем и вернулся к еде.
Халани кивнула в знак приветствия и неохотно опустила взгляд на странную массу на подносе. Ее губы скривились от отвращения, но, немного помедлив, она все же взяла склизкую пищу голыми руками – столовых приборов не было.
Халани старалась не дышать, когда откусывала кусочек, но горечь мгновенно заполнила весь рот, а кожа покрылась мурашками. Она закашлялась, прикрывшись ладонью, и с усилием проглотила пищу, вкус которой больше напоминал рвоту.
Пожалуй, даже дохлый таракан был бы вкуснее.
Серин усмехнулась:
– Скоро привыкнешь.
Халани сильно сомневалась в этом. Она продолжала давиться едой, кашляя и хрипя, словно умирающая старуха.
Дерек похлопал ей по спине, чтобы ее не стошнило.
– Понимаю, мясо – полный отстой, но на самом деле в нем содержится много белка. Иногда еду вообще не дают, так что ешь, пока есть возможность.
Вскоре к ним подсел еще один заключенный, резко поставив поднос на пол. Он был старше – лет под тридцать, наверное. Поджав губы, он с раздражением провел рукой по пепельно-русым волосам. У него было более крупное телосложение, чем у большинства заключенных, а на руках проступали вены – особенно четко, когда он сжал кулаки, уставившись на тарелку с едой так, будто это его самый злейший враг.
– Что случилось на этот раз? – проворчала Серин.
В глазах мужчины промелькнула зловещая тень. Он с враждебным видом полез в карман, вытащил разбитые очки и бросил то, что от них осталось, на пол между ними.
– Черт возьми, Адан. Опять? – Серин подобрала осколки. Оправа была раздавлена, а дужки скручены в причудливую форму.