Страница 44 из 152
Глава 14. Старший наследник
Август
Адреналин сжигал меня заживо.
Как Ахиллес посмел заявиться сюда после того, как ее бросил?
В Доме Ареса, Доме Войны, не было места трусам.
Я пробирался по боковым улочкам Рима под проливным дождем.
Мне нужно было отправить ее к врачу.
Нужно было отдать ее Ахиллесу, чтобы он телепортировал ее в безопасное место.
Я крепче сжал ее неподвижное тело. Я больше никогда не доверю ее Ахиллесу или Патро. Только через мой труп.
Мой позвоночник охватила странная тупая боль, а правое колено начало простреливать при ходьбе, но я легко все игнорировал.
Слабость недопустима. Величие или ничего – промежуточного варианта не было.
Облака зловеще нависали над городом, пока я шел по лужам, сканируя разрушенный город в поисках угроз. Холодный дождь капал с моего носа, а Поко прижимался ко мне и жевал мои мокрые волосы.
Люди разошлись.
Цепи дергали меня за ремень поясной кобуры, но я не сбавлял шага, неумолимо продвигаясь вперед, пыша яростью и таща за собой трех связанных Титанов, чьи черепа с приятным для слуха хрустом ударялись о мощеную улицу. Они визжали сквозь кляпы, которые я сделал из своей рубашки.
Когда Титаны успели отрастить сраные крылья?
Дождь с гневным шипением заливал разрушенную мощеную улицу, а две адские гончие шли впереди меня, то появляясь, то растворяясь в воздухе, и вели меня к убежищу.
Харон всем весом висел на моем левом плече, больно цепляясь за руку. Ему становилось хуже на глазах. Он бормотал бессвязные слова в полубессознательном состоянии, а на месте его уха торчал обрубок.
Он совершил немыслимое.
Решимость разгорелась ярче в груди. Я спасу их обоих или умру, пытаясь.
Поко отпустил мои волосы, дрожа всем телом из-за промокшего насквозь меха, и с беспокойством заверещал в сторону Алексис. Он наклонился и погладил ее бледную щеку своей маленькой черной лапкой, но девушка не проснулась.
Он печально мяукнул.
Согласен.
Пушистик-младший, размером с пони, прихрамывал слева от меня и тыкался носом в ноги Алексис. Кровь покрывала ее таким густым слоем, что даже проливной дождь не мог ее смыть.
Я ускорился, таща Харона за собой.
Через несколько минут адские гончие наконец остановились перед высокой декорированной стеной убежища.
Я нажал на угол темного кирпича, активируя потайную дверь. Прежде чем зайти внутрь, я обернулся, чтобы убедиться, что за нами нет хвоста.
Густая листва почти полностью скрывала небольшое простенькое здание, совершенно незаметное в потоках дождя.
В нем не было окон, только прочный кирпичный фасад, укрепленный толстым листовым титаном.
Я пнул в сторону коврик с надписью «Добро пожаловать», прислонил Харона к стене и осторожно наклонился, удерживая Алексис одной рукой, чтобы поднять серебряный ключ.
Если по какой-то непонятной причине убежище обнаружит Олимпиец, он будет искать более современные способы входа, например клавиатуру или сканер отпечатков пальцев.
Удивительно, но прятать ключ под ковриком оказалось в разы эффективнее.
Прижав Алексис к груди, я потянулся к двери и вставил ключ в замок. Раздалось несколько щелчков.
Титановая стена приоткрылась.
Я вошел, прячась наконец от дождя, и втянул за собой Харона и трех Титанов. Когда все мы оказались внутри, я щелкнул замками и задвинул стальной засов.
Воздух внутри был холодным и спертым.
Не считая тонкой струйки света, льющейся из замочной скважины, в помещении царил мрак, но я и так хорошо ориентировался.
Все убежища Хтоников имели одинаковую планировку и удобства.
В небольшой комнате с ковровым покрытием стояла большая кровать, а за ней находилась мини-кухня. Белая дверь вела в ванную комнату с душем и двумя раковинами, а черная дверь – в подвал.
Три собаки – если двух адских гончих и нескладного покровителя Алексис можно было так назвать – плюхнулись на ковер.
Я осторожно уложил Алексис на кровать.
Поко слез с моих плеч, сел рядом с ней и заверещал, смахивая локоны с ее лба.
Мое сердце сжалось.
Застонал Харон. Я сбросил его с плеча, и он рухнул рядом с Алексис.
Мне нужен был план.
Пройдя на маленькую кухню, я открывал и закрывал ящики, пока не нашел коробок спичек. В убежищах не было электричества, потому что солнечные панели было легко заметить в инфракрасном свете.
Громыхая цепями, я зажег свечи, расставленные по комнате.
Потом резко открыл дверь подвала и грубо подтащил трех закованных Титанов к узкой лестнице. Они с грохотом покатились вниз, ударяясь о каждую ступеньку под неестественными углами и сдавленно визжа.
Внизу я проверил их кляпы, убедился, что именные значки все еще висят на их губах. Двум крылатым Титанам я прикрепил золотые значки Алексис, потому что к моменту нашего прибытия она их почти одолела. Она заслужила признание.
Я хватал монстров одного за другим за связанные конечности. Плечевые суставы хрустели каждый раз, когда я задирал их руки вверх и отводил назад, чтобы закрепить на титановых крюках, ввинченных в потолок.
Надежно заковав всех троих, я поспешил наверх и осмотрел Алексис и Харона.
Тебе нужно осмотреть повреждения. Помой их, а потом обработай раны.
Слегка прихрамывая, я вошел в ванную и включил душ. Минуту спустя из колодца, расположенного далеко под фундаментом здания, хлынула горячая вода.
Я остановился перед зеркалом.
Какого черта.
Кровь все еще капала из уголков глаз, хотя я не использовал хтонический дар.
Головные боли тоже стали интенсивнее, и интуиция подсказывала, что с моим даром что-то происходило. Он
менялся
, просто я не знал как.
Я схватился за прохладную фарфоровую раковину.
Темные круги под глазами были почти черными с красными прожилками, по цвету совпадающими с моим шрамом, нижняя челюсть заросла щетиной, на шее выступили фиолетовые вены.
Что, черт возьми, со мной происходит?
Раковина треснула под моими пальцами.
Покачав головой, словно безумие можно было вытолкнуть грубой силой, я попытался смягчить черты лица и улыбнуться. Но получился только оскал.
Я перестал притворяться тем, кем не являлся, и вернулся к кровати.
Отвесил Харону пощечину.
– Тебе нужно помыться. Просыпайся, – приказал я. – Хватит себя жалеть.
Харон простонал:
– Да пошел ты.
Но он потянулся и размял шею, не открывая глаз, будто собирался с силами.