Страница 87 из 302
Оттуда торопливо шел к нам мальчик-подросток в синем спортивном костюме с белыми лампасами и в поношенных кроссовках. Вьющиеся, чуть длинные волосы серебрились в свете фонарей и топорщились пушистым одуванчиком. Выглядел Артур не более подходяще для визита в клуб, чем остальные.
– Ребят, у нас проблема, – еще издалека громко сказал он с видом гонца, принесшего дурную весть и знающего,
что
бывает с теми, кто приносит
дурные вести
. – Это костюмированная вечеринка. Вас просто так не пустят.
Медина усмехнулась, рассматривая длинные ногти. Мне показалось, Лёня еле слышно выругался:
– Мы только сейчас это узнали?
Артур виновато пожал плечами.
– План меняется, Лёнчик? – сладким голосом поинтересовалась Медина.
С появлением лаборанта она незаметно изменилась: подобралась, сделалась более ехидной и обманчиво расслабленной одновременно. Лёня не ответил. Махнул рукой, чтобы все оставались на местах, и снова скрылся в направлении центральных ворот.
– Извините, – торопливо пробормотал я то ли Медине с Артуром, то ли Марго, и кинулся догонять его. – Давай я позвоню сестре, что-нибудь придумаем, пока она не приехала.
– Давай.
Лёня на секунду затормозил в воротах, похлопал меня по плечу и отошел к припаркованной возле тротуара ретромашине. Склонился над приспущенным стеклом, с кем-то разговаривая.
Музыка и цветной свет остались позади, будто соскользнули с плеч радужным плащом. Снаружи «Севкабеля» ощущалась плотная весомая темнота, густая и растекающаяся, как кефир на стенках стакана. Синеватые облака зарождались над тлеющими вдалеке трубами электростанции.
Вздохнув, я вытащил старенький запасной смартфон, который нашел дома, и позвонил Наде. Когда я вернулся в квартиру, сестра уже уехала на вечерние пары в институт. На кухонном столе меня ждала короткая записка:
«Приеду сразу в клуб.
P. S. Мобильник в комоде, второй ящик».
Так что разговор о случившемся (как со мной, так и с ней) еще ожидал своего часа…
Надежда ответила после двух гудков:
– Я почти тут, заехала кой-куда. Совсем забыла предупредить… А вас развернули?
– Нет.
– Ну и славно. Подождите немного. Я уже бегу. Вместе со шмотками, капец как неудобно их тащить, – пожаловалась она.
– Тебя встретить?
– Не, – отмахнулась Надежда. – Такси подъехало. Только оно встало где-то не там. – Ее голос отдалился, послышалось неразборчивое название улицы. – Кажется, сейчас мне надо аккуратно перебежать дорогу. – Она снова вернулась на линию. – Пять минут, ладно? – И, не дожидаясь ответа, сестра сбросила вызов.
Я подошел к Лёне.
В окне машины мерцал экран ноутбука, отбрасывая голубоватый отсвет на лицо Ярослава. Тот хмурился и задумчиво пожевывал губу. Пальцы увлеченно и несколько нервно бегали по клавиатуре. Он даже не поднял голову, когда я приблизился.
– Если долго мучиться, все-превсе… Молчу. – Лёня покорно выставил перед собой ладони и отступил, когда Ярослав раздраженно зыркнул на него. Деликатно отвел меня в сторону, взяв за локоть.
– Все в порядке. Надя привезет необходимое.
– Прекрасно, но я хотел поговорить о другом. Наше «Трио» ездило на адрес, который ты оставил…
При словах об улице Лунных кошек я весь внутренне напрягся. Снова у меня по спине растекся холодок. На этот раз вовсе не от пронзительного мартовского ветра. Лёня помедлил. Затем обреченно выдохнул:
– Там ничего. Никаких мастерских, никаких подземелий. И живых кукол.
– Как?
Он развел руками:
– Простая общага. Ну, может, тараканов стоило бы потравить, но мы тут не властны. Сейчас Ярика посетила одна идея, закопался в архив Института. Молчит как рыба об лед.
– Ясно, – сказал я не то с тревогой, не то со странным облегчением.
На секунду подумалось: может быть, если как следует вообразить, что все нормально, то так оно и будет? Снова завертится прежним ходом, вернется на круги своя, как в старой песне?
Но я тут же одернул себя: проеденный в толще земли ход, механическое сердце манекена, подвал жилого дома за полгорода от мастерской, исчезнувшие в зеркале существа на фабрике медицинских пособий. Обращенный в пыль зверек на лабораторном столе. Сестра Марго, в конце концов! И остальные дети. Такое не выкинешь из памяти, сославшись на галлюцинации.
Еще Ярик говорил про
видения
…
Понятнее не становилось. Даже наоборот.
– А мне вот не очень, – точно подслушав мои мысли, признался Лёня. – Ты уверен, что пространство менялось само по себе, а не именно когда ты с ним взаимодействовал?
Под его пристальным взглядом я пожал плечами, прокручивая в голове события вчерашнего вечера. Больше всего они походили на сон – один больший, слипшийся во влажный комок кошмар. А разве мы управляем снами?
– Я не думал об этом.
Лёня помолчал с полминуты. Я даже решил, что разговор окончен, но он продолжил:
– Лида кое-что откопала в бумагах Института. Считает, речь о тебе. И там значительно интереснее. После клуба задержись. Вне зависимости от результата визита.
В конце улицы, со стороны Большого проспекта, показался свет фар, расчертил двумя желтыми конусами стены мануфактуры, бросил косые тени на асфальт. Из-за угла вывернуло такси и затормозило невдалеке от нас. Едва автомобиль замер, его задняя дверь распахнулась, и на улицу выпорхнула Надежда – бежевая шубка-«чебурашка», угги и полосатые гетры; один конец не в меру длинного шарфа болтается спереди на уровне колен, другой залихватски перекинут через плечо на манер уличного художника.
На голове у Нади сидела огромная шляпа-котелок, задрапированная блестящей полупрозрачной сеткой. Выходя из машины, она вынужденно пригнулась, придерживая ее рукой, чтоб та не слетела в лужу. Сбоку красовался огромный пунцовый бант. Я узнал реквизит из театральной постановки «Алисы в Стране чудес», которую мы готовили к началу апреля.
– Где ты это взяла? – прокричал я издалека, срываясь с места.
Услышав оклик, Надя обернулась, гордо вскинула подбородок. Сделала изящный жест рукой, точно раскрывая веер:
– Вуаля! Класс, да? Мы заехали в театр, я договорилась погонять костюмы и вернуть в целости и сохранности. Не благодари… Лучше помоги взять.
Она выволокла из салона и сгрузила на меня охапку объемных чехлов с одеждой. Потом сестра наконец заметила Лёню и весело помахала ему:
– Привет. Надя.