Страница 54 из 152
Глава 18. Цена силы
Алексис
Я телепортировалась назад на виллу и пошла в комнату Елены.
Ад и Гончая бесшумно шли передо мной, Пушистик-младший – рядом, а Поко сидел у него на шее.
Я вымоталась и промокла до нитки, потому что последние шестнадцать часов Август заставлял нас бегать под дождем в качестве наказания (вел себя как маньяк-убийца).
Когда наступила ночь и мы
наконец
остановились, я сбежала, пока все шли в тренировочный центр, чтобы принять душ.
Как я уходила, заметил только Ахиллес. На самом деле, он часто смотрел на меня в последнее время.
Вспыхнула молния, осветив вход на виллу. Мое правое колено подкосилось, и, чтобы удержать равновесие, я вслепую за что-то схватилась.
«Что-то» оказалось пятиметровой бронзовой статуей обнаженного воина, которая украшала атриум. В правой руке мужчина держал камень, а другой душил чудовищную змею: зверь широко раззявил пасть, обнажая изогнутые клыки.
– Тебе правда нужно подкачаться, – демотивирующе заметила Никс с моей шеи.
Отпустив скульптуру и не обращая внимания на свое уязвленное самолюбие, я вышла из атриума и пошла по длинному коридору.
– Carissima.
Голос Харона раскатами грома отразился от стен.
Я медленно обернулась.
Август и Харон стояли в конце коридора, по которому я только что прошла. Их тренировочная одежда насквозь промокла и липла к их подтянутым телам.
Их прищуренные глаза слабо светились в темноте, словно у созданий ада.
Засада.
Даже крылатые Титаны не производили такого сильного впечатления.
Август прочистил горло.
– У нас есть кое-что для тебя. Подарок. – Он протянул черную коробку. – Пожалуйста, возьми ее.
Больше ни за что.
Я покачала головой.
Харон сжал челюсти.
– Возьми, – тихо сказал он, застыв в напряженной позе. – Пожалуйста, – выплюнул он так, словно слово приносило ему физическую боль.
Я расправила плечи, подражая его позе.
– Нет.
Харон заиграл желваками.
Прошла секунда, затем они с Август двинулись ко мне бесшумным шагом.
Беги, спасайся.
Я расставила ноги пошире, но с места не сдвинулась.
Снаружи бушевала буря.
– Оставьте меня в покое, – прокричала я в коридор.
Харон скривился.
– Я не могу. – Он сильнее сжал челюсти. – Что
угодно,
только не это.
– Ты выглядела уставшей во время бега. – Август приближался, пристально оглядывая меня с ног до головы, ища повреждения. – Ты в порядке?
Конечно, если под порядком подразумевается труп.
Им оставалось всего три метра.
Никс щелкнула клыками.
– Скажи им, что тебе станет лучше, если они приползут к тебе на коленях и начнут целовать ноги. – Она помолчала, словно задумавшись о чем-то. – А еще пусть ползут голышом. Это ключевой момент.
Я правда не могу так больше жить
.
Они почти вторглись в мое личное пространство.
Я опустила руки и погладила покровителей, сидевших у моих ног.
Харон издал сдавленный звук, едва понял мое намерение, и резко потянулся ко мне.
– Domus.
Черные ногти вспороли воздух, словно когти, в сантиметрах от моего лица.
БДЫЩ.
Я рухнула на кучу блестящих платьев и застонала, отмахиваясь от дыма. Я снова оказалась в пустой комнате Елены. Я снова совершила невозможное: я в панике телепортировалась на короткое расстояние.
По-видимому, у меня отсутствовал врожденный инстинкт самосохранения.
Ура?
Спотыкаясь о подушки и бьюти-кейсы, я бросилась к двери, захлопнула ее и щелкнула замками.
Тяжело дыша, я прислонилась к двери спиной и сползла на пол от облегчения.
Мое дыхание эхом разносилось в тишине.
Я была одна.
В безопасности
.
Никто меня не побеспокоит.
Наконец-то.
Мне просто нужно было немного времени, чтобы…
– Алексис, – раздался за дверью приглушенный и угрожающий голос Харона.
Я вскрикнула.
Как он пришел так быстро?
Я отступила вглубь комнаты, споткнулась о жемчужные бусы, зацепившиеся о фиолетовый пистолет, украшенный драгоценными камнями, и шлепнулась на пол.
– Телепортироваться на короткие дистанции опасно. Ты могла пораниться, – пояснил Август из коридора.
– А что будет, если ты поранишься? – холодно спросил Харон. – Уверен, я выразился предельно… ясно.
Что-то про то, что меня будут мучить до скончания веков?
Слишком поздно.
Раздались глухие щелчки, словно Харон хрустнул пальцами.
– Подожди, ты мне угрожаешь? – спросила я, наполовину возмущенная, наполовину в смятении (психическом).
– Нет, – слишком быстро ответил Август.
Харон усмехнулся и проговорил низким издевательским басом:
– Естественно, Алексис.
В ушах зашумело.
– Уходи, – потребовала я, уползая по полу на четвереньках в отчаянной попытке увеличить расстояние между нами.
– Мы пытаемся извиниться. – Слова Августа звучали искренними и полными раскаяния.
– Мне жаль, черт подери, – агрессивно продолжал Харон. – Я требую, чтобы ты простила меня, Алексис. – Он сделал паузу. – Прямо сейчас!
Я поперхнулась.
Он правда решил, что это сработает?
Ума не приложу, как я умудрилась найти человека, социальные навыки которого были
хуже
моих.
– Скажи им, что примешь их извинение, – прошипела Никс. – Но только если они окажут тебе сексуальную услугу. Любую на твой выбор.
Я с тоской посмотрела на пистолет.
Харон яростно ругался в коридоре, словно внезапно понял: словесная перепалка с женой не приведет к положительным результатам.
Я заползла в примыкающую ванную комнату.
Пушистик-младший заскулил (заржал?): он был слишком большим и не пролезал в проем, а более худые адские гончие проследовали за мной. Голубые огоньки в их глазницах вспыхнули красным, я моргнула – и они снова засияли безобидным ледяным светом.
Мне показалось?
Я поцеловала Пушистика-младшего и закрыла дверь.
Харон что-то крикнул, но, к счастью, я не разобрала.
На краю ванны стояли десятки мерцающих розовых свечей, повязанных белыми бантами, и истекали воском.
Я залезла в ванну, потянулась вверх и включила душ. Никс сползла на пол.
Все еще одетая, я посмотрела вниз.
На моем предплечье было четко выбито «Ч+A». Я провела пальцами по неровным буквам.
Спарта оказалась запутанным клубком политики и власти.
Харон что-то громко крикнул.
Постарайся ради Чарли.